Несостоявшаяся Венеция

Эдуард Берзин был назначен начальником Дальстроя в 1932 году. Край, где ему предстояло развернуть кипучую деятельность, представлял собой бескрайний, неизведанный и весьма своеобразный регион. Бывший латышский стрелок был человеком талантливым и предприимчивым. Множество положительных качеств соединились в этом человеке. Энтузиазм и напор заставили немедленно взяться за главное дело – развитие промышленной добычи золота.

Было у него вместе с тем редкое для начальства качество — романтизм и человеколюбие. Время наложит потом мрачный отпечаток и на него, но пока перед нами коммунист в лучшем смысле этого слова.

За дело взялся круто, каждый год объемы добытого золота увеличивались в разы. Край стал осваиваться и в глубь и в ширь, новая жизнь зашагала по колымским просторам уверенно и смело. Не смотря на то, что рабочая сила представляла из себя в основном невольников и каторжан, к ним он относился с заботой и пониманием. И если кого-то возмутят эти мои слова, я отнесу это к предвзятости и некомпетентности оппонентов. Было еще берзинское время, не омраченное такими последователями, как Павлов и Гаранин.

Географическая точка, куда прибыл пароход с начальством в известное время, еще не имела определенного названия, – то ли Волок, то ли Нагаево. За небольшим перевалом протекала речушка Магаданка. Место не вызывало восторга своей красотой и удобством,особенно в ненастную погоду. А такая погода здесь была едва ли не постоянно. Тем более изыскатели и прочий народ, вернувшийся из глубин континента, рассказывали, что условия, подальше от этих мест – совершенно иные. Что и заставило самого подумать о хорошем месте для будущей столицы этого перспективного края.

Берзин дал задание исследовать необъятные свои владения на предмет устройства столицы в более приемлемого места, где чаще можно видеть солнце и не дышать пересыщенным влагой воздухом. К 1934 году у него уже было с полдюжины вариантов. Там были 47 километр, 72 километр, устье реки Дебин на левобережье Колымы и островной архипелаг в устье реки Таскан.

Конечно, не только климат играл основную роль в намерениях обустройства новой столицы края. Здесь еще была большая удаленность от основных промышленных районов. Ведь золотой пояс начинался в двух-трех сотнях верст от первоначальной базы. И оперативность управления производством играла свою роль.

Великие дела требовали взвешенного серьезного подхода, и как учила партия – коллегиального решения,что бы учесть все доводы: за и против. Для чего Берзин и собрал группу специалистов на совещание. А шел уже 1936 год. Большинство участников высказали свое предпочтение за 72 километр, как за более реальный и менее затратный вариант. Наводнение 1936 года показало, что островной проект попадает в зону риска. И острова заливает водой на целую сажень, к тому же сильно размывает береговую линию, что потребует больших затрат и времени.

Это совещание похоже на военный совет Кутузова в Филях. Мнение генералов было принято к сведению и вынесено личное, но противоположное решение. Берзин принял решение строить на островах! Наверное, в эти минуты перед его мечтательным взором проплывали виды Венеции с ее каналами и гондольерами. Здесь все исследователи жизни Эдуарда Петровича склоняются к его романтизму и мечтательности. И это в условиях жизни,когда лишения и неустроенность колымского быта физически пронизывали человека изо дня в день,и днем,и ночью. Когда многие мечтали просто о куске хлеба и напрочь забывали что такое чистая постель и сон в тепле. Трогательное проявление человеческого идеализма на грани утопии!

Слово было сказано и последовали дела. Началась прокладка автодороги от поселка Дебин до устья реки Таскан. Об этой дороге тоже следовало бы многое рассказать, одни условия местности впечатляют того, кто видел это. Часто женщины признаются, что ехали с закрытыми глазами по участкам с прижимами. А страх редко побеждает любопытство и восторг от дикой красоты. Много сил и жизней унесла эта дорога, но впечатлений и радости тоже подарила немало.

Усть-Тасканская ТЭЦ своим существованием напрямую обязана столичному проекту Берзина. Предполагалось, что именно она будет энергетическим центом нового города, хотя и без того принесла людям много пользы и добра. Не перестаю удивляться трансформации слова, пусть и великого человека в колосс материальных объектов и свершений. Влиянию на судьбы невообразимого количества народа. Но теперь раскрыта загадка для чего построена станция в таком недоступном месте.

Рождение села Эльген во многом обязано (столичному) плану Берзина и его задачей было исследовать возможность производства местной сельской продукции. И надо сказать, результаты получались очень впечатляющие. И совхоз стал развиваться неплохими темпами. Наверное многие знают,что в качестве рабочей силы сюда были переброшены женщины – невольницы.

Вот такое женское начало получилось у Эльгена. Неплохое начало все как в «Одисее» с островом «Лемонс» и его прекрасными обитательницами, где время стоит на месте, только качество иное – суровая социалистическая действительность. Не хватило у коммунистов поэзии и романтики придать всему статус возвышенности и любви и слепили, как всегда -концлагерь. Недолюбливаю их за эту приземленность и жлобство. Не видят главного – красоты, а любовь прячут как порок.

Придуманные в тиши кабинетов планы столицы, потихоньку воплощались на месте в стройки и проекты. В это же время возник поселок Пищевой на левом берегу реки Колымы, недалеко от устья Таскана. Выше поселка, на террасе в нескольких километрах уже начались работы по разметке и строительству аэродрома. Рядом разведали промышленные запасы торфа – источник органики и топлива. И в свое время начнется добыча и использование его, как горючего для ТЭЦ.

Щедра Колыма на подарки,только взять эти подарки могут люди сильные и смелые. По всей округе находки и открытия, и уголь разведали недалеко и известь, золото прямо под ногами, где ни копни. Лес – вокруг, в реке рыбы – не вычерпать. А красота природы, прямо картины пиши! И река судоходная. Но не слишком ли все идет гладенько?

Так и есть – засада! Не угодил Берзин чем-то вождям суровым. Заковали его в кандалы и отправили на большую землю судить, судом скорым и неправым. Так и сгинул первый царь колымский. И жалко его стало и горько без него людям, потому что на смену ему пришли плохие начальники – жестокие, глупые и жадные.

Привезли они с собой проволоку колючую и опутали ею всю Колыму. Стимулом к работе сделали банальный кусок хлеба, а с несогласными и бунтарями расправлялись скоро и жестоко в назидание к остальным. От былой вольницы следочка не оставили.

Где там романтика и мечты светлые, одно оставалось узникам-жизнь сохранить, как самое ценное и единственное. И вольный народ неуверенность ощутил, слишком легко было переступить грань свободы. За любую оплошность перекидывали за колючку.

Сама природа заплакала от беззакония и варварства. В августе тридцать девятого – семь дней и ночей без перерыва полились дожди. Досталось больше всего Венеции – залило острова так,что и макушки деревьев спрятались. Смыло улицы размеченные, постройки первые, все мосты и дамбы, ни какого следа человеческого не оставило.

После событий тех грозных ни у кого и мысли не возникало продолжить строительство столицы в том месте. Деспоты не расстроились, магаданская хлябь и стужа их не касалась, они чувствовали – слишком короток будет их срок правления. Да так оно и вышло.

Автор: Виктор Садилов.