Отягощенные даром

002a

Что может быть горше сиротской доли? Немногое. Например, сиротство, отягощенное тайной корыстью и открытым равнодушием окружающих взрослых, чей служебный долг, наоборот, оберегать оставшихся без родительского попечения, защищать их интересы.

Может, конечно, и не было ничьих корыстных побуждений, граничащих с преступлением, в истории сестер из Сусумана Юли и Саши П. Может, то было обычное чиновничье разгильдяйство, за которое теперь за давностью сроков, поди, даже пожурить некого. Но девчонкам за него расплачиваться придется не один год. Если не добьются правды.

***

Когда мама запила, Саша была еще совсем маленькой, поэтому ее определили в Дом малютки. Когда девочка подросла, она воссоединилась со старшей сестрой в Оротуканской школе-интернате. Обе по окончании девяти классов уехали из Оротукана учиться в Магадан, где живут по настоящее время.

Постановлением главы администрации Сусуманского района №10 от 16.01.1996 об определении Юли и Саши в госучреждение за ними было закреплено право на жилье в родительской квартире – по четверти доли на каждую.

Предполагаю, что двухкомнатная квартира с балконом в крепком доме на сваях в самом центре города – по переулку Горняцкому, 3, к тому же с хозяйкой – горькой пьяницей, которой все «сиренево», кому-то сильно глянулась. Не вижу другой причины, потянувшей за собой последующую цепь событий.

По окончании школы-интерната девочки получили на руки пакеты документов, в которых помимо прочих бумаг обнаружились доверенности на продажу их долей родительской квартиры. Доверенности датированы 13 ноября 2003 года. Сестрам тогда было 13 и 15 лет, поэтому их законным представителем значилась директор Оротуканского интерната Людмила Морозова. Согласно документам, Людмила Ильинична в интересах подопечных доверила некой Алле Анатольевне Панасенковой «продать за цену и на условиях по своему усмотрению» сиротские доли жилья. При этом на обеих доверенностях – ни печатей, ни подписей (кроме написанных явно взрослой рукой ФИО детей), ни нотариального заверения. Просто отпечатанные на принтере бумажки.

По выходу из госучреждения на их банковских счетах лежало по 10-20 рублей. Алименты? Единовременное денежное пособие, положенное выпускникам детдомов по закону? Деньги с продажи жилья? Всего этого Юля и Саша не получили. И наверняка не только они, но и кто-то еще из воспитанников интерната.

Меж тем, в выданном интернатом пакете оказался еще более удивительный документ: договор дарения квартиры, оформленный уже честь по чести, на фирменном бланке. Составили его даритель П.Ю. Федоров и действующая по доверенности (ага, тем самым бумажкам без печатей и подписей) А.А. Панасенкова.

Кто такой этот П.Ю. Федоров, Юля и Саша не имеют ни малейшего понятия. Не родственник, не знакомый, никогда в жизни с ним не встречались. Тем не менее, этот человек, не иначе как от душевных щедрот, решил подарить девочкам двухкомнатную квартиру в Сусумане, на первом этаже дома по ул. Больничной, 69. Кто не знает Сусуман, поясню: это дом на отшибе города, примерно как ул. Бассейновая в Магадане.

Примечательно, что собственником данного жилья Федоров стал буквально накануне акта дарения: договор с Панасенковой подписан 2 апреля 2004 года, а принадлежать квартира на Больничной, 69 самому Федорову стала лишь 25 марта 2004 года, причем – внимание! – также на основании договора дарения от 1 марта того же года. Не квартира, а переходящее Красное знамя.

Свидетельство о государственной регистрации права на недвижимое имущество на Юлю и Сашу – по половине доли – было оформлено тоже в рекордно короткие сроки – 15 апреля 2004-го, меньше чем через две недели после составления договора дарения. И всего через пять месяцев после появления как бы доверенностей на А.А. Панасенкову.

***

Администрация школы-интерната при передаче документов преподнесла воспитанницам рокировку с жильем как безусловное благо для них: «В родительской квартире на Горняцком у вас было всего по одной четвертой доли, а на Больничной – по половине двухкомнатной квартиры!».

Неслыханное богатство! Которое к тому же снимало с районных властей обязанность предоставления сиротам жилья в соответствии со 159-ФЗ.

Сестры собственностью не пользовались, продолжая учиться в Магадане и жить в студенческих общежитиях. Возвращаться в Сусуман они не собирались, следовательно, и жить в подаренной незнакомым благодетелем квартире.

Впервые (и в последний раз) порог жилья на Больничной, 69 одна из сестер, старшая Юля, переступила в 2011 году, приехав в Сусуман в надежде что-то решить с ненужной квартирой: продать, отдать, подарить – не важно.

Что она там увидела, зафиксировано в акте санитарно-эпидемиологического обследования, проведенного представителем филиала ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Магаданской области» в Сусуманском районе 16 июня 2011 года:

«В жилой комнате (17,8 кв. м) обои по всей стене и потолку покрыты слоем черной плесени, отходят от стен; со стены, выходящей в подъезд, отпала цементная штукатурка, между плитами образовались сквозные щели; видны следы промерзания на потолке и стенах; пол из ДВП вздут из-за затопления.

В спальне (12,5 кв. м) по потолку идет трещина между плитами, штукатурка отвалилась, деревянный подоконник имеет трещины и щели. На потолке кухни краска отшелушивается, висит кусками; углы и стены покрыты черной плесенью; пол из ДВП вздут, имеются следы затопления водой ржавого цвета.

В ванной, туалете и встроенном шкафу на стенах отшелушивается краска, отваливается штукатурка, на полу отсутствует какое-либо покрытие, видно только засыпку пола. Раковина и унитаз в квартире отсутствуют; ванна отключена от сетей, стоит боком.

В жилом помещении на момент обследования отсутствуют: отопление (нет ни одного регистра), водоснабжение, водоотведение».

Дареному коню, как говорится, в зубы не смотрят, однако это, согласитесь, слишком. Такое разгромленное убожество жильем не назовешь даже с натяжкой.

Кстати, среди подписавших процитированный акт фигурирует А.А. Панасенкова – то самое доверенное лицо, выбранное директором Оротуканской школы-интерната Л.И. Морозовой для проведения сделки с продажей сиротских долей в 2003-м. Указана и ее должность: в 2011 году она работала главным специалистом районного комитета по образованию.

***

Просьбы сестер к властям Сусуманского района забрать подарок безвозмездно в фонд муниципального жилья остались неудовлетворенными.

«Нам эта квартира не нужна. Это ваша собственность, вот и разбирайтесь с ней», – неизменно следовал ответ. Правильно, кого прельстит однозначно аварийное жилье?

Тогда девушки решили доказать, что данная квартира – не жилое помещение, жить в ней нельзя. В начале 2013 года они отправили в районный отдел опеки и попечительства заявление о рассмотрении вопроса о признании квартиры не отвечающей установленным для жилых помещений техническим правилам и нормам.

По этому поводу 31 января 2013 года состоялось заседание межведомственной комиссии г. Сусумана. На Больничную комиссия не выезжала, обследование квартиры не проводила, довольствуясь уже упомянутым актом Роспотребнадзора и актом управляющей компании ООО «Ремас» о техсостоянии квартиры.

На их основании комиссия приняла заключение «о необходимости и возможности проведения капитального ремонта, реконструкции или перепланировки с целью приведения утраченных в процессе эксплуатации характеристик жилого помещения в соответствие с установленными требованиями и после их завершения продолжить процедуру оценки соответствия жилого помещения».

Прошло почти семь лет. Сведений о проведении в квартире на Больничной капремонта, реконструкции или перепланировки не имеется.

В данном документе обращает на себя внимание следующий абзац: «Жилое помещение на ул. Больничной, 69 закреплено органами опеки и попечительства администрации Сусуманского района за Юлией П. и Александрой П. в связи с тем, что они относятся к категории лиц из числа детей-сирот».

Звучит так, как будто эта квартира хлопотами районного органа опеки принадлежит сестрам во исполнение федерального законодательства о гарантиях по социальной поддержке детей-сирот, а не потому, что ее кто-то им подарил. Ну, или мне так кажется.

***

Не зная, что делать со своей собственностью дальше, сестры обратились в районную прокуратуру. И вот тут судьба сделала неожиданный кульбит.

Им позвонили якобы от имени надзорного органа и предложили прекратить разбирательства, которые вряд ли приведут к чему-то дельному. Взамен Юле и Саше пообещали содействие в постановке их в «сиротскую» очередь на получение жилья в Магадане.

Девчонки, разумеется, с радостью согласились. Учеба подходила к концу, где дальше жить в городе, непонятно, а тут реальный шанс. Кинулись собирать необходимые для постановки на очередь бумаги.

В перечне нужных документов значилось официальное свидетельство о том, что у них в собственности не имеется другого жилья либо оно находится в аварийном состоянии. Запрос о получении такого документа был направлен в районную администрацию.

В ответ пришло постановление администрации Сусуманского района №16 от 21.01.2013 за подписью главы А.М. Куршева, отменяющее закрепление за ними права на жилое помещение по адресу: г. Сусуман, переулок Горняцкий, 3, «учитывая, что ранее было произведено отчуждение данного жилого помещения при условии наличия у несовершеннолетних собственного жилого помещения по адресу: г. Сусуман, ул. Больничная, 69».

То есть, проданные в 2004 году сиротские доли родительской квартиры районная власть официально открепила лишь в 2013-м, а продажу долей объяснила наличием в собственности у сестер другой квартиры.

Хитро. Только почему-то в постановлении ни слова о том, что эта другая квартира совершенно убита, и жить в ней невозможно. Ни жить, ни продать, ни отдать. Сегодня девушки размещают объявление на Avito о ее продаже за 1 рубль – мало ли, может, кому для прописки сгодится. Желающих купить нет.

В конечном итоге факт невозможности проживания в данной квартире был признан мэрией г. Магадана летом 2013 года, после чего сестрам выделили по квартире в областном центре из спецжилфонда.

Все бы хорошо, но поскольку сусуманские власти по непонятным мотивам открепили от сирот не Больничную, 69, а Горняцкий, 3, аварийный подарок формально остается их собственностью.

Ну и что?

***

А то, что с прошлого года со счетов девушек пропадают деньги. Их списывает районная служба судебных приставов в погашение задолженности по… коммунальным платежам, якобы образованной у собственниц квартиры по ул. Больничной, 69.

Суммы разные – 5, 7, 15, 20, 29 тыс. руб. Общий долг, сообщили приставы сестрам, перевалил за 200 тыс. руб. Это за какой, интересно, период и за использование каких таких ресурсов? А например, за газ.

Нет, серьезно: в расшифровке к одному из счетов на сайте службы судебных приставов так и говорится: «Газ, тепло, электроэнергия», хотя ни электричества, ни батарей-кранов, ни стекол, а тем более газопровода в разбитой нежилой квартире в помине нет.

И как об этом не знать директору управляющей компании ООО «Реммонтаж» (ООО «Ремас») А.В. Дееву, который подписывал акты обследования аварийной квартиры и даже после всего увиденного не постеснялся подать в 2018-м судебный иск на истребование «задолженности по оплате услуг за содержание жилого помещения»?

Есть, к примеру, еще одна компания в Сусумане – «Северный ветер», которая насчитала Юле и Саше около 50 тысяч долга за вывоз мусора и содержание подъезда на Больничной, 69.

«В 2011-2013 годах, когда я пыталась разобраться с квартирой, приезжала в Сусуман, обивала пороги кабинетов, о долгах за коммунальные услуги не было речи, – говорит Юля. – В квартире никто не жил и не живет. Откуда взялись долги?

Мы понимаем, что этот абсурд не закончится, пока мы не избавимся от «подарка». Мы его не просили, и нас с сестрой никто не спрашивал, когда квартиру на Больничной оформляли в нашу собственность. Почему мы сейчас должны расплачиваться за чьи-то действия, вполне возможно, незаконные?»

Девушки не оставляют надежды добиться правды. Наняли юриста, который занимается расследованием запутанного дела частным порядком, поскольку областная прокуратура отказалась брать у Юли заявление под предлогом, что это дело районного уровня.

Также не хотели регистрировать Юлину заявку на личный прием к губернатору С.К. Носову в канцелярии регионального правительства: не будет, дескать, руководитель области вникать в такие мелочи.

Людские судьбы – не мелочи, и девушка правильно сделала, настояв на принятии заявления. Подождем личного приема. Что скажет губернатор?

Автор статьи: Саша Осенева.

«КТ» №50

Декабрь 2019 года.

Отягощенные даром: 2 комментария

  1. А это не только в Магадане или в сусумане, это по всей стране сидит в отделах опеки туева хуча тёток, родственниц мэра, губермэра, прокуратора, начальника милиции и просто вот так, по своему усмотрению используют бюджет на сирот, многодетных, детей-инвалидов. И ворон-ворону глазик не выклюет, и даже юрист, который взялся за это дело из той же компании, чей то однокурсник/одноклассник/сослуживец (нужное подчеркнуть). Надо все через Москву пытаться решать, потому что на месте везде кумовство и родственные связи, случайных людей у кормушки не встретишь…

  2. Только ни в коем случае не сдавайтесь, девочки! Я и к автору обращаюсь.
    Если губернатор не поможет, обращайтесь в Генпрокуратуру, в Администрацию Президента. Правда на вашей стороне.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.