Тамара Ларионова

А.Ф. Ларионова. Фото из архива семьи Ларионовых.

А.Ф. Ларионова. Фото из архива семьи Ларионовых.

Александра Федоровна

У каждой семьи своя летопись. Фотографии, документы, письма бережно хранят люди в память о радостях и горестях, передавая их из поколения в поколение.

У семей чекистов тоже есть такая летопись. В архивах, аккуратно сложенные в стандартные папки, собраны документы о деятельности органов безопасности. Особая часть этой летописи — личные дела бывших сотрудников.

Тех, кто работал в организации с такой сложной и противоречивой судьбой, работал в разные годы — и во времена безусловного авторитета и всесилия, и в период презрения и бесконечных реорганизаций. Есть тут свидетельства удивительных судеб, примеры беззаветного служения Родине.

В преддверии каждой годовщины окончания Великой Отечественной войны мы вспоминаем бывших сотрудников, внесших свой вклад в Победу. Всё меньше и меньше остается нитей, связывающих нас с тем временем — одновременно трагическим и победоносным, всё меньше живых свидетелей. И только документы да воспоминания близких могут рассказать нам о людях, которые своими руками творили победу, кто на фронте, а кто — в тылу.

Александра Фёдоровна Ларионова — одна из тех, кем по праву гордится Магаданское Управление ФСБ. Ветеран трудового фронта, более 50 лет проработавшая в системе органов безопасности, из них большую часть — в Магадане.

Тёмно-вишнёвая потертая папка с тесёмками — личное дело А.Ф. Ульевой-Ларионовой, прослужившей в органах безопасности Дальнего Севера со времен МГБ до ФСБ. Пожелтевшие от времени листы, стандартный набор документов: анкеты, автобиографии, послужной список, сведения о назначениях и награждениях.

Открываешь дело, и дышит на тебя время с каждой страницы. Военные и послевоенные документы на листах разного формата (бумагу тогда экономили), тексты, написанные синими чернилами и даже карандашом, исполненные на печатной машинке.

В нынешних делах уже не встретишь таких анкет — с вопросами об участии в революционном и партизанском движении, о занятиях родных до и после Октябрьской революции, о службе в войсках или учреждениях белых правительств. И не пишут в обязательном порядке в автобиографии таких строк: «я и мои родственники в плену, на оккупированной территории не были».

Автобиография А.Ф. Ларионовой. Фото из архива семьи Ларионовых.

Автобиография А.Ф. Ларионовой. Фото из архива семьи Ларионовых.

Автобиографий в личном деле А.Ф. Ларионовой несколько. Они написаны от руки, её мелким «кудрявым» почерком, в разные годы, во время и после войны. Короткие, на поллисточка тексты, лишенные эмоций, скупое перечисление основных событий жизни.

«Я, Ульева Александра, родилась в 1925 году, 12 сентября, в д. Крутое Пушкарского с/с Тамбовского р-на в семье крестьянина», — пишет она в одной из автобиографий. — «Отец — Ульев Федор Сергеевич, 1901 г.р., урож. Тамбовской области, мать — Ульева Мария Григорьевна, 1900 г.р., урож. Тамбовской области. По происхождению — из крестьян-бедняков. Отец до и после революции занимался сельским хозяйством.

В 1935 году семья переехала из деревни в Тамбов. А вскоре началась война. Осенью 1941-го, когда после ожесточённых боёв наши войска оставили многие районы Орловской и Курской областей, Тамбовская область стала прифронтовой».

Александра в то время училась в школе. Окончила 8 классов в Тамбове в 1942 году. Было выпускнице 16 лет.

Строки из автобиографии: «Отца в 1941 году мобилизовали на фронт, я вынуждена была оставить школу и идти работать, так как семья моих родителей состояла из шести человек детей, и я была старшей по возрасту».

В первые же дни войны в военные комиссариаты Тамбова поступали многочисленные заявления от добровольцев с просьбой отправить на фронт. Пришла в военкомат и вчерашняя школьница Александра Ульева, желавшая отправиться на войну. Но послали рыть противотанковые рвы на подступах к городу Тамбову. На войну её, конечно, не взяли — слишком мала была. А вот подруге Александры повезло — она была старше на два года, и по их возвращении с «земляных работ» её всё же взяли на фронт.

«…по окончании восьмилетки я подала документы в медицинский техникум, где учиться не пришлось, так как отца призвали в ряды Красной армии. Условия сложились трудные. Я оставила техникум и, окончив 3-месячные курсы машинисток, поступила работать в отд. Россовхозснаба», — добавляет она несколько штрихов в другой автобиографии, хранящейся в личном деле.

О том, что означали «трудные условия» прифронтового тыла, рассказывают воспоминания очевидцев, хранящиеся в документах Государственного архива Тамбовской области: «Видели ли вы когда-нибудь хлеб, который ели женщины, старики, дети в деревне? Он был зеленый, т.к. был на 1/2 или на 3/4 с лебедой. А видели ли вы, чтобы за сохой шел пахарь 7-8 лет? А я видела. Один мальчик приладил к ручке сохи самодельную вертушку. Он пахал, а глаза смотрели на игрушку. А разве на заводах не были подростки по 15-16 лет?!» (из воспоминаний В.М. Семичевой, первого секретаря Тамбовского обкома ВЛКСМ в 1942-1943 гг.).

В семье Ульевых было шестеро детей. Кроме старшей Александры, ещё три сестры: Лидия, 12 лет, Антонина, 10 лет, Анна, 8 лет, и два брата — шестилетний Николай и двухлетний Владимир. В 1942 году погиб в боях под Калугой отец. Хозяйство лежало на плечах матери, которая изредка подрабатывала стиркой. Надо было на что-то жить. Поэтому и пришлось Сашеньке оставить фельдшерско-акушерский техникум и пойти работать.

Немцы бомбили Тамбов и Мичуринск — крупные железнодорожные узлы, через которые непрерывно шли эшелоны на фронт. Враг был так близко, что, опасаясь прорыва, в области создавали организационные комитеты, готовившие молодёжь для работы в подполье.

В то время весь Тамбов работал на победу. В условиях, когда линия фронта вплотную подошла к Тамбовской области, областные предприятия начали осваивать и производить различные виды оружия, ремонт боевой техники. Городское население трудоспособного возраста было мобилизовано для работы на производстве. На предприятия вернулись многие рабочие пенсионного возраста. Колхозники, не покладая рук, обеспечивали армию продовольствием. В сёлах и деревнях, где почти не осталось мужчин, в уборке урожая участвовали и дети, и старики. В городе было организовано множество госпиталей.

Не могла оставаться в стороне и Александра.

Проработав чуть больше трёх месяцев машинисткой в Управлении «Россовхозснаба», она поступила на Ремонтный завод № 9 НКО (Народного комиссариата обороны), как указано ею в анкетах и автобиографиях. Полное его название — Ремонтный завод № 9 Танкового управления Главного артиллерийского управления Красной армии НКО СССР. Завод был создан на базе Винницкой ремонтной базы № 9 НКО СССР, которая была передислоцирована в Тамбов после начала войны в 1941 году.

А.Ф. Ларионова. 1942 год. Фото из архива семьи Ларионовых.

А.Ф. Ларионова. 1942 год. Фото из архива семьи Ларионовых.

В семье Ларионовых хранится одна фотография, сделанная в июле 1942-го года: на маленьком фото с уголком совсем молоденькая девушка с уложенной вокруг головы косой. Трудно представить, как она и подобные ей подростки, почти совсем ещё дети, ремонтировали трактора и танки, так необходимые стране в военные годы.

И ещё немаловажная деталь, о которой с гордостью сообщала в документах и рассказывала родным Александра Фёдоровна: в сентябре 1943 года на том самом ремонтном заводе она была принята в комсомол и получила комсомольский билет в Тамбовском политотделе арттехучили- ща.

В 1944 году, когда война уже близилась к концу, завод был расформирован. В декабре 1944-го Александра, освоив профессию бухгалтера, поступила на службу в Управление МВД Тамбовской области, где и прослужила до 1952 года и откуда была откомандирована в распоряжение Дальстроя МВД.

В 1951 году началась реорганизация системы МВД. Многие сослуживцы Александры, подав рапорта, перевелись в Коми АССР. После продолжительных раздумий с аналогичным рапортом обратилась и она, но время было упущено, все вакансии были заполнены. Предложили город Магадан Хабаровского края.

Легенды, мифы и ассоциации окружают доныне этот город и территорию с названием Колыма: «Неизведанный край», «Проклятая земля», «Территория ЗэКа».

Впрочем, тогда не это волновало Александру, она, как и большинство людей в стране, не знала об этих мифах, в её представлении это был такой же город, как и Тамбов, с такими же точно улицами, домами, деревьями и людьми.

Мама плакала: «Куда? На край земли! Больше ведь не увидимся.». Александра уверяла: «Всего на 5 лет. Закончится договор — вернусь». Решение не подлежало пересмотру — она была старшим ребенком в многодетной семье, потерявшей отца.

И начался путь длиною в жизнь. Сначала полторы недели поездом до Тихого океана. И это было не самым утомительным этапом. Трудности начались во Владивостоке — к билетным кассам не подступиться, все попытки пробиться к заветному окошку заканчивались одинаково — Александру, как пробку, выдавливало из очереди. Завершался день, другой, неделя, нарастало чувство неуверенности и отчаяния.

К ней подошёл какой-то мужчина лет сорока пяти: «Чего глаза на мокром месте? Ага, понятно, тоже на Магадан… Где остановилась? Соседи, значит. Ну вот что, давай деньги и иди отдыхай, нечего здесь киснуть». Через три дня по указанному Александрой адресу объявился её спаситель с билетами. Оставшийся путь под опекой новоиспечённого спасителя уже не казался таким страшным.

Сойдя с парохода, прибывшего в бухту Нагаева, Александра сразу же направилась в УМВД, но вот незадача — обеденный перерыв. В раздумье, где скоротать время, она сделала пару шагов и — опять везенье — встреча со знакомой по Тамбову, приехавшей с мужем в Магадан тремя годами ранее. За обедом после традиционных вопросов о Тамбовской родне и общих знакомых, Нина (так звали знакомую), уточнив дальнейшие планы Алексндры, ненадолго задумалось, после чего не терпящим возражения тоном заявила: «Так, Саша, первое время, пока не решится вопрос с общежитием, поживёшь у нас. Документы свои дай мне, работать будешь в МГБ». Робкие возражения, что у неё направление, её ждут и она обязана явиться по месту распределения, были категорично опровергнуты: «Саша, не спорь, нам сейчас необходим работник, а вопрос с твоим направлением будет решён, не волнуйся». Все получилось именно так, как сказала Нина, через неделю, 25 октября 1952 года Александра была принята инспектором-ревизором I отделения Финотдела УМГБ на Дальнем Севере.

Слева направо: Максимов В.К., Дубов А.Ф., Ландина Д.Е., Мельникова Т.Ф., Воскресенская Н.Ф., Карецова К., Москвин Е.А.. 23-го февраля 1953 года. Фото из архива семьи Ларионовых.

Слева направо: Максимов В.К., Дубов А.Ф., Ландина Д.Е., Мельникова Т.Ф., Воскресенская Н.Ф., Карецова К., Москвин Е.А.. 23-го февраля 1953 года. Фото из архива семьи Ларионовых.

Работали ежедневно по 12 часов в день, без выходных. Где-то, начиная с 1964 года, режим службы изменился — рабочий день стал восьмичасовым. В воскресенье — выходной. Но привычка работать допоздна у Александры осталась на всю жизнь, да и объёмы с каждым годом не уменьшались, а увеличивались.

А.Ф. Ларионова. Фото из архива семьи Ларионовых.

А.Ф. Ларионова. Фото из архива семьи Ларионовых.

Понимание важности и необходимости её службы были оценены и взрослеющим сыном:

— Мама, почему опять так поздно?

— Работы много.

— А кем ты работаешь?

— Бухгалтером.

— А-а. Шпионов считаешь?

20 июля 1954 года аттестационной комиссией УКГБ при Совете Министров СССР по Магаданской области вынесено заключение следующего содержания — «Тов. Ульева Александра Фёдоровна достойна присвоения первичного специального звания «младший лейтенант интендантской службы госбезопасности». Однако в присланном из Москвы новом перечне эта должность была уже гражданской («вольнонаёмный состав») — в этот период повсеместно происходило сокращение численности военнослужащих.

Менялась страна и фасадные вывески Управления, названия должностей, неизменной оставалась служба — работа в «органах».

А.Ф. Ларионова среди сотрудников Управления КГБ при Совете Министров СССР по Магаданской области. 21-го февраля 1959 года. Фото из архива семьи Ларионовых.

А.Ф. Ларионова среди сотрудников Управления КГБ при Совете Министров СССР по Магаданской области. 21-го февраля 1959 года. Фото из архива семьи Ларионовых.

Уезжая из Тамбова, Александра обещала матери, что вернется через пять лет. Не получилось. Как и многих других, её затянул Север. Здесь вышла замуж, здесь родился сын. Более чем на полвека стали Магадан и магаданское Управление госбезопасности судьбой Александры Федоровны.

Отведённых в личном деле листов не хватило для записи многочисленных поощрений, грамот и благодарностей А.Ф. Ларионовой. А сколько молодых сотрудников она воспитала и научила работать за годы своей службы — не перечесть!

mesto_kolyma_044

Уволившись в 1990 году на пенсию по возрасту, Александра Федоровна не смогла без родного Управления, и уже через полтора года снова вернулась и работала бухгалтером до 1998 года. До сих пор многие сотрудники Управления помнят миниатюрную, всегда элегантно одетую и очень вежливую женщину — инспектора финансового отделения Александру Фёдоровну Ларионову, которая и после увольнения каждый год на торжественном собрании, посвящённом Дню Победы, сидела в первом ряду вместе с другими ветеранами, принимая поздравления коллег.

Встреча руководства УКГБ с ветеранами войны и труда. 8-го мая 1985 года. Фото из архива семьи Ларионовых.

Встреча руководства УКГБ с ветеранами войны и труда. 8-го мая 1985 года. Фото из архива семьи Ларионовых.

За трудовую деятельность в годы войны Указом Президиума Верховного Совета СССР от 09.05.1945 г. А.Ф. Ларионова награждена медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», а в 1985 году — юбилейной медалью «40 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

8-го мая 1995 года. Фото из архива семьи Ларионовых.

8-го мая 1995 года. Фото из архива семьи Ларионовых.

Есть в личном деле Александры Фёдоровны ещё один интересный документ. «Торжественное и клятвенное обязательство лиц, работающих по вольному найму в частях, учреждениях и заведениях Вооруженных Сил СССР». Типографский бланк с гербом Советского Союза, в который вписывались фамилия, имя и отчество поступающего на службу, ставились подпись и дата: «Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, поступая на службу по вольному найму на службу в Вооруженные Силы … торжественно и клятвенно обязуюсь строго хранить военную и государственную тайну, соблюдать все установленные законом и военными властями порядки, добросовестно и честно выполнять все возложенные на меня обязанности. Я обязуюсь всемерно беречь военное и народное имущество и до конца быть преданным своему народу, Советской Родине и Советскому правительству. За нарушение этого моего торжественного и клятвенного обязательства я заслуживаю суровой кары советского закона и презрения трудящихся».

mesto_kolyma_045

Для тех, кто прошёл войну, подобные слова не могли быть пустым звуком. Как никто иной, знали прошедшие войну советские люди, что, черпая силы в своей любви и преданности к Родине, можно сделать невозможное. Не этому ли стоит поучиться нам у наших ветеранов?

8 октября 2009 года Александры Фёдоровны не стало.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *