Верховья ручья Шайтан. В этом районе располагались обогатительные установки рудника. 2024 год.
Промышленное обогащение касситеритовой руды на руднике «Бутугычаг» взяло свой старт в 1938 году, когда в эксплуатацию была введена первая, во многом ещё примитивная обогатительная установка.
К сожалению, исчерпывающих архивных документов о её точном местоположении и аппаратном составе механизмов до наших дней не дошло. В распоряжении исследователей имеются лишь отрывочные сведения.
Тем не менее, опираясь на эти фрагменты, можно выстроить общую картину развития истории обогащения касситерита на руднике — от работы первой опытной установки до второй обогатительной фабрики, введённой в строй несколько позднее.
Первая обогатительная фабрика
Опираясь на материалы периодической печати того времени, можно сделать вывод, что первая, изначально временная, обогатительная фабрика рудника была возведена непосредственно рядом с местом добычи касситерита — у Сопки. Её официальный ввод в эксплуатацию состоялся весной 1938 года, что положило начало переработке оловоносной руды на Бутугычаге.
Проблемы снабжения: простой первой фабрики в 1938 году
Первые документальные сведения о работе примитивной обогатительной установки, ставшие достоянием гласности, носили критический характер.
В середине августа 1938 года в газете «Советская Колыма» была напечатана радиограмма от начальника рудника «Бутугычаг», в которой сообщалось о длительном простое фабрики.
Причиной остановки стала нераспорядительность отдела снабжения Южного горно-промышленного управления (ЮГПУ). Снабженцы не смогли своевременно доставить на рудник остро необходимые запасные части для оборудования — щёки для дробильной установки и бандажи к валкам.
В самом отделе снабжения возникла полная путаница: одни сотрудники утверждали, что детали ещё не поступили с авторемонтного завода (АРЗ), другие заявляли об их отправке на рудник, а третьи предполагали, что груз затерялся на промежуточных складах управления.
В результате эта халатность и бюрократическая неразбериха привели к срыву выполнения производственных задач предприятия.
Недолгая жизнь первой фабрики
Точных архивных данных о том, когда именно прекратила свою работу первая обогатительная фабрика, до сих пор не обнаружено. В связи с этим восстанавливать хронологию её закрытия приходится, опираясь не на прямые факты, а на косвенные свидетельства и логические предположения.
По нашему мнению, обогащение руды на этой фабрике было завершено в 1939 году, после чего фабрика была окончательно остановлена и разобрана.
Ввод в эксплуатацию фабрики «Вакханка»
Строительство первой очереди обогатительной фабрики «Вакханка» было полностью завершено 31 мая 1939 года, что ознаменовало переход к фабричному этапу переработки бутугычагских руд.
Вид на обогатительную фабрику имени Чапаева и бремсберг. 1943 год. Фото из архива МОКМ.
Менее чем через год промышленный комплекс претерпел значительное расширение: 11 мая 1940 года строители закончили возведение второй очереди обогатительной фабрики. Официальный запуск новых технологических линий, как и ввод в эксплуатацию всего фабричного комплекса в целом, состоялся во второй половине мая 1940 года. Это позволило предприятию выйти на полную проектную мощность и обеспечило Тенькинскому управлению мощную базу для переработки руды Бутугычагского месторождения.
Обогатительные установки
Причины строительства обогатительных установок рудника
В начале 1940 года руководство Дальстроя столкнулось с комплексом острых проблем, ставивших под угрозу выполнение плана по добыче металла. На тот момент в строй была введена лишь первая очередь обогатительной фабрики «Вакханка», однако её работа не отличалась стабильностью из-за регулярных сбоев в снабжении электроэнергией и частых аварий механизмов.
При этом точные сроки окончания строительства второй очереди фабрики, а также время, необходимое на наладку оборудования и обеспечение его бесперебойной работы, оставались до конца неясными.
Ситуация усугублялась тем, что транспортная сеть, предназначенная для доставки руды с рудника на сортировочную фабрику «Кармен» и далее до «Вакханки», всё ещё находилась в стадии сооружения и отладки.
Желание гарантированно обеспечить выполнение государственного задания по добыче ценного металла послужило главным поводом для создания обогатительных мощностей непосредственно на самом руднике. При принятии этого решения во внимание принимались следующие стратегические факторы:
Снабжение электроэнергией новых обогатительных установок должно было производиться от другой, дизельной электростанции, что снижало риски производственных остановок.
Сами установки располагались в непосредственной близости от мест добычи руды, что полностью снимало сложнейшие проблемы, связанные с её транспортировкой.
Судя по характеру распоряжений, это было временное решение. Речь шла не о строительстве стационарной капитальной фабрики, а о развёртывании двух передвижных установок.
По всей видимости, к этому времени первая временная обогатительная фабрика, действовавшая на руднике в предыдущий период, уже прекратила своё существование. Если бы первоначальный производственный объект всё ещё функционировал, в ведомственном приказе речь неизбежно шла бы о нём или о его модернизации, однако документ предписывал монтаж двух совершенно новых агрегатов.
Скорее всего, эти установки должны были вести переработку руды Бутугычагского месторождения лишь до того момента, как обогатительная фабрика «Вакханка» выйдет на полную проектную мощность. Впрочем, в дальнейшем оказалось, что срок жизни этих обогатительных установок оказался гораздо длиннее того, что задумывало руководство Дальстроя.
Строительство и ввод в строй обогатительных установок рудника
Документальным основанием для реализации этих экстренных мер стал приказ № 201 по Главному управлению строительства Дальнего Севера НКВД СССР от 27 февраля 1940 года, изданный в Магадане под содержанием: «О горно-подготовительных работах по предприятиям оловодобычи».
В целях обеспечения планомерной добычи руды, бесперебойной работы фабрик и своевременного начала промывочного сезона 1940 года распорядительная часть документа предписывала начальнику Тенькинского горно-промышленного управления Матвееву в кратчайшие сроки обеспечить установку передвижных обогатительных фабрик производительностью 10 тонн в сутки на самом Бутугычаге. График монтажа был установлен предельно жёсткий: ввод в строй первой установки требовалось завершить к 1 марта, а второй — к 15 марта текущего года.
Одна из них расположилась на склоне Сопки, а вторая — у её подножия, у истоков ручья Шайтан
Высокие проценты января 1941 года
Начало 1941 года в сводках рудника «Бутугычаг» выглядело парадоксально и долгое время служило примером невероятной производительности малых обогатительных установок.
Согласно архивным отчётам выполнения плана за январь 1941 года, крупная обогатительная фабрика «Вакханка» испытывала серьёзные затруднения, обеспечив обработку руды на 99,7%, но выдав катастрофические 48,5% от запланированного объёма готового металла. В то же время рудник «Бутугычаг» вместе со своими обогатительными установками показал сверхуспешные результаты: план по добыче руды здесь был выполнен на 102,4%, по обработке сырья — на 143,2%, а итоговый показатель по металлу составил 112,2%.
Особенно впечатляющими казались суточные показатели в конце месяца, когда на бутугычагских установках под руководством Копытина и Богатова 29 января задание по добыче малого металла было выполнено на 176,2%, а 30 января выработка составила феноменальные 231,7%.
К.А. Копытин — начальник участка № 6 рудника «Бутугычаг». 1940 год. Фото из газеты «Советская Колыма».
Главным кузнецом этих «социалистических рекордов», продолжившихся и весной, выступал К.А. Копытин. Будучи назначенным руководить одновременно участком по добыче руды и малыми обогатительными установками, он оказался во главе полностью автономного узла, который на Бутугычаге неслучайно называли «комбинатом в миниатюре». Однако распоряжался он вверенным ему хозяйством по своему собственному разумению.
Майские темпы
С наступлением тепла и появлением талых вод показатели установок резко пошли вверх: 22 мая суточное задание было выполнено на 162%, 23 мая выработка составила 165%, а 24 мая достигла рекордных 193%. С огромным подъёмом работали смены Гудожникова и коммуниста Смирнова, благодаря чему уже 26 мая 1941 года майский план по извлечению металла на комплексе Копытина был официально завершён на 100%. Но за этим триумфальным фасадом скрывалась масштабная производственная махинация, наносившая прямой технологический ущерб предприятию.
Вникая в детали…
Секрет сверхвысокой производительности примитивных агрегатов крылся в деятельности особой категории рабочих, получивших прозвище «крохоборы». Изначально они должны были собирать богатую руду на отвалах и склонах сопок для минимизации потерь, но на практике они беспрепятственно проникали прямо в действующие очистные забои и извлекали из отбитой горной массы самые лучшие куски — отборную штуфную руду.
Всё это сырьё, где содержание полезного ископаемого в десятки раз превышало среднюю кондицию, направлялось в обход «Вакханки» на малые установки. Это приводило к систематическому изъятию лучшей породы прямо на месте добычи и разубоживанию массы, поступающей на главную фабрику.
Именно искусственное «голодание» и было подлинной причиной провальных январских показателей «Вакханки». При этом примитивные установки рудника из-за несовершенства технологии давали огромные потери продукта, и ценнейший металл массово уходил в хвосты. Однако за счёт изначального богатства сырья бумажные отчёты Копытина выглядели блестяще, создавая иллюзию перевыполнения плана и обеспечивая руднику высокую прибыль.
Эта порочная система полностью устраивала местную администрацию, поскольку красивые проценты защищали руководство от карательных санкций и гарантировали премии. Начальник рудника Сафронов лично покровительствовал сборщикам и выдавал им разрешения брать пески с подошвы уступов, хотя в мешках рабочих была чистейшая штуфная руда.
Тенькинское горно-промышленное управление неоднократно пыталось пресечь эти нарушения, издавая запрещающие приказы летом 1941 года, но местное руководство шло на любые ухищрения ради удержания показателей. Даже после разгромной критики в прессе осенью 1941 года, когда заместитель начальника рудника по политической работе Андреев и сам Копытин, заслуживший славу «короля крохоборов», формально отчитались о ликвидации нарушений, ситуация не изменилась. Сборщикам просто установили официальные нормы выработки, а чтобы избежать публичных скандалов, их кулуарно переименовали из «крохоборов» в «рудоборов».
Таким образом, феноменальные проценты бутугычагских установок января и мая 1941 года были достигнуты ценой хищнического разбазаривания недр и фактического саботажа работы обогатительной фабрики «Вакханка».
Вступая в 1942 год
Основываясь на косвенных фактах и материалах периодической печати, можно предположить, что обогатительные установки Бутугычага продолжали перерабатывать руду и в 1942 году, даже после ввода в эксплуатацию обогатительной фабрики № 2.
Здесь важно отметить один терминологический нюанс: в официальной плановой отчётности 1942 года и материалах периодической печати все локальные перерабатывающие мощности рудника (и старые малые агрегаты, и новая фабрика № 2) стали проходить под единым сводным понятием «обогатительные установки Бутугычага».
Именно поэтому в плановых показателях на 1942 год суммарная мощность этого объединённого узла указана в 80 тонн в сутки. Из этого можно сделать вывод о том, что старые обогатительные установки были модернизированы и их мощность была увеличена, либо, как ещё один вариант, была построена ещё одна обогатительная установка.
Плановые показатели обогатительных установок на 1942 год
Согласно сохранившимся документам, к работе обогатительные установки рудника «Бутугычаг» должны были приступить с 1 января 1942 года.
На этот год перед ними ставились весьма серьёзные производственные задачи: за предстоящий период комплекс локальных агрегатов должен был переработать 24 тысячи тонн руды со средним плановым содержанием касситерита на уровне 0,5%. При этом плановое извлечение металла устанавливалось в размере 75%.
Для производственных реалий того времени это был весьма показательный норматив: он официально допускал, что четверть ценного минерала будет уходить в отвалы («хвосты») из-за несовершенства технологического процесса обогащения на малых установках.
Конечным итогом всей этой работы должен был стать выпуск 90 тонн оловянного концентрата с содержанием чистого олова 40%.
Технико-экономические расчёты строились на том, что установки будут функционировать 300 дней в году. Учитывая суммарную производительность всех задействованных обогатительных механизмов рудника, составлявшую на тот момент 80 тонн в сутки, входной план по сырью выглядел математически абсолютно выверенным (80 тонн × 300 дней = 24 000 тонн руды).
Несмотря на относительно небольшие объёмы суточной переработки, плановая выдача 90 тонн оловянного концентрата на 1942 год делала этот обогатительный узел важнейшим независимым поставщиком готового металла для рудника.
Обогатительная фабрика № 2
Трудный путь к вводу в эксплуатацию
История создания этого объекта началась несколько раньше. Параллельно с развитием «Вакханки» и развёртыванием передвижных установок руководство рудника предприняло попытку оптимизировать перерабатывающие мощности Бутугычага. Летом 1940 года на предприятии началось возведение обогатительной фабрики № 2 проектной производительностью 35 тонн в сутки. Предполагалось, что после запуска в эксплуатацию этот объект полностью заменит рассредоточенные на руднике маломощные установки. Однако на первых этапах процесс строительства столкнулся с серьёзным организационным кризисом.
Ярким свидетельством глубоких сбоев в организации работ стали события осени 1940 года, связанные с доставкой тяжёлого оборудования. По распоряжению главного механика рудника Пигорева была разобрана 50-тонная дробилка системы «Блэк», которую планировалось поднять на Сопку. Однако из-за транспортных просчётов на вершину удалось доставить лишь вал с маховиками. Остальные массивные части и узлы агрегата оказались брошенными по всей территории делювиального участка, из-за чего с началом весеннего половодья они рисковали быть смытыми и утерянными безвозвратно.
К весне 1941 года площадка недостроенной фабрики № 2 фактически превратилась в донорский узел. Её механизмы начали частично демонтировать и использовать в качестве запасных частей для поддержания стабильной работы действующей фабрики № 1 («Вакханка»). Оставшееся оборудование находилось под открытым небом, и в критических газетных сводках от 27 мая 1941 года констатировалось, что незавершённый объект представляет собой лишь груду ржавого железа, а его достройка невозможна без дополнительных крупных затрат. Ответственность за этот прецедент возлагалась непосредственно на главного инженера Мохова и главного механика Пигорева.
Однако военные реалии и жесточайший дефицит стратегического сырья заставили руководство Дальстроя в экстренном порядке пересмотреть отношение к заброшенному объекту. Практика бесхозяйственности была прекращена, а строительство — форсировано и доведено до конца.
Работа обогатительных установок рудника весной 1942 года
С введением в строй новой обогатительной фабрики № 2 производственные мощности рудника перешли на качественно иной уровень. Цифры говорят сами за себя: суммарная мощность обогатительных установок рудника в 1942 году уже составляла 80 тонн руды в сутки. Естественно, что такой прирост пропускной способности позволил перерабатывать значительно больше сырья.
Весной 1942 года этот комплекс, который в сводках того времени нередко фигурировал под общим названием «Бутугычагская установка», демонстрировал высокие показатели по выпуску олова. В официальной номенклатуре и отчётности Дальстроя этот стратегический металл традиционно проходил как «второй вид продукции».
Сохранившиеся данные за первую декаду апреля 1942 года наглядно иллюстрируют интенсивность рабочего процесса и стремление коллектива к максимальной выработке. Так, 1 апреля суточный план по второму виду продукции (олову) был многократно перевыполнен и составил 280,3%. Спустя два дня, 3 апреля, обогатительные установки выдали 219% от запланированного объёма. Высокие темпы сохранялись и в последующие дни: средний показатель выполнения производственного задания за 4 и 5 апреля зафиксировался на уверенной отметке в 169,3%.
Эти цифры убедительно свидетельствуют о том, что новые промышленные мощности весной 1942 года работали с колоссальным напряжением сил, обеспечивая фронт и страну необходимым оловянным концентратом.
Переименование фабрики № 2
Документальным подтверждением того, что обогатительная фабрика № 2 рудника «Бутугычаг» была успешно достроена и включена в производственный цикл, служит приказ по ГУСДС № 039 от 16 июня 1942 года, устанавливающий единую нумерацию оловообогатительных фабрик Дальстроя.
Согласно этому документу, фабрика № 2 официально получила свой номер, зафиксировавший её реальный запуск и вспомогательный статус в общей структуре управления:
- № 1 — фабрика имени Чапаева ТГПУ производительностью 600 тонн в сутки;
- № 12 — фабрика Бутугычагская ТГПУ производительностью 35 тонн в сутки.
Значение установок для рудника «Бутугычаг»
Ввод в эксплуатацию обогатительной фабрики № 2 (позднее — фабрики № 12) в 1942 году имел принципиальное значение для всего производственного комплекса Бутугычага. Появление полноценного, механизированного объекта непосредственно у места добычи позволило значительно нарастить объёмы перерабатываемой руды непосредственно на руднике и помогало решить проблему транспортных простоев, связанных с доставкой руды на обогатительную фабрику № 1 имени Чапаева.
Однако введение новых мощностей отнюдь не ликвидировало сложившуюся на руднике теневую практику. Упомянутые выше феноменальные показатели апреля 1942 года красноречиво свидетельствуют о том, что и новая фабрика активно использовала наработанный опыт «правильной» сортировки сырья у установок Копытина. Чтобы выдавать такие астрономические цифры, механизмы по-прежнему должны были снабжаться не рядовой горной массой, а отборной штуфной рудой, которую продолжали поставлять переименованные в «рудоборов» сборщики.
И всё же, оценивая историческую роль обогатительных установок рудника, необходимо понимать их истинный масштаб в структуре Тенькинского горно-промышленного управления. При суммарной проектной мощности в 80 тонн в сутки они не могли сравниться с обогатительной фабрикой № 1 имени Чапаева (ранее — «Вакханка»), рассчитанной на переработку 600 тонн руды.
Верховья ручья Шайтан служили источником воды для обогатительных установок рудника. Здесь ещё можно найти то, что осталось от водозабора и плотины. 2024 год.
По большому счёту, объекты у ручья Шайтан выполняли роль жизненно необходимого стратегического буфера. Установки были нужны Дальстрою и ТГПУ именно в тот сложный переходный период, пока центральная фабрика, сортировочная база «Кармен» и сложнейшая транспортная цепочка (система бремсбергов и узкоколейная железная дорога) не заработали в полную силу как единый бесперебойный механизм.
До тех пор, пока эта колоссальная инфраструктура находилась в стадии строительства и отладки, небольшие обогатительные установки у Сопки служили важнейшим подспорьем для самого рудника. Несмотря на то, что их работа периодически останавливалась из-за сезонной нехватки воды, они помогали предприятию выполнять самостоятельный план по добытому металлу (олову).
Ведь схема работы рудника была комбинированной: помимо отгрузки руды на фабрику № 1 имени Чапаева, Бутугычаг промывал олово на собственных промприборах и перерабатывал богатейшее сырьё на своих обогатительных установках, формируя свой весомый вклад в выполнение общего плана ТГПУ и Дальстроя.
Окончание эры обогатительных установок
Документальных свидетельств о том, когда именно было прекращено обогащение руды на малых установках и когда они были окончательно выведены из эксплуатации и демонтированы, пока не найдено.
Можно лишь предположить, что это случилось до начала 1950-х годов. Вероятно, это произошло тогда, когда обогатительная фабрика имени Чапаева вышла на проектные мощности и начала стабильно перерабатывать весь объём руды, поставляемой рудником «Бутугычаг», из-за чего потребность в локальных механизмах просто исчезла.
По другой версии, ликвидация установок могла совпасть с масштабной реорганизацией — периодом, когда рудник «Бутугычаг» и фабрика имени Чапаева вошли в состав единого Комбината № 1. В условиях новой централизованной структуры управления содержание разрозненных и маломощных обогатительных точек окончательно потеряло экономический и технологический смысл.
Вместо эпилога
При подготовке статьи были использованы материалы газет «Советская Колыма», «Магаданская правда», а также документы архивов МОКМ и ГАМО.
Моя признательность за помощь в работе коллективам Государственного архива Магаданской области, Магаданской областной универсальной научной библиотеки имени А.С. Пушкина.