Из жизни С-365

С-365. Постановка в док. 1971 год

С-365. Постановка в док. 1971 год.

Валерий Кельп

О жизни экипажа в 1966-69 годах

Жили мы на плавбазе «Север», в П-образном кубрике по 4 человека в каюте. Иногда выезжали в Снежную долину, посещали шефов и они бывали у нас на базе.

Зимой играли в футбол на льду, приворачивая к ботинкам заостренные болты чтобы не скользить.

Летом другое дело. Частенько выходили в моря, а в свободное время рыбачили – навага, камбала. Однажды в бухту зашел косяк селедки, так мы ей неделю питались.

Автономка и «Энтерпрайз»

В 1968 году мы после схода льда, отправились в боевое дежурство. Перед походом зашли в Совгавань для загрузки  продуктов, ГСМ и торпед. Две торпеды были с ядерными боеголовками. Грузили их почти целый день под зорким и бдительным оком соответствующих органов. Не давали даже в гальюн отлучится.

Затем само дежурство где-то рядом с Японией. Точное место назвать не могу, большой секрет был в то время. Однажды сыграли боевую тревогу и мы длительное время находились в напряжении. Офицеры о чем-то перешептывались, чувствовалось что все это не просто так.. Как потом выяснилось такая обстановка была связана с событиями в Чехословакии.

Однажды нас, рулевых-сигнальщиков,  пригласили к перископу и мы увидели  во всей красе авианосец  «Энтерпрайз». Зная его эскорт и на что он способен, стало как-то скучновато. По окончании автономки вернулись в базу уже по льду,  опять через Совгавань для разгрузки торпед.

Погружение в рубке

Еще один незабываемый случай произошел при погружении на глубину 140 метров. Перед погружением меня по приказу адмирала поместили в рубку и закрыли нижний люк. Пока верхний люк прижало – меня окатило водой, стало не совсем уютно от холода, а был в одной робе. Когда всплыли, я с трудом спустился в центральный. Зачем такое проделали – для меня осталось полной загадкой.

Бригада и ледовое поле..

В мае 1968 года я нес вахту на посту сигнальщика на плавбазе «Север». Плавбаза «Север» была пришвартована к пирсу одним бортом, к другому борту были пришвартованы лодки.

День был солнечный, теплый, спокойный – хоть загорай. Но постепенно температура воздуха стала понижаться, а горизонт темнеть.

Через каждые полчаса я докладывал оперативному дежурному о изменении обстановки, в ответ слышал спокойное «Добро». Но часа через 2 стало понятно, что в бухту заходит большое поле пакового льда. Наконец то была сыграна «Тревога», но лед уже приблизился вплотную к плавбазе и начал давить на подводные лодки и корабли.

По тревоге я занял свое место на своей С-365 по штатному расписанию.

Некоторые лодки отшвартовались и маневрировали. У подводной лодки, стоявшей у плавбазы «Кулу», лед повредил легкий корпус по левому борту и у нее появился крен. Трап на соседней лодке деформировался.

Плавбаза «Север» включилась в спасение бригады и стала ломать лед идущим на помощь судам гражданского флота. Подошедшие с гражданского порта суда ледокольного типа начали разламывать ледовое поле….

Нашу лодка С-365 от льда не пострадала, так как перед пирсом стояли МПК (малый противолодочный корабль). Досталось не только нашим лодкам, но и гражданским сейнерам, которые стояли практически рядом с плавбазой. Несколько рыболовецких сейнеров сейнеров льдина выдавила на берег..

Торпеда и испуганный катер…

После капитального ремонта в Советской Гавани наша лодка С-365 проходила различные испытания: от простых до сложных. Одним из таких испытаний была стрельба болванкой.

Подводная лодка стояла носовой частью в залив, раздалась команда: «Торпедный аппарат приготовить к стрельбе!» Все стояли по боевым постам, на мостике были офицеры и я – сигнальщик. Прозвучала команда: «Пли!» и торпеда – болванка пошла на глубине около метра, но её след просматривался хорошо.

В кабельтовых 2 – 3 шел какой-то катер. Увидев след от идущей торпеды он резко повернул влево и сел на мель… А наша болванка, выпустив как кит воду, всплыла от нас в районе 1 кабельтова. Чтобы её легко можно было найти, она была окрашена в красный цвет.

Анатолий Федоров

Капризный дизель

В 1982 году летом С-365 при перешвартовке в бригаде пошел в разнос правый дизель. В этот момент произошло разрушение распылителя форсунки на правом дизеле и он начал набирать обороты. Ко всему произошел забор масла из картера двигателя, повалила копоть. Правый дизель пошел в разнос, все это сопровождалось металлическим лязгом.

Мотористы успели остановить дизель, на тахометре через дым было видно значение 900 об/мин. Старшиной мотористов был мичман Юрченко.

Однако этого хватило, чтобы через систему вентиляции загазовало всю подводную лодку. Экипаж лодки вышел на легкий корпус. Анатолий Фёдоров был в это время дежурным по лодке и вместе со старшиной команды электриков мичманом Виталием Шепелевым включились в ПДУ и прошли по всем отсекам, дабы убедиться в том, что в ПЛ никто не остался, включили обе вентиляции.

После того, как утихомирили дизель, лодку от последствий его хулиганства отмывали еще неделю… У гидроакустика на столе была черная слякоть, можно представить, что творилось по другим отсекам.

Сталь подвела..

У С-365 торпедные аппараты были изготовлены из экспериментальной стали. В 1982 году во время замеров на заводе (Камчатка, бухта Сельдевая) толщины металла торпедных аппаратов за прочным корпусов было обнаружено, что металл сильно подвергся коррозии. В связи с этим рабочую глубину лодки ограничили до 140 метров. Это также послужило одним из факторов, из за чего лодку в последствии отдали в Бечевинку (Финвал) в качестве РЗС (рейдовой зарядной станции).

Опасное погружение

В конце лета 1982 года С-365 провалилась на глубину до 117 метров. Нужно принять во внимание, что максимальная глубина погружения для нее была установлена уже до 140 метров…

В момент провала на горизонтальных рулях был молодой матрос, когда лодка уже имела приличный дифферент на нос, место матроса занял командир моторной группы капитан 3 ранга Филев. Ему удалось выровнять лодку и медленно вывести лодку на рабочую глубину.

Лодка ушла без командира..

Весной 1972 года ПЛ С-365 должна была делать переход Магадан – Советская Гавань для постановки лодки в средний ремонт. Командир Колчев вовремя не прибыл на корабль, лодку отшвартовывал зам комбриг. С-365 сутки простояла в бухте Нагаево, после чего на переход назначили командира с С-140 капитана 3 ранга Колодина, он и поставил ПЛ С-365 в завод.

Капитан 2 ранга Колчев прибыл в завод чтобы попрощаться с экипажем, он был снят с должности командира и отправлен на базу КАФ в г. Хабаровск на Амурскую флотилию.

В 1972 году на должность командира С-365 был назначен капитан 3 ранга Жамалтдинов.

Филев и борода..

Приказом по ВМФ на лодках запрещено носить бороды. А Филев носил и никто  не мог заставить его распрощаться с нею..

До того как я пришел на лодку, он был командиром БЧ-5, когда С-365 стояла в Завойко на Камчатке,  в лодку спустился какой то контр-адмирал. В это время Филев был в своей каюте.  Когда контр-адмирал потребовал явиться под свои ясные очи командира БЧ-5, Филев открыл дверь каюты и гаркнул: «Кому я тут на *** нужен!». После этого командир БЧ-5 стал командиром группы движения. С тех пор Филев отрастил бороду и не сбривал.

Немного об отцах – командирах

Комбриг контр-адмирал Комаров был низкого роста и с хрипотцой. Не смотря на свой высокий чин он знал всех в своей бригаде в лицо и по именам и фамилиям.. Также знал все. что происходит в бригаде и обо всех..

Помню как сейчас – отчитает: «Что сынок? тебе законы о Советской Власти не писаны?», «Мичман Федоров,  у вас образования почти как у всей России до 1914 г. , а вы в рваных башмаках ходите!»

Нашего начальника штаба капитана 1 ранга Карманова всегда интересовало только где мы, где торпеда и где враг. Он всегда был спокоен и добродушен.

А так хотелось купаться..

Как-то на Камчатке старшина команды электриков  и кок в свободное время  после возлияния на грудь решили искупаться на Паратуньке. Желание и действие друг от друга далеко не ушли и двинулись они купаться пешком..

Охрана моста через речку завидев их веселое настроение и состояние не пустило их через мост. Но это препятствие не могло остановить моряков!Они обиделись на охрану, спустились чуть ниже по течению и переплыли речку.

Однако на дворе было отнюдь не жарко и дальнейшее путешествие в нижнем белье не сильно прельщало наших товарищей – в следствии чего было принято решение вернуться в исходную точку по злополучному мосту. К сожалению охрана моста не оценила этот порыв и вызвала в качестве моральной поддержки патруль комендатуры.

В результате наши друзья оказались не на родной своей лодке, а на гарнизонной губе..

Магадан и отдых..

В Магадане наш экипаж  в качестве места отдыха предпочитал ресторан Приморский. Думаю многие магаданцы помнят это заведение –  большой зал, всегда живая музыка.

Наш радист сумел навести дружеские отношения с директрисой этого ресторана и членов экипажа С-365 никогда не возникало проблемы со свободными местами в ресторане. Но рано или поздно всему приходит конец.. Закончились дружеские отношения у радиста с директрисой, соответственно свободные места перестали дружить с нами..

Александр Лукашов

Морской царь и срочное погружение…

 Весной 1972 года наша лодка С-365 вышла в море, дошли до определённой точки и приступили к сдачи задач. Вахту несли по готовности номер два.

Был у нас матрос рулевой-сигнальщик Марат Куандыков. Он спросил у вахтенного офицера разрешения выйти на верх и сходить в гальюн, который находился в надстройке. Скрутило живот у человека, в жизни такое бывает. Так как это был особый случай, вахтенный офицер разрешил сходить по быстрому.

Через некоторое время сыграли срочное погружения, открылись клапана вентиляции – лодка приняла воду в цистерны  главного балласта. При этом подводная лодка  погружается по рубку, а ничего не подозревающий матрос в этот момент ещё находился в гальюне.

По команде срочное погружение  – ведутся доклады из отсеков в центральный пост, по штатному расписанию матрос должен был находится в седьмом отсеке и тогда командир седьмого доложил о его отсутствии.

До вахтенного офицера на тот момент доклад не успел ещё дойти, события развивались стремительно, да и наверху думали, что он уже в своём отсеке.

На мостике события развивались таким образом –  командир ПЛ Жамалтдинов спускается последним и закрывает верхний рубочный люк. Командир крутит на закрытие, а сверху кто-то пытается начинает открыть люк… От командира поступает команда:  «Отставить срочное погружение! »

Командир открывает люк и видит такую картину… Матрос с белым как полотно от страха лицом стоит на коленях.. После чего матрос получил команду спуститься вниз и мокрый, но счастливый быстро  исчез в чреве лодки..

После естественно, был разбор полётов, но так  как все остались живы и пострадала только нервная система матроса в большей степени, командира в меньшей – вахтенный офицер линчеванию командиром не подвергся..

Как потом рассказал командир, в ту секунду, когда кто-то начал пытаться открыть люк – волосы его под головным убором у него от страха зашевелились… Согласно докладам знал был точно уверен в том, что все должны находится в отсеках, и ему и в голову не могло прийти, что кто-то мог остаться наверху.. Как признался командир – мелькнула даже шальная мысль , что может сам царь морской решил зайти в гости…

После этого задачи мы все сдали и благополучно вернулись в родную базу.

Как две лодки не разошлись в бухте..

Это случилось где-то в 1972 году.  Нашей С-365 необходимо было сделать перезарядку батарей, но для этого сперва надо было разрядить АКБ.

Действие происходило в бухте Нагаево. Наша лодка должна была выйти в бухту и ходить по кругу на электромоторах до полной разрядки батарей. Так как я входил в кормовую швартовую команду, всё это я видел своими глазами. Вместе с  нашей лодкой тот же самый процесс проходила и С-140.

И вот две лодки устроили хоровод в бухте.. Погода нам особо не благоволила – были сильный ветер и волна. В связи с этим, командир разрешил швартовой команде зайти в надстройку, чтобы хоть как-то укрыться от ветра.

Мы были уже в надстройке, когда услышали на мостике крики:  «Куда он прёт!!», затем произошёл сильный толчок. Оказывается во время этого хоровода С-140 приблизилась к нашей лодке и своей кормой ударила в корму  С-365.

В результате такого тесного общения С-140  потеряла один из своих винтов. Нашу швартовую команду от купания в море, после столкновения, спасло то, что командир разрешил нам укрыться в надстройке от ветра.. После, уже при осмотре в доке С-365, мы  увидели огромную вмятину на кормовом стабилизаторе, там же её и залатали.

Контр-адмирал и сапог

Перед выходом С-365 на учения «Восход»  в 1971 году лодку на готовность  к выходу проверяла комиссия из штаба флота. Возглавлял комиссию   контр-адмирал Сергей Степанович Хомчик.

На тот момент я стоял на вахте в торпедном первом отсеке, весь экипаж был предупреждён о грядущей проверке. Открывается переборка, заходит коренастый человек небольшого роста.

Я, как вахтенный, подал команду: «Смирно!». Согласно уставу представился ему: «Вахтенный первого отсека матрос Лукашов», вошедший подал руку для приветствия и  прошёл в носовую часть отсека.

Остановился у торпедных аппаратов и жестом фокусника достал лежавший между ними старый сапог… Парадокс в том, что перед этим наводили порядок и проверили каждое укромное место на предмет вещей не уставных и не надлежащих к хранению в оных местах..

Мы проверяли… А он взял и нашел, все таки подводник старой закалки и на лодках нашего проекта командиром был не менее пяти лет… После обнаружения этого сапога Сергей Степанович отправился в корму, а нам  сказали, что это был сам контр-адмирал Хомчик.

Опасные манёвры

Весной 1973 году, после заводского ремонта, наша С-365 должна была вернутся в на свою базу – в Магадан. В это же время и другая лодка, С-286 после дока в Советской Гавани готовилась к переходу вместе с нами.

Ближе к ночи обе лодки  С-286 и  С-365 и тральщик вышли из бухты Постовая. Так как командир 286-ой капитан второго ранга Волков, был по званию выше,  С-286 назначили на переход флагманской. так что порядок передвижения был следующий: С-286, наша С-365 и за нами тральщик.

Проходили пролив Лаперуза, всюду сновали японские рыболовецкие шхуны, одна из шхун по непонятной причине, пошла наперерез курсу С-365. Командир Жамалтдинов предотвращая столкновение, приказал остановить дизеля и начал отрабатывать назад самым полным ходом электромоторами. В отсеках накал лампочек был еле виден, вся энергия с батарей была потрачена на отработку задним ходом. Таким образом наш командир спас 365-ю от столкновения…

В адрес японских камикадзе было высказано командиром очень много интересных  слов, правда японцы были напуганы своей смелостью ни чуть не меньше нас, на этом мы и разошлись.

Далее пролив прошли  без приключений.

Пожар с запахом наваги..

Это случилось в 1973 году, когда наша С-365 стояла у пирса на своей базе в бухте Нагаево. Мы заступали на очередную суточную вахту, развод как обычно проходил на плацу перед «Пентагоном». Дежурным по бригаде был капитан 3 ранга Жамалтдинов (командир С-365), а дежурным по нашей лодки старшина 1-ой статьи Анатолий Бордунов.

После развода мы строем пришли на лодку, у старой вахты всё приняли по описи и приступили к несению вахты.   Вместе с нами на вахте был акустик Юра Комаров, заядлый рыбак. Не теряя времени он надёргал наваги, на камбузе после перехода оставалась картошка и мы решили сделать праздник живота (а такое случалось не так уж часто).

Свободные от вахты почистили рыбу и картошку, посолили, поперчили с лучком поставили в жарочный шкаф на камбузе. После чего все стали дожидаться завершения процесса готовки  и  начала трапезы…

Но как говориться, всегда найдется ложка дегтя на большую бочку меда… Процесс уже подходил к завершению, когда в центральный пост лодки  прибыл дежурный по бригаде…

Прибытие дежурного по бригаде с проверкой вахты – дело обычное и привычное, но вот со временем вышла неувязка…. Обычно дежурный по бригаде обходил свою вотчину и лодки ночью, но не так рано вечером…

А по всей лодке разносились вкуснейшие запахи… Дежурный по бригаде учуяв это безобразие даёт вводную: «Учебно-аварийная тревога, горит камбуз!!!». Дежурный по лодке играет тревогу, электрик обесточивает камбуз,  все кто стоял на вахте приступают к тушению имитированного возгорания.

Вахта быстро справилась с поставленной задачей, нам очень повезло, что дежурным по бригаде стоял наш командир. По-человечески он понял нас простых моряков, как говорится не стал выносить сор из избы, сделал запись в вахтенном журнале «без замечаний». Напоследок сказал нам:  «Смотрите мне лодку не спалите» и  также тихо удалился.

Вся вахта была ему благодарна, если бы пришёл кто-то другой, то нам досталось бы по полной. После ухода дежурного мы быстро расправились с дополнительном ужином.

Стирка, пиво и командир

Наша лодка С-365 стояла на ремонте в Советской Гавани, был 1972 год. Рулевого сигнальщика Володю Коробко и меня отправили отнести бельё в прачечную, которая находилась недалеко от завода. Одеты мы были в робу подводника, без всяких знаков различия, на голове – пилотка. Пилотку снял – и от гражданского не отличишь.

Бельё сдали быстро и проходя мимо киоска, где продавали пиво, не смогли устоять от соблазна и решили решили взять по бокальчику, благо с собой даже вяленая вобла была..  Взяли холодненького и отошли в сторонку, стоим наслаждаемся, настроения отличное, думали выпьем по бокалу и в свою часть.

Вдруг кто-то похлопывая меня по плечу говорит мне: «Повторять будете?». Понимая, что этот голос мне очень знаком, я резко повернулся к говорившему и увидел в спортивном костюме своего командира подводной лодки капитана третьего ранга Жамалтдинова….

Как выяснилось позже, в  районе, где стоял злополучный пивной ларёк, жили офицеры на время ремонта. Нашему командиру тоже захотелось пива и судьба нас свела в одно время и в одном месте.. Если бы мы знали об этом, то обошли этот район стороной…

Стоим перед командиром потупив глаза и понимаем, что влипли мы по полной… Командир поинтересовался о том, что делают его матросы у ларька с пивом в этом районе… Мы  с испугу кое-как объяснили, что ходили сдавать в прачечную бельё и по пути решили выпить пива.. Выслушав наше объяснение командир приказал:  «На лодку – бегом марш!!». До лодки летели, как птицы. Бежали быстро и всю дорогу  в голове была одна мысль о том. что завтра едем  на губу…

На утро в восемь ноль ноль был построен экипаж для подъёма флага, в строю встали во второй ряд, чтоб меньше было видно нас, но от командирского ока никуда не спрячешься…. Командир смотря на нас произнес:  «… а некоторые морячки подводнички  с командиром пиво пьют…». В голове одна мысль – ну всё, губы не избежать.

Но командир наш по складу своего характера человек был добрый и мудрый. Знал, что в походе его моряки не подведут и наказывать не стал… Для нас он был командиром и пользовался заслуженным уважением..

Александр Черныш (1976-78)

Промах в тумане

Летом 1977 года при возвращении на базу С-365 села на мель…

У меня как раз на ту беду в это время РЛС была неисправна (сбилась отметка по носу лодки). Я доложил командиру, что вошли в «мертвую зону» и до берега осталось совсем мало. Командир на свой страх и риск решил подойти к пирсу в тумане, но взял правее…

Очень скоро мы услышали скрежет металла и лодка остановилась.. Так С-365 оказалась на мели..

Правда из это ситуации мы смогли выкрутиться при помощи двух электромоторов, которые своими усилиями сдернули лодку с мели на воду…

В результате лодка помяла только бульбу, ее ремонтировали и рихтовали уже в доке на Камчатке, и практически отделалась легким испугом..

После происшествия нас очень долго пытали особисты от деталях этой истории…

Олег Нугуманов (1978-80)

Нежданный отпуск

Помню в феврале 80-го, по «каштану» срочно вызывает капитан лодки Ермолов В.  А я был командиром 2 отсека, думаю сейчас будут карать, но за что не могу понять…

Командир был у себя в каюте, только проснулся. Прибыл к нему, доложился, а он мне и говорит: «Сейчас во сне видел видел твою мать, она меня отчитала… Ругалась,  почему сына в отпуск уже три года не отпускаю. Так что собирайся в отпуск!». Я возразил командиру: «Не поеду, мне 2 месяца до приказа осталось!».

Кэп вызвал старшего помощника и повелел, чтобы вечером Пашку Хохлова (из Барнаула) и меня он на лодке не видел. Вот так пришлось лететь в нежданный отпуск…

Дембель и автономка…

После моего отпуска вышел долгожданный приказ МО СССР Д.Ф. Устинова N97 о нашей демобилизации, значит скоро домой!

А в это время С-365 готовилась к автономке. Мы даже обрадовались на гражданку раньше уйдем (нас было 15 дембелей), но не тут то было.

Командир С-365 Ермолов В.А. трезво оценив ситуацию изрек следующую фразу: «Я что по вашему камикадзе, с новым экипажем в поход идти?». В результате все наши будущие дембеля остались в экипаже и зрили свой уход на гражданку в конце автономки..

Мы всем призывом побрились налысо и тут с предпоходовым осмотром прибыл Комаров, осмотрел корабль.. После чего, задал командиру вопрос:  «Ермолов!!! Ты где столько «ЧЕРЕПОВ» набрал???» На что получил ответ от кэпа: «Я с этими черепами любую задачу выполню!»

Так и получилось. Сходили в поход и  вернулись 13 июня. На  пирсе нас встречала бригада  и 15 молодых – наша замена… Мне достался Толик Попов с Ростова на Дону, ростом 195 см. Мы с ним за 10 дней на самоуправу сдали…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *