1943 год

На следующий день возглавляемая им фронтовая бригада вышла в забой и приступила к самоотверженной работе, борясь за выполнение дневного задания на 150%. Баранов лично демонстрировал пример высокой производительности, систематически выдавая по две нормы в смену. В преддверии праздника бурщики Кузнецов, Думов и Демшаков работали без устали, доводя выработку до 160–170% от плана.

Модернизация компрессорного парка

 Узкая тропинка, проходившая по северному склону заснеженной сопки, упиралась в отвесную каменную стену. Здесь, за деревянной дверью в гранитной скале, располагалось «сердце» горного цеха — компрессорный парк рудника. Мощные машины были выстроены стройной цепочкой от входа до конца скального зала. К середине февраля 1943 года был зафиксирован коренной перелом в организации работы компрессорного хозяйства предприятия. В период капитального ремонта оборудования механик Дюбов и вверенный ему коллектив сумели в короткий срок не только навести образцовый порядок (в помещении стало сухо и тепло, были выкрашены стены и побелены потолки), но и качественно отремонтировать механизмы, внедрив ряд успешных рационализаторских решений.

До проведения капитального ремонта сжатый воздух поступал от всех компрессоров в общую магистраль, разветвлявшуюся по участкам и выработкам. Механик Дюбов коренным образом перестроил схему снабжения: теперь перфораторы получали воздух от определённых, закреплённых за ними машин. Это позволило полностью ликвидировать обезличку в работе компрессорщиков, сократить протяжённость воздухопроводов и снизить потери давления в сети.

Результативность осуществлённой реорганизации немедленно отразилась в реальных цифрах выработки. Если ранее на третьем участке работало 5–6 молотков, то после переустройства их число увеличилось до 8–9 единиц. Компрессоры № 4 и № 5, приводившие в движение 10–11 перфораторов, стали бесперебойно питать 14 машин. Сокращение магистрали и ряд технических усовершенствований обеспечили экономию 10–15% сжатого воздуха и электроэнергии.

Лидеры соревнования и «подножки» от АРЗа

В честь XXV годовщины Красной Армии механики, слесари и электрики «Бутугычага» соревновались за досрочное завершение работ. В числе передовиков значились механик Сазонов, начальник механического цеха Дёмин, электросварщик Лаватков, мастер Стойчан, слесарь Чернобаев и механик Кириллов. Особо отмечались машинисты-комсомольцы Ситников и Рыбаков.

При этом ремонтные работы на «Бутугычаге» систематически тормозились по вине Авторемонтного завода (АРЗ). Для точного изготовления поршня к компрессору № 1 горняки направили в Магадан не только чертежи, но и сам поршень. Несмотря на это, АРЗ отлил деталь с грубым браком — поршень оказался на 29 килограммов тяжелее нормы, что привело к простою почти готового к эксплуатации агрегата. Аналогичный случай произошёл с заказом на холодильники для компрессорных установок: оборудование прибыло на рудник без крышек, которые либо не были изготовлены, либо были утеряны на заводе.

Бригада двухсотников

В дни социалистического соревнования, приуроченного к XXV годовщине Красной Армии, на руднике была сформирована новая фронтовая бригада бурщиков под руководством орденоносца Баранова. Несмотря на недавнее формирование, коллектив с первых рабочих смен приступил к систематическому перевыполнению плановых заданий. Если в течение первой недели февраля выработка бригады составляла 150–160% от технической нормы, то в последующий период показатели были доведены до 220–230%.

Бурщик-двухсотник рудника «Бутугычаг» В.А. Баранов. 1941 год. Фото из газеты «Советская Колыма».

Руководство «Бутугычага» признавало работу бригады Баранова лучшей на всём предприятии. Сам бригадир и вверенные ему бурщики — Думов, Демшаков, Кузнецов и Руденко — были охарактеризованы как наиболее примерные и дисциплинированные кадры рудника. В рамках предпраздничных обязательств коллектив продолжал планомерно наращивать производительность труда, закрепив за собой статус «бригады двухсотников».

Происшествие в гарнизоне

В конце февраля жизнь бойца Шамонина из подразделения Тутенко оказалась под угрозой вследствие тяжёлой формы воспаления лёгких. По заключению врача Боголюбовой, единственным способом спасения больного было экстренное переливание крови. На обращение медицинского персонала о помощи незамедлительно откликнулся боец Чурилов, первым вызвавшийся стать донором. Он добровольно сдал 300 граммов крови, что позволило преодолеть кризис и стабилизировать состояние пациента. Благодаря своевременному вмешательству и самоотверженности сослуживца Шамонин пошёл на поправку.

Март

15 марта 1943 года начальник Главного управления строительства Дальнего Севера НКВД СССР комиссар госбезопасности III ранга Никишов подписал приказ № 139, направленный на коренное упорядочение работы энергетического узла рудника «Бутугычаг». Основной целью данного решения стало обеспечение бесперебойного снабжения горнодобывающих участков электроэнергией. Согласно распоряжению, с 20 марта 1943 года дизельная электростанция утратила статус самостоятельного хозрасчётного предприятия Тенькинского горнопромышленного управления и перешла в непосредственное подчинение руднику «Бутугычаг».

Процесс реорганизации предусматривал полную передачу оборудования и материальных ценностей станции на баланс рудника по состоянию на 1 марта 1943 года. В связи с изменением подчинённости начальнику Тенькинского управления Виноградову было предписано пересмотреть штатное расписание электростанции. Одновременно с этим на начальника рудника Киняшова возлагалась персональная ответственность за планирование: он был обязан ежемесячно, не позднее 15-го числа, представлять графики выработки электроэнергии на утверждение в Энергоотдел Главного управления Дальстроя. Данная мера позволила централизовать управление ресурсами и устранить административные барьеры между производителем и потребителем энергии в условиях выполнения оборонных задач.

Наращивание темпов добычи

Завершение капитального ремонта электростанции обеспечило рудник «Бутугычаг» необходимым объёмом электроэнергии, что позволило ликвидировать длительное отставание и приступить к планомерному наращиванию темпов добычи. В ходе предмайского социалистического соревнования лидирующую позицию занял участок № 3 под руководством Долинина. 1 и 2 марта на данном объекте было зафиксировано значительное перевыполнение плановых заданий по отбойке горнорудной массы. Фронтовая бригада откатчиков под руководством Горбулина систематически обеспечивала выработку на уровне 150–170% от нормы.

Высокую эффективность труда демонстрировали отдельные группы передовиков. Бурщик Миленко, награждённый в 1942 году медалью «За трудовую доблесть», выполнял норму на 140–150%. Стабильно высокие показатели также фиксировались у бурщиков Кириенко, Васильева и Антошенко. Однако на фоне роста объёмов отбойки горной массы коллектив участка не справлялся с заданием по выдаче руды на-гора.

Итоги работы за первые месяцы 1943 года

Рудник «Бутугычаг», являвшийся одним из крупнейших предприятий Тенькинского управления, завершил 1942 хозяйственный год с крайне низкими показателями. В четвёртом квартале деятельность предприятия подверглась жёсткому разбору со стороны партийной комиссии политотдела Теньки, в результате чего бывший начальник, переведённый на должность главного инженера рудника, Пахомов получил серьёзное дисциплинарное предупреждение.

Несмотря на это, в январе и феврале 1943 года сохранились прежние неэффективные методы руководства. План по добыче товарной руды за первые два месяца был выполнен лишь на 11%. В марте также фиксировалось систематическое невыполнение суточного плана.

Финансовые убытки и перерасход ресурсов

Анализ, проведённый финансовым отделом Тенькинского управления, выявил на руднике «Бутугычаг» отсутствие контроля за экономным расходованием материалов и рациональным использованием трудовых ресурсов.

Затраты на добычу 1 тонны товарной руды в январе и феврале почти в два раза превысили установленные плановые нормативы. Фактический расход по деловому лесу превысил план на 305%, а затраты на заправку буров оказались выше плановых на 77%. Неконтролируемый перерасход сжатого воздуха за январь и февраль принёс убытки в размере 125 000 рублей. Аналогичные перерасходы были зафиксированы по автотранспорту, тракторному парку, гужевому транспорту, а также при заготовке чурки и добыче металла.

В общей сложности за два месяца 1943 года суммарный перерасход средств составил весьма внушительную сумму, что было квалифицировано как бесхозяйственность и антигосударственное отношение к расходованию материальных и денежных фондов.

Организационный кризис 

На заседании балансовой комиссии управления, проведённом совместно с активом рудника, начальник предприятия Киняшов официально признал результаты хозяйственно-финансовой деятельности крайне неудовлетворительными.

В ходе разбирательства было отмечено, что рудник располагал всеми необходимыми ресурсами для выполнения суточных заданий по отбойке руды. Дизельная электростанция и компрессорный парк функционировали бесперебойно, дефицита сжатого воздуха, буровых молотков, буров и рабочей силы не наблюдалось.

Срыв плановых показателей объяснялся отсутствием строгой организации труда и огромными простоями основных категорий рабочих. Нерациональное использование кадрового потенциала, низкая производительность труда и отсутствие контроля за расходованием материалов приводили к удорожанию продукции.

Начальники участков и руководители подсобных хозяйств не владели информацией ни о плановой себестоимости, ни о фактических затратах на единицу вырабатываемой продукции.

Требования по реорганизации производства

Деятельность рудника «Бутугычаг» была признана не отвечающей требованиям военного времени. Для создания коренного перелома в выполнении плана от руководства рудника потребовали немедленного наведения жёсткого организационного порядка на производстве, полной ликвидации простоев и повышения производительности труда. Была подчёркнута необходимость повышения персональной ответственности руководителей участков и подсобных хозяйств за экономное и рациональное использование материальных ценностей. Каждому начальнику подразделения предписывалось внедрить ежемесячные планы по выпуску продукции и её себестоимости, а также нести строгую ответственность за срыв количественных и качественных показателей. Указывалось, что только оперативная перестройка работы и устранение управленческой халатности позволят руднику перейти к систематическому выполнению государственного задания.

Воскресник на Теньке

4 апреля на предприятиях Тенькинского управления состоялся всесоюзный комсомольско-молодёжный воскресник, к участию в котором, помимо рабочих и служащих, были привлечены домохозяйки.

Вид северного склона, рудник «Бутугычаг». 1943 год. Фото из архива МОКМ.

На руднике «Бутугычаг» комсомольцы и молодёжь были направлены на критически важный участок производственного цикла — откатку руды из забоев. По итогам смены средняя выработка на каждого участника составила 150% от технической нормы. Одновременно с этим работники автотракторного парка обеспечивали подвоз крепежного леса к горному цеху. Наивысшие показатели на перевозке леса показали водители Кошелев, Розин и Миронов.

Об энергоснабжении

Завершение зимнего ремонта оборудования дизельной электростанции позволило временно стабилизировать энергоснабжение рудника «Бутугычаг». Эффективность узла возросла: только за первую декаду марта объём выработанной электроэнергии превысил показатели всего февраля на 3000 киловатт-часов. Улучшение работы агрегатов и снижение расхода топлива создали необходимые условия для наращивания темпов работы в забоях.

Однако достигнутые результаты были перечёркнуты в апреле, когда управленческая халатность на электростанции привела к прямому срыву производственного цикла на горнодобывающих участках. Администрация энергетического узла проигнорировала критический износ резервного насоса и предаварийное состояние основной системы подачи охлаждающей воды. Это повлекло за собой серию аварий. В середине апреля поломка оборудования потребовала шестичасового ремонта, а 21 апреля из-за полного прекращения подачи воды дизельную станцию пришлось экстренно остановить на два часа. Следствием этого инцидента стало полное обесточивание рудника «Бутугычаг» и вынужденная остановка добычи руды на всех участках. Таким образом, беспечность руководителей дизельной электростанции парализовала добычу руды и поставила под угрозу выполнение государственного плана.

О важности подготовки забоев

Ещё одной причиной срыва добычи касситерита горняками стала неудовлетворительная подготовка забоев, из-за которой участки не могли ежедневно задействовать весь наличный парк перфораторов, что приводило к нерациональному расходу сжатого воздуха. Наиболее критическая ситуация сложилась на пятом участке под руководством Лыгина, где отсутствовал контроль за расположением шпуров. 14 марта выход горной породы на одну молоткосмену на данном участке составил лишь 3 кубических метра при плановом задании в 6 кубических метров, а 15 марта этот показатель снизился ещё больше. В указанный период выполнение плана по отбойке горной массы на участке колебалось в пределах 40–60%. В целом по предприятию план по количеству отработанных молоткосмен выполнялся менее чем на 80%, а выход горной массы на одну смену составлял менее половины от норматива.

Аварии на воздуховодах

Дополнительным фактором производственных потерь стало систематическое повреждение воздухопроводов. Трубы выходили из строя в результате взрывов из-за халатности работников горного надзора, а в ряде случаев незаконно использовались в качестве крепёжного материала. В частности, начальник смены пятого участка Селезнёв перед проведением взрывных работ выложил 120 метров труб на гезенк, что привело к их полному уничтожению. Главный инженер рудника Пахомов, ранее уже получавший партийные взыскания, не принимал мер к устранению простоев, оправдывая отставание объективными причинами, и игнорировал акты о привлечении виновных в порче оборудования к ответственности.

Рационализаторы не в почёте

Рационализаторская работа на руднике долгое время оставалась без должного внимания со стороны руководства предприятия. За месяц работники отдела главного механика внесли 15 предложений, которые не были рассмотрены Пахомовым и ответственным за рационализацию Синельниковым. При этом плановый отдел установил, что экономический эффект от уже внедрённых ранее предложений достигал 300 000 рублей.

Предмайское социалистическое соревнование

Несмотря на все проблемы, к концу апреля ситуация на отдельных направлениях начала стабилизироваться за счёт развёртывания предмайского социалистического соревнования.

Первый участок под руководством Семенченко вышел из числа отстающих в передовые: за половину месяца коллектив выполнил план по горноподготовительным работам на 170%, а по отбойке горной массы — на 99%.

За это же время бригада откатчиков Тарасенко выполнила полумесячное задание на 123%; в числе лучших производственников были отмечены Отроицев, Мельников, Осетров, Бурдай, Серёгин, Саинбеков и Кастымов. Бригада откатчиков под руководством Горбулина за этот же период обеспечила выработку на уровне 122%. Откатчик Петров, награждённый в 1942 году медалью «За трудовую доблесть», превысил свою норму на 60%. Стабильно высокие показатели также зафиксированы у рабочих Карымова, Разова, Драчёва и Трезанова.

Параллельно нарастали темпы соревнования между фронтовыми бригадами бурщиков: первенство сохранялось за Барановым, в то время как показатели Толстого планомерно росли.

На участке № 3

В июле 1943 года участок № 3 под руководством Долинина продолжал срывать план и копил долги по поставкам сырья перед обогатительной фабрикой. При этом начальник участка регулярно выступал с публичными заверениями о досрочном выполнении заданий, выдаче сверхплановой руды и повышении производительности труда, которые на практике не реализовывались.

Вид на обогатительную фабрику имени Чапаева и бремсберг. 1943 год. Фото из архива МОКМ.

На деле же очистные работы в забоях не разворачивались на полную мощность, хотя все условия для этого были созданы. Участок располагал достаточным количеством рабочих и широким фронтом в промзонах № 34 и № 21. Кроме того, была полностью решена проблема, о которой раньше много спорили: рудник ликвидировал дефицит сжатого воздуха и бурильных молотков.

Июльский план по отбойке горной массы был реализован лишь на 81%, а по добыче руды — на 76%. Особо низкие темпы были отмечены в разведочных работах: при плане в 10 погонных метров за месяц было пройдено всего 4 метра, что составило менее 15 сантиметров в сутки.

Оправдывая низкие темпы добычи, Долинин ссылался на то, что вручную много породы из шахты не вывезешь. Руководство рудника признало эту проблему и приняло решение модернизировать логистику: проложить двухколейный путь и запустить механизированную бесконечную откатку руды.

Новый главный инженер и первые промахи

Новый главный инженер рудника Зубрев потратил несколько дней на размышления о том, как лучше реализовать решение руководства. Наконец, 10 июля он отдал распоряжение: полностью остановить очистные работы в промзонах и приступить к монтажу бесконечной откатки.

Однако устройство бесконечной откатки сразу же обернулось затяжной волокитой. Выяснилось, что Зубрев совершенно не продумал техническую сторону дела: выдачу руды прекратили, но монтировать новую линию было банально не из чего. На момент остановки забоев лебёдка всё ещё находилась в ремонте, роликов на месте не оказалось, а натяжное устройство даже не было готово.

Непродуманное распоряжение пришлось спешно отменять. К началу августа механизированная откатка на участке так и не заработала — рабочие успели подготовить только ролики, лебёдку продолжали доукомплектовывать, а о натяжном устройстве ничего не было слышно. Из-за недопустимой медлительности Зубрева и начальника участка Долинина рудник понёс серьёзные убытки от простоя забоев.

Работа автопарка

Летом 1943 года автобаза рудника «Бутугычаг» обеспечивала бесперебойную доставку дров и стройматериалов с лесоучастка, перевозку сена с берегов реки Колымы, а также снабжение предприятия продовольствием и техникой. Шофёры успешно справлялись с графиком грузоперевозок, добиваясь значительной экономии бензина и чурки.

Водитель рудника «Бутугычаг» А.В. Козлов. 1943 год. Фото из газеты «Советская Колыма».

Одним из передовых водителей считался коммунист Александр Козлов, работавший на газогенераторной автомашине № 13-02. В июле он выполнил месячный план на 173%, совершая рейсы практически без отдыха. Козлов самостоятельно проводил профилактический ремонт и поддерживал автомобиль в исправном состоянии без помощи слесарей, что позволяло избегать простоев техники.

Август

Партийная комиссия при политотделе Тенькинского горнопромышленного управления заслушала доклад заместителя начальника управления Ольшамовского о готовности предприятий к работе в зимних условиях. На заседании было отмечено, что ряд руководителей затягивал подготовительные мероприятия, рассчитывая на отдалённые сроки наступления холодов.

Работники рудники «Бутугычаг», ТГПУ. Слева направо: работник рудника, начальник политотдела, начальник рудника. 1943 год. Фото из архива МОКМ.

На руднике «Бутугычаг» подготовка жилых и служебных помещений к зиме оценивалась как удовлетворительная. Ход ремонтных работ и утепление зданий находились под постоянным контролем партийной организации. К началу августа под сопку было подвезено более 3 000 кубометров дров, также велось создание запаса топлива для нужд электростанции.

Сентябрь

Успехи фронтовых бригад

По случаю освобождения Красной Армией Донбасса во всех цехах и отделах рудника состоялись многолюдные митинги. Горняки ответили на победы Красной Армии ростом производственных показателей. На участке № 5 (начальник Суслов) была увеличена добыча руды; также задания перекрывали горняки участка Семенченко.

На митинге, состоявшемся в горном цехе, руководитель фронтовой бригады Горбулин дал обязательство ликвидировать отставание с откаткой руды на пятом участке и сдержал слово: руда на фабрику имени Чапаева стала поступать бесперебойно. На первом участке фронтовая бригада откатчиков Огородова ежедневно выдавала не менее 150% задания. Среди бурщиков лучшие показатели были у стахановца Крупни.

Массовые прогулы и «ягодный промысел»

В сентябре показатели рудника оставались крайне низкими: предприятие выполняло лишь половину государственного плана. Руководители рудника и их подчинённые пытались оправдать низкие темпы работ плохой погодой, неудовлетворительным состоянием бурильных молотков и отсутствием электроосвещения в забоях. В действительности же «Бутугычаг» не выполнял заданий из-за крайне слабой трудовой и производственной дисциплины.

Участок рудника Бутугычаг, ТГПУ. 1943 год. Фото из архива МОКМ.

Характерным примером стал рабочий горного цеха Демидов, который в течение 25 дней не выходил на работу, занимаясь сбором и продажей ягод и грибов. Подобный образ жизни вели также рабочие Агеев, Фомичёв, Иванов, Пикулин и многие другие. Число нарушений дисциплины резко выросло: если за весь август было зафиксировано 74 прогула, то всего за 20 дней сентября их количество уже перевалило за 50. При этом руководители рудника и не думали привлекать саботажников к суровой ответственности.

Формализм профсоюза и «лжедвухсотники»

Партийная и профсоюзная организации под руководством председателя рудкома Усачёва вели борьбу за дисциплину лишь формально. Социалистические договоры заключались, но соревнование не носило боевого характера. Свыше 20% рабочих не выполняли технические нормы. Среди ведущих профессий — бурщиков, откатчиков и отгребщиков — «двухсотников» не было вовсе. В официальные отчёты для видимости внесли пять человек, которыми оказались три сортировщика, один электрик и один гладильщик белья в прачечной. В то же время на первом участке (начальник Семеневский) был зафиксирован случай, когда сразу семь откатчиков ушли с работы на час раньше срока.

«Уставший» горнадзор

Серьёзные нарушения отмечались и в звене горнадзора, особенно на втором участке (начальник Лыгин). Горный мастер Косенков часами просиживал в конторе, оставляя бригады без присмотра, халатно относился к своим обязанностям и мастер Семёнов. В ночь на 25 сентября второй участок полностью сорвал план, так как начальник смены Поддуваев самовольно и без объяснения причин ушёл с производства. После выполнения годового плана многие работники стали относиться к труду «спустя рукава».

Саботаж приказов

Начальник рудника Киняшов издал приказ о мобилизации рабочей силы из подсобных цехов на основное производство, однако почти все начальники отделов это распоряжение проигнорировали. Попытка усилить контроль за ночными сменами путём организации дежурств руководителей отделов непосредственно на производстве также натолкнулась на пренебрежительное отношение.

Заступая на дежурство, начальник производственно-технической части Белый открыто заявлял: «Ночь проведём как-нибудь, днём отдохнём». В результате он совершенно не занимался организацией труда на участках. Несмотря на то, что смена была полностью обеспечена бурами, перфораторами и сжатым воздухом, производительность упала в два раза по сравнению с предыдущими днями. Аналогичную халатность допустили дежурные Проходский и Яковлев, которые почти всю смену просидели в помещении.

На фоне постоянных разговоров о трудностях военного времени управленческий аппарат демонстрировал беспечность и формализм. Характерным примером стало поведение главного маркшейдера Проходского: при назначении ответственным дежурным ночной смены он потребовал от администрации предоставить ему тёплую и светлую комнату для отдыха, а также усиленное питание.

Ремонт жилого фонда и инфраструктуры

Осенью 1943 года под руководством заместителя начальника рудника по хозяйственной части Малякина была проведена масштабная подготовка посёлка «Бутугычаг» к зиме. Жилые дома были оштукатурены и побелены, жилища рабочих и служащих утеплены, а крыши покрыты финской стружкой. В общежитиях и квартирах был наведён порядок и ликвидирована скученность (особо отмечалось состояние помещений для проживания дизелистов).

К зимним условиям были подготовлены и производственные объекты. Для защиты скота от морозов была выстроена и оштукатурена новая конюшня. Коллектив пожарной команды под руководством Латухина и Федосимова своими силами построил дом и гараж.

Передовики строительных работ

Ремонтом жилых и производственных зданий руководили десятники Вололичев и Мокин. Высокие производственные показатели на строительных работах на протяжении всего летнего периода демонстрировали столяр Полякуткин, а также плотники Михайлов и Зайцев, регулярно выполнявшие двойную норму («двухсотники»).

Заготовка топлива и кормов

Впервые за время существования «Бутугычага» топливо было заготовлено своевременно. Коллектив лесоучастка (начальник Кензя) и автотракторный парк (начальник Соколов) до наступления холодов подвезли на рудник 5 490 кубометров дров. Из этого объёма 1 239 кубометров поступило на склад дизельной электростанции, 3 000 кубометров было доставлено к горному цеху. Ещё 3 000 кубометров оставались на лесоучастке. Созданных запасов должно было хватить на три-четыре зимних месяца, при этом рубка леса продолжалась в прежних объёмах.

Кроме того, хозяйственная часть рудника стала лучшей в Тенькинском управлении по заготовке кормов. Для скота подсобного хозяйства было запасено 322 тонны сена, что превысило плановые показатели.

Октябрь

Авария на участке № 3

Третий участок был для «Бутугычага» ключевым: он давал четверть всей руды и почти 30% металла. Однако руководил им Долинин, чья халатность изо дня в день тянула вниз показатели всего предприятия.

Кульминацией этого разгильдяйства стала ночь с 6 на 7 октября 1943 года. Начальник смены Новак и горный мастер Захарьян допустили грубейшую ошибку — забурили основную восстающую выработку, по которой руда спускалась к откаточному штреку. Главная артерия крупнейшего участка оказалась заблокирована. Три смены подряд на участке весь списочный состав был занят не добычей руды, а ликвидацией последствий аварии.

Масштаб ЧП оказался таким, что разбирательство вышло далеко за пределы управления рудником. 8 октября 1943 года заместитель начальника Дальстроя НКВД СССР, инженер-полковник Полосов подписал распоряжение № 608. В документе он прямо назвал действия горнадзора «безответственностью, граничащей с преступлением».

Киняшев Александр Фролович, начальник рудника «Бутугычаг». 1943 год. Фото из архивов МОКМ.

Полосов обязал начальника рудника Киняшова наказать виновных рублём: удержать с начальника участка Долинина, начальника смены Новака и гормастера Захарьяна 3 000 рублей — половину стоимости простоя и произведённых затрат. Взыскание распределили на троих поровну.

Своё распоряжение, которое предписывалось немедленно объявить всему надзирающему составу «Бутугычага», инженер-полковник Полосов закончил недвусмысленной угрозой: впредь за любой срыв плана по участкам, независимо от причин, виновные будут привлекаться к уголовной ответственности.

Работа рационализаторов

На фоне производственных и дисциплинарных проблем на руднике «Бутугычаг» велась активная работа по рационализации производства. Вопросам изобретательства уделялось серьёзное внимание со стороны инженерно-технического персонала, горняков и механиков. За одиннадцать месяцев 1943 года работниками предприятия было внесено 24 рационализаторских предложения.

Пик активности пришёлся на специальный месячник по рационализации, в ходе которого поступило 19 предложений. Все они были оперативно рассмотрены профильной комиссией. В состав комиссии вошли главный механик Дюбов (председатель), главный инженер дизельной станции Локтионов и начальник цеха Казимиров; также к работе привлекался лучший рационализатор рудника Винге.

Комиссия утвердила 18 из 19 поданных предложений. Из них 11 были немедленно внедрены в производство, что позволило получить условную годовую экономию в размере 400 000 рублей. Наибольшую активность и инженерную смекалку проявили рационализаторы Говоров, Шишов и Винге, чьей работе оказывал непосредственную помощь председатель комиссии Дюбов.

По итогам года

В 1943 году «Бутугычаг» выдал стране 426 тонн стратегически важного олова. Однако этот результат не был следствием стабильной и отлаженной работы. Весь год предприятие лихорадило: трудовой энтузиазм передовиков резко контрастировал с массовыми нарушениями дисциплины и управленческим бессилием на местах.

План удавалось вытягивать во многом благодаря самоотверженности фронтовых бригад, смекалке механиков-рационализаторов и жёсткому вмешательству руководства Дальстроя, которому раз за разом приходилось брать управление рудником в свои руки, применяя финансовые и уголовные угрозы.

Предприятие понесло серьёзные убытки из-за простоев, перерасхода материалов и аварий, вызванных банальной халатностью горного надзора. В итоге добытые 426 тонн стали показателем работы на пределе возможностей, когда управленческий хаос и срывы поставок оборудования компенсировались суровыми приказами сверху и тяжелейшим трудом рядовых горняков.