В сентябре 1951 года над тайгой летели гуси. Словно вычерченный опытной рукой чертеж, живой угол пересекал небо над заснеженной поверхностью полигона. Гортанный крик птиц был хорошо слышен на земле. Гуси тянулись на юг.
На площади у промывочного прибора стояла девушка. Она следила за неломающимся строем птиц, и лицо ее было освещено улыбкой.
Роза Зелинская родилась в Сибири. За свою сравнительно небольшую жизнь она никогда не бывала западнее Урала. В Сибири она окончила начальную школу и Норильский горно-механический техникум. А теперь эта невысокая, энергичная девушка работала начальником лучшего прибора прииска имени Третьей пятилетки.
Молодой техник-обогатитель Роза Зелинская приняла прибор № 7 в канун промывочного сезона 1951 года. Появление нового начальника горняки встретили с удивлением. Нечего было греха таить — кое-кто из них разочарованно подумал, что начальник им достался незавидный. Впрочем, это мнение скоро изменилось.
Промывочный прибор № 7 включился в работу на десять дней раньше намеченного срока. Выиграть это время было нелегко: потребовалось максимально сократить и без того сжатые сроки монтажа механизмов.
Перед пуском агрегата Роза очень волновалась. Уже поздней ночью, после целого дня хлопот, она спросила начальника участка Евгения Поликарповича Садовникова, справится ли она. Начальник участка уверенно ответил, что справится, и посоветовал Розе идти отдыхать перед скорой сменой. На ее вопрос о том, пойдет ли отдыхать он сам, старый горняк ответил, что еще побродит немного. Он честно признался, что тоже волновался, хотя и знал, что их участок не ударит в грязь лицом.
Начало промывочного сезона стало большим событием в жизни комсомолки Зелинской — первой в управлении девушки, назначенной начальником прибора.
Когда прибор был пущен, Роза поставила перед коллективом очередную задачу: ежедневно наращивая темпы работ, увеличивать объемы промывки песков. Первый месяц сезона коллектив завершил со значительным перевыполнением. Но первый успех не удовлетворил комсомолку. На производственном совещании она заявила начальнику предприятия, что они могли бы работать еще лучше. Мешало лишь одно: их прибор до сих пор считался внеплановым, и на него смотрели как на второстепенный объект. Зелинская объяснила, что им недоставало воды, которую подавал насос соседнего прибора, и попросила поставить им отдельный агрегат, чтобы увеличить объемы промывки. Главный инженер пообещал выделить насос, но усомнился, сумеет ли шахта обеспечить нужное количество песков. Роза уверенно ответила, что шахтеры не подведут, так как ее коллектив уже вызвал их на социалистическое соревнование.
После установки отдельного насоса производительность прибора возросла почти вдвое. Однако неравномерная подача песков мешала коллективу использовать все свои возможности. Тогда Роза спустилась в шахту. Внимательно ознакомившись с ее работой, она пришла к выводу, что производительность горняков можно было увеличить. Необходимо было только механизировать подачу песков из шахты в бункер прибора. Установка ленточного транспортера дала возможность высвободить большое число рабочих, за счет которых пополнили группу забойщиков.
Шахта и прибор стали одним отлично слаженным механизмом, которым управляли люди, хорошо знающие свою работу.
В дни, когда завершалась битва за металл, радио принесло радостное известие. Пленум Советского комитета защиты мира принял решение о проведении в стране сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира. В тот же день молодая патриотка выступила перед коллективом своего прибора и шахты. Она сказала, что они голосуют за мир, и хотя ей хотелось сказать многое, слов в такое время было мало. Свои чувства горняки решили выразить стахановской работой. Вскоре все узнали, что коллектив, возглавляемый Розой Зелинской, встал на вахту мира.
Лето в 1951 году выдалось жарким, но оно уже заканчилось. Девушка стояла на площадке прибора и провожала взглядом улетающих на юг птиц. Это не вызывало у нее грусти, так как она любила суровую северную зиму. Указывая рукой вслед скрывшимся птицам, Роза напомнила начальнику смены Василию Дичанскому о приближении зимы. Тот прекрасно понял, чего не договаривала начальник прибора, и твердо ответил, что зима не застанет их врасплох.
Седьмой прибор и шахта, добывавшая для него пески, стояли на разветвлении двух дорог. Днем и ночью здесь было светло, постоянно слышался привычный рокот транспортера, скрип лебедок и шум насоса. Над прибором и шахтой горели звезды. С тех пор как участок заступил на вахту мира, эти звезды не гасли. Горняки так их и называли — «Звезды мира», и лучшего названия было не придумать. Эти звезды горели над всеми приборами участка Садовникова, означая, что промывочные агрегаты каждый день давали Родине металл, а вклад горняков в дело мира рос с каждым днем.
Вместо эпилога
При подготовке статьи были использованы материалы газет «Советская Колыма», «Магаданская правда», «Сеймчанская правда», «Горняк Севера», «Металл Родине», а также документы архивов МОКМ, ГАМО и МОГБУК «СК Музей».
Моя признательность за помощь в работе коллективам Государственного архива Магаданской области, Магаданской областной универсальной научной библиотеки имени А.С. Пушкина и Сеймчанского краеведческого музея.