Колымские пожары

Огненные колымские 1978-1985 годы… Таежно-торфяные пожары залили синим маревом весь небосклон от Якутии до Магадана, горела тайга и торфянники.

Лето выдалось жаркое и безветренное. Для тушения с предприятий и приисков были переброшены бульдозеры, мобилизованы люди.

Пожары, не утихая, полыхали везде — на сопках, в распадках и долинах рек. Горели торфа между озёрами, где мощность торфяного пласта достигала четырёх метров и более. Огонь бушевал даже там, где не ступала нога человека. Что являлось очагами пожаров? Молнии? Блики от поверхности озёр? Фокусирование, как линзы, увеличительных стёкол?

Колона бульдозеров, из 15-20 машин, Т-100, Т-130, Т-130Б (болотников) прорезает, снимая кочку, до торфяного мёрзлого слоя. Образует так называемую защитную полосу. Но наступающий, горящий слой торфа сушит перед собой слой торфяной мерзлоты. И тут же по трещинам, образовавшимся в сухом торфе, огонь моментально перебрасывается дальше, на десятки метров. Помогает распространению огня и верховой пожар — вихри поднимают на высоту в десятки метров снопы искр, куски торфа, головешки и сучья. Пожар перебрасывается через минерализованную защитную полосу и пластает дальше.

В кабинах бульдозеров сущий ад — полики кабины, чуть ли не красные от температуры, сидишь, как на раскалённой сковородке. В вихрях огня ничего не видно. Направляешь бульдозер, на промелькнувший впереди тебя контур другой машины. Только бы не ухнуть в прогоревший провал или костёр. Двери кабин закрыты на надёжные замки.

Опаханное озеро в иллюминации. Столкнутый в озеро горящий слой торфа плавает в воде и горит. Ещё хуже бывает, когда машину нагоняет верховой в чащобе. Вот только прошёл через дым, отрезав намеченную просеку в 50 метрах от огня. Враз налетел огненный вихрь со всех сторон — и горит всё, в том числе и под днищем бульдозера. Бульдозер не палочка-скакалочка, в нём 16 тонн и допустимая скорость по пням, ухабам, ямам не более 4-5 км, иначе, вылетишь из кабины.

Ух! На этот раз пронесло — вынесло на чистое от огня место! Но не всегда отделываешься малой кровью — за два лета ухнули безвозвратно в огненные ямы три бульдозера, сгорели. Благо обошлось без жертв — машинисты успевали выпрыгивать из горящих машин.

За смену накувыркаешься так, что «ни рожи, ни кожи». А в палатке ждут тебя «друзья», назойливые комары, от которых не спасают никакие репелленты и антикомарины.

После огня остаётся дымящаяся пустыня, остовы горелых деревьев как на необитаемой планете. Горельники будут стоят десятками лет, навевая уныние своим видом, на них долгое время не будет ничего живого — ни травы, ни кустов, ни ягоды, ни зверья.

Всё живое бежит впереди пожара, надеясь уйти от огненного беспощадного вала. Валяются обгорелые зайчата, куропатки. Зверьё уходит, спасаясь от огня, на десятки километров от родных угодий.

Областная газета «Магаданская правда», сообщила, что в районе 56 км, около магаданского аэропорта, рядом с посёлком Сокол, медведи задрали мужчину и женщину. Предупредили, что в тайгу надо ходить группой не менее пяти-шести человек. Исполком вообще запретил гражданам находиться в лесах до осени по причине пожаров.

Пожарники-вертолетчики рассказывали, что сверху видели группы медведей до тридцати и более голов в долинах рек Олы, Ямы, Армань, Яны, Колымы, Таскана, Бохапчи, Сеймчана, Берелеха, Ясачной. А это уже границы Якутии и Чукотки. Вот даже откуда прогнало со своих мест зверьё, вернулось ли оно потом в родные места?

Автор: Сергей Климов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *