В ладу с природой

Наверняка для каждого из нас есть какие-то определенные слова, звучание которых оказывает на нас какое-то магическое действие, заставляя замирать с блаженной улыбкой на губах, делать какие-то жесты и телодвижения, которые другому человеку покажутся глупыми и бессмысленными. Есть среди колымчан люди, для которых таким магическим стимулятором является слово «рыбалка».

Для настоящего рыбака даже в нашем Ягоднинском районе, что в самом центре Магаданской области, копанном – перекопанном золотодобытчиками, рыбалка не прекращается никогда. Правда, сам процесс рыбной ловли длится недолго, от случая к случаю, но зато сколько времени занимает и сколько удовольствия приносит подготовка к рыбалке и последующие воспоминания о ней!

Как только выдается свободное время, заядлый рыбак достает все свои “богатства” и начинает чистить, точить крючки, крючочки, жала, поводки, паять мормышки, блесенки, клеить «мушки», ладить «личинки»,   вязать «волосянки”. Зимними темными вечерами достаются карты, на которых намечаются маршруты к заветным рыбным местам, обсуждаются составы компаний, заключаются договоры, кто с кем, когда, на каком транспорте и куда поедет.

В былые времена, с приближением весны среди рыбаков Бурхалы, Полевого, других горняцких поселков только и разговоров было, что о подледной весенней рыбалке. Всеобщая мечта – попасть на майский лов мальмы на Граничное. Это высокогорное озеро расположено на северной границе земель Ягоднинского ГОКа (теперь уже просто – на севере Ягоднинского района), между бывшими поселками Совнархозный и Молодежный, и славится обильными уловами озерного гольца, особенно в конце апреля – начале мая. Попасть туда нелегко, но тем слаще удача, тем больше удовольствия.

В предпоследний год существования прииска «Бурхала», весной 1996-го, небольшая компания бурхалинцев направилась на Граничное в двадцатых числах апреля. Хорошо помню то путешествие. Договорились идти на двух «Буранах», к одному из которых были прицеплены нарты. Путь от Бурхалы неблизкий – около трехсот километров в оба конца, бензина «Буран» «ест» много, поэтому договорились с одним владельцем дизельного грузовика, что он доставит «Бураны» и рыбаков до Совнархозного на своем автомобиле.

Ранним утром, едва только рассвело, «Бураны» с эстакады загнали в кузов грузовика, побросали рюкзаки со снаряжением, погрузили канистры с бензином на обратную дорогу, сами уселись в просторную кабину и – в путь!

Солнце уже ярко освещало заснеженную долину реки Сусуман, когда грузовик, преодолев Бурхалинский перевал, оставил за собой поселок Полевой и свернул с трассы на дорогу, бегущую вдоль ручья Еврашкалах. С этого момента можно считать, что вы свернули в сторону от цивилизации, ведь впереди теперь только небольшой поселок старателей и больше никаких мест, где живут люди, откуда, в случае чего, можно позвать на помощь. Но рыбаков это нисколько не смущает, наоборот, это обстоятельство, кажется, только еще более улучшило их настроение, и так приподнятое в предвкушении будущих рыбацких удовольствий.

На перевале между ручьями Еврашкалах и Бортовой сделали традиционную остановку и вышли из кабины размяться. Слева, в долине ручья Пьяного, в ослепительном блеске девственно белого снега едва разглядели небольшое стадо оленей. Шесть или семь особей лежали в глубоком снегу, наверное, отдыхали после ночного перехода, а вожак, рослый самец с развесистыми рогами и седой гривой, стоял, повернув голову в сторону автомобиля с людьми. В полном безмолвии рыбаки зачарованно следили за оленями, слыша только собственное дыхание, тихий шелест тающего снега да стрекот кедровки на ближайшей лиственнице.

Затем кто-то из рыбаков вскрикнул высоким голосом, все заулюлюкали, замахали руками и запрыгали, производя неимоверный шум. Кедровка нырнула с высоты дерева и, спланировав, отлетела метров на пятьдесят в сторону от шумных гостей. Олени так и не поднялись, только вожак переступил ногами да выше поднял голову. Явной опасности для стада не было, вожак это чувствовал и тревожить стадо не стал.

Повеселившись, мужики расселись по своим местам и поехали дальше Быстро промелькнули полтора десятка километров, и показался мост через Дебин. Грузовик повернул влево, и перед глазами открылась панорама широкой долины реки, вся поросшая красноталом, тополем, лиственницей и чозенией.

Далеко впереди, и справа, и слева, в величественном сиянии залитых солнцем снегов возвышались вершины горных хребтов Черге и Ненгеджек. На высоких деревьях то тут, то там попадались рассевшиеся на ветвях табунки белых куропаток. На фоне голубого неба, подсвеченные пронзительными солнечными лучами, они казались розовыми фантастическими птицами, невесть откуда прилетевшими в наш взбалмошный мир.

Через пару часов езды по дороге, петлявшей то между отработанными полигонами, то среди островков густой нетронутой тайги, среди неожиданно приблизившихся крутых скалистых сопок показалась высокая дымящаяся труба. Это Совнархозный, база старательской артели. Грузовик въехал в глубокий ров около котельной. Открыли задний борт, перебросили на край рва загодя приготовленные сходни, и «Бураны», урча моторами, переползли, наконец-то, на землю. Им предстоял бросок в три десятка километров на высокогорное озеро.

В путь собрались быстро. Весь груз, включая бензин и уголь для печки в домике на озере, загрузили на нарты. Передний «Буран», шедший налегке, с одним пассажиром, торил дорогу, второй тянул за собой нарты с грузом.

Рев двигателей летел далеко вперед по руслу ручья, отражался от ближних сопок, вспугивая разную живность, стряхивая отяжелевший, напоенный влагой снег с вислых ветвей скособоченных лиственниц. Снегоходы снова перевалили в долину Дебина, похожую теперь на долину обычного ручья, и все выше и выше взбирались к истоку, к толпящимся у самого неба сопкам. Вот и развилка, слияние двух ручьев, дающих начало большой реке Дебин. Здесь надо взять влево, чтобы обогнуть высокую одиночную сопку с озерком у подножия и выйти на широкое плато. Летом это плато превращается в заболоченную равнину.

Пройдя еще десяток километров, рыбаки добираются до леска, за которым течет ручей Малиновый. Теперь надо повернуть круто влево и подниматься к скалам, угрюмо нависающим над продолговатой плоской ледяной тарелкой озера. Правда, самого льда пока не видно, он весь под снегом, но чутье уже говорит: вот оно – озеро, вот она – рыбалка!

Хотя солнце и светит по-прежнему ярко, но чувствуется мороз. Еще бы, ведь здесь почти на километр выше, чем в Бурхале. В нетерпении распаковывается груз, из рюкзаков достаются удочки и принадлежности, собираются ледобуры.

Скорей, скорей, скорей надо забурить первую лунку. Лопатой расшвыривают снег до самой поверхности   льда. Острые перья ледобура с хрустом вгрызаются в ледяную толщу, крошки выбуренного льда ногами отбрасываются в сторону, наконец, последний поворот рукоятки, ледобур с усилием прогрызает «выход”, и к ногам рыбака выплескивается чистейшая озерная вода.

В круглое окошко лунки уходит, блеснув золотом блесенки, снасть, взгляд рыбака в нетерпеливом напряжении застывает на «кивке» маленького удилища. Вот «кивок» мелко вздрагивает и резко сгибается, как бы кивает – да, есть поклевка! Рыбак делает подсечку и, быстро-быстро перебирая руками, вытягивает из лунки тонкую, усеянную жемчужинами замерзших капель, леску. Последнее движение – и на лед выбрасывается живое чудо – нежно-розовая с темной оливковой спинкой, вся усеянная разноцветными блестками мальма!

Рыбаки перекликаются между собой, спрашивая: «Ну что, есть?». Получив утвердительный ответ,    подходят друг к другу посмотреть, полюбоваться первым уловом. Рыбы бьются на льду, облипают снегом и ледяной крошкой, постепенно их судорожный танец затихает, они покрываются ледяной коркой, превращаясь из живого разноцветного фейерверка в обыкновенный продукт питания.

Когда солнце клонится к горизонту на западе, у ног каждого из рыбаков уже лежит изрядная кучка из двух-трех десятков рыбин. Пора задуматься об ужине и о ночлеге.

Вот когда пригождается уголек, прихваченный на Совнархозном. Ведь на Граничном нет ни деревца, ни щепочки.

Но вот печка в домике весело загудела, огонь жадно облизывает куски угля, шипит чайник с тающим в нем льдом, на столе лежат прихваченные с собой припасы, возвышается бутылка «Русской», и кто-то из рыбаков колдует над непременной строганиной из мальмы – царского блюда, вкуса которого не дано изведать никому из тех, кто ни разу не был на Граничном, потому что строганина из магазинного гольца – это не то!

Впереди морозная ночь, долгие мужские разговоры, обсуждение перипетий рыбалки, короткий сон и назавтра –  новый день, снова рыбалка, снова отдых душе, непередаваемое сладкое томление от солнца, чистого воздуха, полнейшей тишины, запаха рыбы, жгучего азарта и блаженной усталости от бурения льда. Еще один день – и дорога назад, с гордым чувством удачливого добытчика, кормильца семьи, настоящего мужчины, который нигде не пропадет, который даже здесь, на Севере, живет в ладу с Природой и по праву пользуется ее дарами.

Автор: Анатолий Петин.

Один комментарий к “В ладу с природой”

  1. Хороший рассказ. В детстве жил на (в) Совнархозном. Оттуда наверное и любовь к нашей природе,охоте и рыбалке. Получилось так,что я спустя 27 лет,поехал на заработки на Совнархозный. Искрене скажу,что не ради денег поехал. Уж больно интересно было родные края повидать,пощупать. Довелось побывать и на Граничном в конце августа. Суровая, Колымская красота. А вот на оз. Снежное так и не довелось попасть. Не последний день живем.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *