Валентин Конин

mesto_kolyma_008

Статья полковника ФСБ в отставке В. Конина (на фото — крайний слева) указывает на то, что мы могли потерять и потеряли, увлёкшись, не без подачи наших заокеанских партнёров, копанием в своей душе, вот уже более тридцати лет переписывая наше недавнее прошлое, постоянно реформируя, как кому-то надо, российские спецслужбы, делая их главными виновниками репрессий и обвиняя в том, что они развалили Советский Союз. Впрочем, потеряли не все. Кто-то и приобрёл. Но об этом пусть судит читатель.

Понятие государственной безопасности отменить нельзя

В конце 80-х – начале 90-х годов прошлого века в г. Магадане и Северо-Восточном регионе страны в целом сложились своеобразная политико-экономическая ситуация и оперативная обстановка, связанные с бурным развитием международных связей, в первую очередь с США (штат Аляска). Это не удивительно, потому что Магаданская область (до 1991 года включала Чукотку) единственная в СССР имела морскую границу с Соединёнными Штатами, а также исторические связи коренного населения Чукотки с Аляской. В 1990 году впервые в Советском Союзе было открыто безвизовое сообщение с Аляской для коренных жителей Чукотки (эскимосов). Начались взаимные визиты, обмены делегациями, совместные проекты и так далее.

Порт Провидения. 1987 год.

Порт Провидения. 1987 год.

В конце 80-х годов прошлого века американцы активно начали разрушать «железный занавес», в том числе на Крайнем Северо-Востоке СССР. Сначала они нацелились на Чукотку, в пос. Провидения, как ближайший к США советский населённый пункт с авиационным и морским портами. В 1987 году в порт Провидения по согласованной заявке вошло гидрографическое судно США типа «Сюрвейер» Национального управления океанических и атмосферных исследований (NOAA). На борту было более семидесяти иностранных граждан. Их встретили гостеприимно (политика разрядки международных отношений и перестройка действовали), как иностранных туристов.

Гидрографическое судно США типа «Сюрвейер» Национального управления океанических и атмосферных исследований (NOAA).

Гидрографическое судно США типа «Сюрвейер» Национального управления океанических и атмосферных исследований (NOAA).

Но дело в том, что посёлок, как входящий в 25-километровую пограничную полосу, также был закрыт для въезда иностранцев, а морской порт был открыт для захода иностранных судов.

В Управлении КГБ знали, что суда указанного типа использовались американской военно-морской разведкой. Ещё в начале 1960-х годов в США и в СССР началось переоборудование гражданских кораблей в суда радиотехнической разведки. Например, наши разведывательные корабли официально назывались гидрографическими судами (ГИСУ). Часть судов носила флаг Гидрографии, другие – военно-морской флаг. В документах Министерства обороны СССР эти корабли именовались как корабли радиоразведки и радиотехнической разведки.

Бухта Провидения, B737-200QC N740AS, 13 июня 1988 года, «Friendship Flight». Первый рейс B737 из Нома.

Бухта Провидения, B737-200QC N740AS, 13 июня 1988 года, «Friendship Flight». Первый рейс B737 из Нома.

14 июня 1988 года был выполнен так называемый «полёт дружбы» по маршруту Ном (Аляска) – бухта Провидения с губернатором Аляски С. Купером, сенатором Ф. Мурковски и большой группой американцев на борту. В отличие от «Сюрвейера» полёт не был согласован, и американцы прилетели без приглашения, чем создали головную боль подразделению ПВО, которое не знало, как реагировать на вторжение.

В 1989 году состоялись поездка делегации Магаданской области в Анкоридж и визиты американцев в Магадан. Потом начались постоянные обмены и дружеские контакты, в связи с чем Правительство СССР, по просьбе магаданского облисполкома, разрешило безвизовые поездки представителей коренного населения на Аляску. Была открыта авиалиния Магадан-Анкоридж. В Магадане появились бизнесмены, учёные и туристы из США. На Аляску хлынул по различным каналам поток жителей области.

Магаданцы на улице Анкориджа. Март 1994 года.

Магаданцы на улице Анкориджа. Март 1994 года.

Естественно, американские спецслужбы использовали каналы обмена в разведывательных целях. Начали осуществляться акции легальной разведки. Усилия шпионов были направлены на сбор информации по всему спектру экономики, по национальному вопросу, о социально-экономическом положении региона, о его взаимоотношениях с федеральным центром, о действующих в Магадане партиях и их лидерах. Особое внмание уделялось военным объектам. После того как в послевоенный период на Чукотке была создана военная группировка в ответ на планы США нанести ядерные удары по городам СССР (атомных бомб и средств их доставки у нас тогда ещё не было), у американцев сложилось впечатление, что в Магаданской области имеются атомное оружие и наступательные ракеты.

mesto_kolyma_013

Морской порт Певека, к которому проявили интерес французские дипломаты, ночью (стояли белые ночи) фотографировавшие этот объект.

Многим неискушённым людям, особенно любопытным журналистам и даже отдельным не-профессиональным контрразведчикам представляется, что спецслужбы противника достаточно легко вербуют своих агентов из числа российских граждан. Однако это далеко не так.

Вербовка — это трудоёмкий и эксклюзивный акт. Прежде всего, вопрос о вербовке встает, когда информацию нельзя получить иным способом на интересующем разведку объекте. Главное — наличие объекта интереса или, иначе говоря, устремлений противника. Например, в Магадане таких объектов практически нет.

Фотосъёмка американкой Д. Брелсфорд расположения роты ПВО на Чукотке. 15 марта 1989 года.

Фотосъёмка американкой Д. Брелсфорд расположения роты ПВО на Чукотке. 15 марта 1989 года.

Вся интересующая разведки информация получается легальным путем в ходе разнообразных контактов российских граждан с иностранцами, совместных проектов, конференций, выездов за границу, путём обработки открытой и иногда закрытой информации, в результате нарушения режима секретности. Нужная информация получается также средствами технической разведки, особенно в приграничных районах. Например, в начале 80-х годов прошлого века американская разведка установила автоматическое устройство технической разведки (АУТР) на кабель ВЧ—связи на дне Охотского моря, по которому велись секретные переговоры между Камчаткой и Москвой. А на Камчатке имелись серьёзные объекты первоочередных устремлений разведки США. Такие объекты есть и в Хабаровске, и во Владивостоке, и других районах Дальнего Востока. Однако о разоблачениях шпионов в этом регионе России практически не слышно. Таким образом, для вербовки шпиона нужен объект, информацию о котором нельзя получить иным, кроме агентурного, способом.

Наглядным, известным автору (в 1984-87 гг. проходил службу в Управлении КГБ СССР по Ярославской области) примером является работа ярославской контрразведки по противодействию американской разведке.

В середине 80-х годов в СССР приняли в опытную эксплуатацию Боевой железнодорожный ракетный комплекс (БЖРК), который был способен преодолевать более 1000 км в сутки по территории страны и запускать ракеты с подготовленных площадок на маршруте. К этому времени американцы завершали создание ракет «Трайдент-2» и никакая инженерно-техническая защита наших ракетных шахт не помогла бы от их применения.

Поэтому было принято решение о создании мобильных ракетных систем. Это было тогда наше самое грозное стратегическое оружие. Первый ракетный состав был принят на вооружение в 1987 году. Параллельно с созданием БЖРК строилась его база под Костромой. Первый ракетный полк с ракетой РТ-23УТТХ встал на боевое дежурство 20 октября 1987 года.

Естественно, что признаки масштабных работ по созданию БЖРК и базы в 30 км от Костромы не могла не зафиксировать американская разведка. И, если на ракетный поезд, о котором они были поставлены в известность в соответствии с Договором об ограничении СНВ, им путь был явно закрыт, то наблюдать за строительством, а затем и функционированием базы БЖРК они могли, вероятно, изредка из космоса и, особенно, со специально созданных агентурных позиций в окружении данного объекта. Понятно, что способы времен Великой Отечественной войны (типа радиопередач) были непригодны. Американцы должны были наладить оперативную связь, не привлекая внимание контрразведки, используя сложившуюся годами обстановку в данном, верхневолжском регионе.

А обстановка в те годы была такова, что американские разведчики, действовавшие под дипломатическим прикрытием (сотрудники Посольства США и Аппарата военного атташе США в Москве), практически не посещали Кострому: относительно далеко, и объектов интереса там не было. В то же время они довольно часто посещали Ярославль (судостроительный завод, выпускающий военную продукцию, объекты ПВО Московского военного округа по трассе и т. д.), а оттуда 4 часа на автомашине – и они в своем посольстве, откуда можно передать в США любую информацию.

Схема напрашивалась сама собой: американский агент в окружении базы БЖРК едет в Ярославль (около 90 км), закладывает там тайник, который обрабатывают американские разведчики во время очередного посещения города под видом туристов, а затем увозят информацию в Москву, в своё дипломатическое представительство, для последующего направления в США по секретным каналам. Возможен и прицельный выстрел информации с удобной точки (таких мест в Костроме нет, только в Ярославле – с высокого берега Волги) на американский разведывательный спутник типа «Флитсатком».

Маршруты американских разведчиков заканчивались в Ярославле, в 70 км от Костромы и около 100 км от БЖРК. Внешне поездки разведчиков США в данный регион и база ракетоносцев не пересекались, но американская разведка, вероятно, устранила этот пробел.

Опыт военной разведки и контрразведки свидетельствует о том, что обычно вблизи таких важных военных объектов приобретаются агенты или засылаются в их окружение. При этом агенты могли быть как из числа местных граждан, так и из числа иностранцев. Наиболее предпочтительный вариант – нелегалы, так как объекты вербовки в таком провинциальном районе маловероятны. Казалось бы, всё просто выглядит сейчас, но тогда, в 1986-м, было очень и очень непросто свести все концы воедино.

Получая ежедневно материалы ярославских контрразведчиков для информационной обработки, автор обратил внимание на частые приезды в Ярославль американцев, в числе которых были установленные гражданские (ЦРУ) и военные разведчики (РУМО), на которых поступали ориентировки Второго Главного Управления КГБ СССР (все поездки дипломатов по территории СССР протоколировались в МИДе).

При просмотре отчетов о пребывании американцев в Ярославле его насторожили факты необычного поведения с точки зрения специально разработанной методики. Разумеется, все поездки американцев маскировались туристическими целями, отдыхом и осмотром местных достопримечательностей. Пришлось опробовать новую методику оценки целей приездов разведчиков-агентуристов США в Ярославль.

Шли дни, недели, месяцы. Наступил 1986 год, строительство базы БЖРК, как стало известно позднее, уже заканчивалось, а ракетные поезда готовы были прибыть туда с Украины. Это был очень секретный объект, даже мы, ярославские контрразведчики, как отмечалось выше, об этом не знали. В то же время на основе специального анализа приездов разведчиков противника в Ярославль постепенно руководство отдела контрразведки начало понимать, что американцы что-то затевают в городе. Строились различные предположения, и была выдвинута версия о возможной операции по связи в парковой зоне. Возникал законный и главный вопрос – с кем операция по связи и почему в Ярославле?

Выход БЖРК с базы реально мог отслеживать только агент противника, который, скорее всего, работал на железной дороге простым обходчиком или рабочим. При этом ему не нужно было находиться непосредственно вблизи базы БЖРК – достаточно «сидеть» в месте, где железнодорожная ветка от неё выходила на основную магистраль (примерно 5-7 км от базы).

Контрразведчики в режиме строгой секретности начали проводить мероприятия по розыску возможного американского агента в окружении базы БЖРК. В частности, начали проверять за пятилетний период всех лиц, въехавших на жительство в Костромскую область и поселившихся поблизости от базы, в первую очередь рабочих и служащих на железной дороге. Также контролировались возможные операции по связи.

Сегодня ещё нельзя рассказать подробности той кропотливой работы, но наступивший политический коллапс в стране не позволил успешно завершить эту работу.

Практика работы по американским разведчикам на территории СССР показывала, что операции по связи со своими агентами они проводили силами только посольской резидентуры и исключительно в Москве (разово в Ленинграде). Подробно об этом написано в книге бывшего начальника 1-й Службы Второго Главного управления КГБ СССР Р. Красильникова ««Призраки» с улицы Чайковской». В то же время возможность проведения операций по связи со своими агентами сотрудниками центральной разведки США на территории СССР, используя, например, канал туризма, даже не рассматривалась, хотя наша разведка использовала этот способ.

В то время БЖРК представлял самую серьёзную угрозу национальной безопасности США. Поезд-ракетоносец, видимо, останется в истории человечества единственным и неповторимым. По признанию специалистов, это самое грозное оружие, которое когда-либо существовало на земле. Американская разведка не могла оставить его без внимания – это совершенно точно и не требует доказательств.

Как писали позже журналисты – когда он (БЖРК) пересекал границу станции «Василёк», на Потомаке и центральном командном пункте стратегических ядерных сил США в Гранд- Форксе (Северная Дакота) американские генералы ломали голову – куда идёт наш ракетный поезд.

В отличие от ракет шахтного базирования, где заранее известны координаты целей, относительно БЖРК у наших противников возникала масса вопросов, на которые они так и не смогли найти ответы. Для их отслеживания в начале девяностых прошлого века американцы даже создали группировку военных спутников. Но и из космоса обнаружить следы комплексов было не так-то просто. Поэтому даже самая современная техника часто теряла их из виду. Они были неуловимы, благодаря прекрасно развитой сети железных дорог Советского Союза. Много лет спустя американский генерал Пауэлл признался: «Искать ваши ракетные поезда – все равно что иголку в стоге сена».

Для разведок особенно предпочтительным является использование своих разведчиков, действующих под дипломатическим и иным официальным прикрытием, а также агентов из числа людей, которые являются иностранцами для страны пребывания. На территорию нынешней России и в Магадан в том числе в начале 90-х также потоком хлынули иностранцы по различным каналам. В их числе были выявлены лица, связанные со спецслужбами противника.

Проводились мероприятия по предотвращению нанесения ущерба России.
Из книги «Благо Родины превыше всего» (к 85-летию регионального Управления ФСБ РФ по Пермской области), 2003 год:

«…число иностранных специалистов с каждым годом увеличивалось. Соответственно, увеличивалось количество лиц, сотрудничающих со своими национальными спецслужбами. Их нейтрализация оставалась одной из главных забот оперативников. Высшим чекистским пилотажем считался такой результат, когда нейтрализация делалась руками самой фирмы, давшей прикрытие агенту. Вот такую филигранную, эффективную операцию и провела группа, в которую входили подполковники И.С. Бушуев и A.Я. Заводчиков, капитаны С.И. Пархоменко, B.П. Пухарев и В.Ф. Романюк, старший лейтенант В.Г. Конин.

Еще в Перми, когда «Клерк» садился на поезд до Соликамска, куда он направлялся якобы для монтажа оборудования на одном из предприятий, он был взят под невидимую, но плотную опеку. Дело устроили так, что липовый специалист не столько вникал в технические проблемы, сколько предавался различного рода увеселениям. Одно из них закончилось для него весьма плачевно: соликамская милиция задокументировала, выражаясь языком протокола, «хулиганские» действия иностранца.

А в иностранную фирму – «крышевателя» разведчика – Министерство внешней торговли СССР сделало соответствующее представление. Дескать, не к лицу такой серьезной корпорации столь легкомысленно подходить к подбору кандидатур для выполнения ответственных работ.

И как бы, мол, сей прискорбный инцидент не повлиял на дальнейшее успешное развитие наших двусторонних отношений. В фирме локти кусали, кляня тот час, когда дали согласие дать свое прикрытие разведчику. А поскольку в настоящем крупном бизнесе репутация дороже денег, то фирма в 24 часа отозвала горе-специалиста из нашей страны…»

Однако многие удачные контрразведывательные операции по борьбе со спецслужбами империалистических государств и антисоветскими элементами внутри страны и за рубежом не привели к победе над противником в так называемой холодной войне. Причины?.. Причины разные.

В своих мемуарах «Лихолетье» генерал Николай Леонов, в последние годы существования СССР занимавший пост начальника Аналитического управления КГБ, пишет об этом так: «Но есть одна общая причина, которая может вобрать в себя все иные, которая задушила нас. Этой причиной была ложь, она незаметно забила все поры нашего бытия, превратилась в раковую болезнь нашей крови, убила нашу душу.»

В холодной войне спецслужбы СССР и стран Запада оттачивали своё мастерство в борьбе друг с другом. «Побеждённых» в этой схватке не было. Развязка наступила позже, когда рухнула коммунистическая система, исчез Советский Союз. Тут уж во всю игра пошла практически в одни ворота.

Прошло два десятка лет. Визиты к нам военных и других разведчиков стран Запада стали обычным делом. Вероятно, операции по иностранным разведчикам проводятся и сейчас, но, естественно, они, как всегда, строго засекречены, так как их результаты неоднозначны и могут толковаться по-разному.

Например, 80-е годы – это период, когда советская контрразведка в Москве достигла значительных успехов. Практически была разгромлена агентурная сеть американской разведки, пресечены другие разведывательно-подрывные акции. Об этом также подробно вспоминает в своих мемуарах бывший начальник американского отдела Второго Главного Управления (контрразведка) КГБ СССР генерал Р. Красильников.

Однако ведь кто-то создал в конце 80-х рево-люционную ситуацию в стране, которая сложилась не только из-за неэффективности советской экономики и тупости отдельных партократов. Вопрос остаётся открытым — почему вмиг опустели полки в магазинах, были введены талоны на основные продукты и товары. Такое было только в войну. А страна-то была огромная — ещё весь Советский Союз. Потенциал громадный. Экономика по своим возможностям легко могла дать необходимый ассортимент товаров и продуктов, хоть и не в изобилии. КГБ и другие правоохранительные органы, что называется, сбились с ног, чтобы выявить факты так называемого саботажа, но в целом безуспешно — страна работала, как буксующий паровоз на крутом подъеме, выхода продукции почти не было. Народ начал выходить на улицы, требовать перемен, создавать народные фронты — благо горбачёвская политика гласности позволяла это делать. Создался капкан для власти — с одной стороны, режим ослабил хватку, с другой — жить нормально стало невозможно. И это предрешило существование советской власти, хотя, повторим, экономический потенциал у неё был огромный, не сравнимый с тем же Китаем.

Кто же был кукловодом в этой ситуации? Ясно не те шпионы, которых КГБ стало регулярно ловить в 80-х, не диссиденты и «антисоветчики», которых госбезопасность знала наперечет.

Кто же срежессировал эту операцию? Весьма похоже на чьи-то обдуманные действия, как, например, сегодня в «оранжевых» революциях. Они, конечно, возникают не на пустом месте — сначала создается ситуация невозможности жить, как раньше, а потом приходит «Мессия».

В конце 80-х — начале 90-х годов руководство КГБ СССР всерьёз заговорило об агентах влияния Запада, но серьезного механизма борьбы с ними выработать не успело. Грянул август 1991 года. Настали другие времена. Возможности для получения Западом и Востоком информации легальным путём серьёзно расширились. Это признают и сами российские спецслужбы, считая виновником такого положения обстановку вседозволенности и политику широко открытых дверей для иностранцев, среди которых приезжает в Россию много всякого сброда от шпионов до авантюристов и мошенников – «половить рыбку в мутной воде». Недаром прежний начальник Управления ФСБ по Пермской области генерал Езубченко в одном из интервью сокрушался: «Трудно определить, сколько средств сэкономили иностранные разведки из-за разведдоступности к ранее закрытой для них информации».

Что ж, понятие государственной безопасности, пока существует любое государство, нельзя отменить. Главное в том, что понимают государственную безопасность многие, даже власть имущие, по-разному.

mesto_kolyma_015

В ноябре 1993 года в номере гостиницы г. Магадана, где проживали американцы «К» и «М», прибывшие авиарейсом из Хабаровска, (ориентировок из Центра и других органов безопасности об их приезде не поступало) было обнаружено необычное техническое устройство. Американцы прибыли с дипломатическими паспортами – «для проверки пломб на гуманитарном грузе». При проведении контрразведывательных мероприятий один из этих американцев был опознан как установленный сотрудник РУМО США, приезжавший с разведзаданиями в другие регионы России под дипломатическим прикрытием. Принятыми мерами контроля за действиями американских разведчиков и изучения обнаруженного технического средства выяснилось, что, вероятно, это была спецаппаратура дальней агентурной связи.

По оценке специального подразделения, выявленное техническое устройство позволяло осуществлять спецпередачи, направленные на геостационарный ИСЗ «Инмарсат» или низколёт «Стаксат-3», который периодически пролетал над Магаданом.

Кроме того, в этот период зафиксирован уверенный прием передач Гуамского агентурного разведцентра американской разведки (мощность передаваемого из этого центра сигнала значительно увеличилась). Ранее эти сигналы в данный регион были слабые и оперативного значения не имели.

Полученные данные указывали на возможное наличие в Магадане агента американской разведки. Более подробную информацию об этой ситуации в настоящее время раскрывать нецелесообразно.

Как подчёркивалось выше, в Магаданской области отсутствуют режимные оборонные предприятия и другие объекты первоочередных устремлений противника. В то же время в 90-х годах из региона потоком хлынула за рубеж научная, экономическая и геологическая информация. Но большей частью не из-за того, что в регионе были многочисленные шпионы, а потому, что на предприятиях и в организациях не соблюдался элементарный режим охраны секретов. Об этом подробно было описано в нижеизложенной статье в «Независимой газете» в 1998 году.

«С начала 90-х годов многие российские научно-исследовательские институты и центры для поднятия престижа, получения грантов за¬рубежных фондов и организаций значительно расширили международные контакты, открыли двери своих лабораторий и библиотек для иностранных партнеров. Стали издаваться на иностранных языках справочники, сборники и обзоры, содержащие солидные по объёму и содержанию сведения в различных областях знаний.

Активизация международных связей научных центров России в условиях рыночной экономики, кризисного состояния российской науки, падения её престижа внутри страны, хронических неплатежей является объективным процессом. Но есть здесь и обратная сторона медали — утечка из России информации о результатах научных исследований, в частности, данных о запасах полезных ископаемых, являющихся секретными или составляющих коммерческую тайну, к которым проявляют интерес иностранные компании и фирмы, а также зарубежные спецслужбы.

Одной из основных «кладовых» страны является Северо-Восток России, где в последние годы практически бесконтрольно происходит отток геологической и иной информации о природных ресурсах.

Взять хотя бы издание учёных Северо-Восточного комплексного научно-исследовательского института (СВКНИИ) ДВО РАН «Недра Магаданской области — 1995», представляющее собой годовой обзор деятельности горно-геологических предприятий в этом регионе. Знакомство с изданием удивляет своей открытостью, поскольку в обзоре отражены результаты многолетних работ по региональному геологическому изучению недр и научному обеспечению этих работ. В исторической ретроспективе показана динамика развития минерально-сырьевой базы Северо-Востока, дана оценка лицензирования объектов, приоритетности их освоения и других аспектов деятельности геологической службы и горных предприятий.

Сборник завершается сокращённым английским переводом представленных материалов. Последнее обстоятельство наводит на мысль о том, что данное издание подготовлено не только для российских геологов, специалистов горнодобывающих предприятий и экономистов, занятых в сфере разработки минерально-сырьевых ресурсов, но и специально для иностранных инвесторов, зарубежных коммерческих и других структур. Издание сборника было приурочено к проводившейся в июне 1996 г. на базе Магаданского СВКНИИ международной научной конференции с участием иностранных представителей. В стоимостном выражении книга оценивалась всего в 80-100 тыс. неденоминированных рублей и вызвала неподдельный интерес у находившихся в Магадане бизнесменов и учёных из США, Канады, Англии, Японии. Это и понятно, поскольку подробные сведения о стратегических запасах крупнейшего по территории региона иностранцы раньше не могли бы получить и за большие деньги, так как такие данные до начала «политики открытых дверей» считались секретными и тщательно охранялись всесильным КГБ.

Руководство СВКНИИ заявляет, что институт вынужден выходить на совместные проекты с американскими учеными, которые, оказывая материальную помощь, взамен получают полную информацию по геологии, экономике, экологии Северо-Востока России. И всё это без всяких шпионских страстей.

Стоит ли удивляться… Настали другие времена. При этом российская контрразведка, скорее всего, потеряла контроль за процессом утечки информации о приоритетных, фундаментальных и наукоёмких работах. Одновременно в эйфории полученных «демократических свобод и гласности» в стране недостаточно обращалось внимания на вопросы экономической безопасности. Функции контролёров и консультантов перехватили иностранцы. Особенно активными на этом поприще оказались практичные американцы. Пользуясь российской доверчивостью, полным отсутствием опыта работы в условиях рыночной экономики, нашим неумением оценить значимость предоставляемой информации, злоупотребляя северным гостеприимством и заверяя о своих благих намерениях, «заокеанские друзья» начали создавать условия для тотального сбора и вывоза в США экономической и научно-технической информации. На Северо-Восток России зачастили представители американских научных центров, различные научные делегации, участники ежегодных международных конференций. С опозданием пришло осознание того, что даваемые американскими коллегами обещания остаются на словах. На деле же практически все встречи носят односторонний, выгодный для иностранцев характер и были направлены на получение интересующих их сведений.

Оценивая нынешнюю ситуацию, с сожалением можно констатировать, что надежды на приток обещанных инвестиций в науку и экономику Магаданской области, как и всего Северо-Востока, не оправдались. А накопленные за годы материалы, полученные в ходе трудоёмкого, финансируемого из государственного бюджета труда тысяч ученых, геологов, других специалистов, выполнявших свою работу в сложных климатических условиях «за гроши», оказались в распоряжении научных центров США. Мало того что в порядке «доброй воли» для развития добрососедских отношений была передана часть накопленного годами интеллектуального богатства, российские ученые попали в прямую зависимость от финансирования отдельных работ из-за рубежа и теперь стоят с протянутой рукой за иностранными подачками, называемыми грантами. Да и те скудные средства, которые выделяются различными фондами, расходуются в России при строгом контроле и в интересах иностранцев.

Кроме того, страны Азиатско-Тихоокеанского региона, и в первую очередь США, используя полученную информацию, пытаются оказывать влияние на развитие ситуации в регионе. Об этом свидетельствуют публикации в местной печати. Так, на проходившей в июне 1997 г. на базе Магаданского СВКНИИ Международной научно-практической конференции «Российский Север и федерализм: поиск новой модели», финансируемой одним из американских фондов, американские специалисты по Дальнему Востоку России начали просто навязывать на примере штата Аляска американский опыт политического развития территорий. В проекте итогового документа, заранее подготовленного с участием иностранцев, звучали требования, направленные на дальнейшее развитие тенденций децентрализации власти и сепаратизма российских регионов. В частности, предлагалось предоставить Магаданской области право на залог и продажу участков недр без согласования с федеральным правительством. По мнению специалистов, при существующем положении реализация этого права приведёт практически к утрате основных месторождений полезных ископаемых. Действующее законодательство позволит небольшой группе лиц обогатиться за счёт операций залога и продажи недр, а основная часть населения окажется ещё в более худшем положении. Участники конференции рекомендовали организаторам существенно доработать итоговый документ. Критические выступления российских учёных были впоследствии опубликованы только в местном научно-популярном журнале «Колыма» и не вышли за пределы области.

Возникает логичный вопрос: кто виноват? Можно, конечно, сослаться на сложности текущего момента, переходного периода. Однако за каждой утечкой информации стоят конкретные люди, конкретные интересы. Кто оценит стоимость этой утечки? Что в этих условиях делают так называемые компетентные органы?

В неоднократных интервью в 1995-1997 гг. представителям СМИ бывший начальник Магаданского управления ФСБ РФ Геннадий Елизаров заявлял, что спецслужбы США и других стран ATP активизируют разведывательно-подрывную деятельность на территории области. Как следует из его выступления на коллегии УФСБ, опубликованного в областной газете «Территория» 8 августа 1995 г., приоритетными направлениями работы Управления является выявление, предупреждение и пресечение разведывательно-подрывной деятельности спецслужб и организаций иностранных государств, направленной на нанесение ущерба безопасности России (на деле всё наоборот – контрразведке уделялось остаточное внимание, а зачем, когда за десяток килограмм из тонн похищаемого золота давали ордена и медали).

Дальнейшее развитие международных связей области расширит возможности зарубежных спецслужб для сбора ими разведывательной информации о Магаданской области… Прежде всего, в материально-сырьевой сфере. С учётом этого Управлением – со слов Елизарова – намечены и реализуются необходимые мероприятия по обеспечению безопасности национальных интересов страны и их реализации в зоне ответственности УФСБ России по Магаданской области».

Насколько эти «необходимые мероприятия» позволили предотвратить утечку информации о природных ресурсах Северо-Востока России, остается загадкой. С учетом того, что в Магадане нет оборонных заводов, режим¬воинских частей, основным объектом зарубежных разведывательных устремлений как раз и является информация о природных ресурсах, которая уже не ручейком, а своеобразным Гольфстримом утекает за океан. Об этом, кстати, говорилось в серии статей в «Магаданской правде» (март-май 1997 г.) под названием «Русская Америка».

А «ушедшая» за рубеж информация была фактически легализована заинтересованными лицами в ходе работы и в материалах прошедших конференций в 1996-1997 гг. Логично пред¬положить, что деятельность американских представителей на Северо-Востоке России направлена на получение разносторонней информации, способствующей достижению национальных интересов США, совпадающих с их стратегическими планами о мировом господстве. Очевидно, назрела необходимость в оценке ущерба от «утечки» сведений за рубеж. Срочно нужно принимать дополнительные общегосударственные, ведомственные и другие специальные меры по защите имеющейся информации.

В то же время пора научиться и соблюдать элементарные условия рыночных отношений, и развивать международное сотрудничество не в качестве просителей, а в качестве полноправных партнёров. Как бы пригодились сидящим на голодном пайке российским учёным средства, вырученные, например, за переданные сведения иностранцам на законном основании, с учётом рыночных условий, с выгодой для конкретных регионов и в целом для России. Нельзя забывать, что в условиях рынка информация является таким же товаром, как золото, нефть, газ и зачастую стоит больших денег, которых хронически не хватает России для тех же реформ».

Позже бывший начальник Управления ФСБ по Магаданской области А.И. Маренков (на фото второй справа), работая уже начальником Управления ФСБ по Хабаровскому краю, фактически признал недоработки в деле защиты экономической информации.

mesto_kolyma_016

РИА «Новости», Хабаровск. Начальник УФСБ по Хабаровскому краю Анатолий Маренков заявил, что спецслужбы зарубежных государств пытаются активизировать деятельность на Дальнем Востоке России… Одна из причин такой активности, по мнению Маренкова, – ослабление режима секретности на предприятиях и в учреждениях и нередкое нарушение существующих правил.

Уступки США в ущерб интересам СССР и России начались ещё в 1990 году при подготовке и заключении Соглашения между СССР и США о линии разграничения морских пространств (используются также наименования «Соглашение о линии Шеварднадзе-Бейкера», «Соглашение между СССР и США о разграничении экономических зон и континентального шельфа в Чукотском и Беринговом морях, а также территориальных вод на участке в Беринговом проливе между островами Ратманова (Россия) и Крузенштерна (США)»).

14 июня 2002 года Госдума Федерального Собрания РФ приняла постановление № 2880-III, в котором отмечено: «В результате разграничения морских пространств в соответствии с Соглашением в Беринговом море к США отошли: часть исключительной экономической зоны СССР площадью 23,7 тысячи квадратных километров, часть исключительной экономической зоны СССР площадью 7,7 тысячи квадратных километров; участок континентального шельфа площадью 46,3 тысячи квадратных километров в открытой центральной части Берингова моря, находящийся за пределами 200 морских миль от исходных линий. При этом участок континентального шельфа, отошедший в этой части Берингова моря к Российской Федерации, составил всего 4,6 тысячи квадратных километров. На отдельном участке исключительная экономическая зона Соединенных Штатов Америки за счёт неоправданно уступленной площади исключительной экономической зоны СССР превысила расстояние в 200 морских миль от исходных линий, что противоречит статье 57 Конвенции Организации Объединённых Наций по морскому праву (1982 года)».

12 февраля 2003 года Счётная палата Российской Федерации в соответствии с планом работы и в связи с обращением членов Совета Федерации провела проверку воздействия Соглашения на рыбопромысловую отрасль России и подготовила отчёт, в котором, в частности, давалась оценка потерь России. Согласно отчёту палаты: «За период действия советско- американского Соглашения о линии разграничения в Беринговом море (1991—2002 года) потери России составили 1,6-1,9 млн тонн рыбы, что эквивалентно 1,8-2,2 млрд долларов США». Уступка морских владений Америке лишила Россию возможности ежегодно вылавливать 200 тыс. тонн минтая. Кроме того, наличие пограничной линии усложняет свободное торговое судоходство и блокирует с востока Севморпуть, возрождение которого, в том числе для евроазиатских транзитных грузоперевозок, Правительство России объявляло стратегической задачей. Не пускают в этот район и российских рыбопромысловиков — при том, что канадские, японские, южнокорейские и тайваньские рыбокомпании имеют там квоты. Эксперты отмечают, что с самого начала переговоров одним из главных вопросов при разграничении был вопрос о нефти. По данным экспертов, спорные районы богаты не только рыбными ресурсами, но также включают перспективные нефтегазовые месторождения «Наваринское» и «Алеутское». Об этом свидетельствует и распродажа правительством США участков в спорных районах американским компаниям, которая началась в 1982 году – задолго до подписания Соглашения. Ресурсы проданных с тех пор участков, по данным американских экспертов, составляют около 200 млн тонн нефти и 200 млрд куб. газа.

Приложение: копии документов, касающиеся открытия, по выражению американцев, «задней двери» между СССР и США.

mesto_kolyma_022

mesto_kolyma_023

mesto_kolyma_021

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *