Нексикан

Грузовые автомашины были оборудованы скамейками. В одной из них разместились мы, курсанты Дальстроя, впервые направляющиеся на работу и несколько дальстроевцев, возвращающихся из отпуска.

Машины тронулись в путь. Вскоре Магадан скрылся из вида. Перед нами расстилалась центральная Колымская трасса, так здесь называлась автомобильная дорога. Подъемы, спуски, повороты, перевалы были постоянными элементами этой трассы. Дорога почти все время прижималась к сопкам, с правой стороны движения автомобилей. Часто попадались распадки, по которым текли ручьи. В местах их пересечения с дорогой стояли деревянные мостики.

По левой стороне трассы иногда попадались негустые леса, состоящие из лиственниц и карликовых берез. По склонам сопок и на них виднелись зеленые кустарники. Отпускники сказали нам, что это стланник, переродившийся в суровых северных условиях сибирский кедр. При наступлении зимы ветви этих кустарников ложатся на землю и их, засыпает снегом. Тем самым они спасают себя.

Сидеть было не удобно. У скамеек нет же спинок, чтобы можно было отвалиться и расслабить мышцы спины. Затекали и ноги, имевшие крайне ограниченную степень свободы. По нашей просьбе шофер через два-три часа останавливался, и мы разминали ноги, выпрямляли спины. В одном из населенных пунктов пообедали. По пути следования некоторые автомашины сворачивали с центральной трассы, другие обгоняли нас. Наступил вечер. Машина неожиданно остановилась, однако шофер из машины не вышел, а из кабинки не раздавалось ни каких звуков.

– Почему не едет, почему стоим? – спрашивали мы друг друга.

Все соскочили на землю. Заглянув в кабину увидели, что шофер, уткнувшись в баранку спит.

– В самом деле, – заметил Венко Идов, – сколько он может ехать без отдыха? Пусть поспит и мы целее будем.

Часа через два шофер проснулся и скомандовал:

– Ребята, залезайте, поехали.

И мы снова в пути. Впереди сверкнула широкая лента реки, и показался мост.

– Новички! – крикнул один из отпускников – смотрите, это река Колыма.

Мост с обоих концов охранялся вооруженной охраной. За мостом виднелся поселок. Поужинав там, в столовой, тронулись дальше в путь. Изредка попадались поселки. Казалось, пути не будет конца. Но вот автомобиль въехал в новый поселок и остановился. Шофер вылез из кабины и сказал:

– Все, приехали. Это поселок Нексикан. Здесь находиться Горное управление.

Я посмотрел на часы и удивился. Они показывали одиннадцать ночи, а светло почти как днем.

– Вот это да! – невольно вырвалось у меня.

Стояла холодная, белая северная ночь.

Здесь была уже другая обстановка. Нас никто не ждал, никто не встречал. Шофер ушел доложить дежурному по управлению о нашем прибытии. Вскоре вернулся и устроился в кабине спать. Не прошло и двух часов, как прибыл пьяный комендант.

– Ну, пошли, я вас помещу в клубе.

 

И поместил! Да, здесь нас не ждали кровати с постелями. Лавки шириною тридцать сантиметров, как на них спать? Но, видимо, такое обращение к приезжающим было здесь в порядке вещей. В клубе чувствовался такой же холод, как и на улице. Кое-как устроились, усталость взяло свое и мы уснули.

Проснулись рано, вышли на улицу. Здесь было теплее, потому что взошло солнце. И утром никто не пришел к нам. Пошли искать столовую. Вскоре она открылась. Позавтракали, согрелись и направились искать Горное управление. Нашли, зашли.

Часов в десять нас принял в своем кабинете начальник Чай-Урьинского Горно-Промышленного управления (ЧГПУ) старший лейтенант Гачкаев. Черноволосый, уже грузный мужчина, возрастом за сорок лет.

Он не стал спрашивать, как мы доехали, как спали,  каково наше самочувствие, это ему было ни к чему. Не было в его разговоре и о начавшейся войне. Спокойным, неторопливым, негромким голосом он стал рассказывать об обстановке на приисках управления. Гачкаев, в частности, сказал, что на промывке песков не отходит среднее содержание золота в песках. Значит, чтобы выполнить план по добыче золота, нужно промывать больше песков, а подготовлено песковых площадей недостаточно. Так что обстановка, в которой нам предстоит работать, сложная. Заканчивая разговор и обращаясь в начале к нам, томичам, спросил:

– Ну, кто куда желает поехать? – как –будто мы знали, куда надо ехать.

Вовка Стульников ответил за всех четверых:

– Куда угодно, товарищ старший лейтенант, но направьте нас всех на один прииск.

 – Нэт, это нэ пойдет.

Он взял со стола листочек бумаги, посмотрел на него и спросил:

– Кто Стульников?

Вовка встал.

– Вы поедите на прииск имени Чкалова.

– Кто Чирков?

Я встал.

– Вы поедите на прииск Большевик.

– Кто Чижик?

Встал Иван.

– Вы поедите на прииск Чай-Урья. А Идов поедет на прииск Комсомолец. Идите получите в отделе кадров путевки. Машина за вами сейчас подойдет.

Так разбросал нас начальник ЧГПУ по всей Чай-Урьинской долине…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *