Евгений Кричевцов. Служба на С-176

krivizenzov

В 70-е годы прошлого века нёс службу на подводной лодке С-176 Тихоокеанского флота капитан 2-го ранга Евгений Кричевцов. Вот что рассказал он о своей службе.

Пожар на глубине.

– Для меня, тогда ещё капитан-лейтенанта, примером на всю жизнь остался мой первый командир – капитан 2-го ранга Игорь Блюменсон, – с гордостью вспоминает Евгений Михайлович.

– Под его командованием наша лодка несла службу в 1976 году в суровых климатических условиях Восточно-Китайского моря, следя за действиями иностранных военных кораблей. Это был период сложных отношений СССР и Китая.

На подводной лодке не было кондиционера, запас пресной воды составлял 4,5 тонны. Температура воздуха в 6-м отсеке, где несли вахту матросы, в подводном положении достигала 60 градусов со знаком плюс. Вахту несли по 15-20 минут.

В этом же отсеке на 21-е сутки плавания возник пожар, загорелась станция управления линией вала левого борта, а это значит, что лодка практически осталась без хода. Подводники отсека были наедине с огнём. Появилась большая вероятность гибели корабля. Пожар в отсеке страшен тем, что сальники забортных устройств выгорают и открывают доступ забортной воде в отсек. Это привело бы в конечном итоге к затоплению отсека.

Но благодаря высоким профессиональным навыкам подводников пожар был потушен.

Умывались соляркой.

– Восточно-Китайское море мелководное, средняя глубина – не более 50 метров. Приходилось в буквальном смысле слова плавать «ползком на брюхе».

Моральное и физическое напряжение людей достигало предела, так как следовало управлять всеми системами корабля вручную. Пресная вода для питья и умывания на подводной лодке давалась два раза в сутки – утром и перед обедом по 5 минут. Забегая вперёд, скажу, что последние несколько суток плавания воды не хватало настолько, что морякам приходилась умываться соляркой. Из-за жары десять членов экипажа получили тепловые удары.

Но несмотря на все трудности, С-176 успешно выполнила инспекторскую торпедную стрельбу на приз Главкома ВМФ по надводному кораблю условного противника и получила оценку «отлично».

Маршал Кирилл Москаленко поднял командира нашей подлодки Игоря Блюменсона и сказал: «Вот пример грамотных действий командира дизельной подводной лодки. Этот человек тактически подготовлен, у него есть целеустремленность и бесстрашие. Такой экипаж одержит победу в морском сражении». Командир удостоился ценного подарка – бинокля, а мне маршал вручил японский спиннинг.

В плену японских сетей.

Японское море. Сильные и колючие ветры, хоженые и нехоженые штормовые дороги. Средняя дизельная подводная лодка на глубине 48 метров третьи сутки идет в район несения боевой службы. Экипаж в штатном режиме занимается по корабельному расписанию отработкой задач.

Сегодня по плану должно быть всплытие на зарядку аккумуляторных батарей. Эту команду весь личный состав ждет с нетерпением. Можно будет, согласно очередности, выйти через верхний рубочный люк наверх, подышать свежим воздухом, выкурить одну-две сигареты. «Окончить занятия!, — командует старпом. — Приготовиться к малой приборке». Матросы и старшины укладывают на штатные места подручные средства борьбы за живучесть и ИДА-59 (индивидуальный дыхательный аппарат).

Наверху уже вечерние сумерки, через некоторое время командир И.И. Блюменсон даст команду на всплытие, а сейчас он зашел в штурманскую рубку посмотреть место нахождения подводной лодки. Неожиданно с левого борта раздался резкий звук трения о борт постороннего предмета.

— Стоп мотор! Лево руля!

Корма отошла в сторону, и сразу послышался скрежет о корпус с правого борта.

— Полный вперед!

Корма лодки резко идет вниз.

— Полный назад!

Лодка практически стоит на месте. Попали в рыболовную японскую сеть, оторваться не можем — сразу понял командир подлодки.

В течение часа пробуем освободиться от сети ходом вперед-назад — тщетно. Под килем 326 метров. Командир принимает решение освободиться от сети путем изменения глубины погружения. С застопоренными гребными моторами лодка начала медленно погружаться, а потом всплывать. Сначала медленно, затем все быстрее и быстрее. Слышно, как цистерна с шумом заполняется водой. Через некоторое время подводная лодка останавливается и начинает медленно погружаться, потом опять резко всплывает. Звучит команда: «Полный назад!».

Корпус корабля дрожит от напряженной работы электромоторов. Дифферент на нос увеличивается до предельной величины. А это в свою очередь ведет к непоправимым последствиям — электролит в аккумуляторных батареях может выплеснуться из баков и произойдет короткое замыкание, что неизбежно вызовет взрыв и пожар на подводке.

— Стоп моторы!

Дается команда офицерам срочно прибыть на центральный пост, где командир объясняет обстановку и, посоветовавшись со старпомом и замполитом, принимает решение всплывать.

Всплыв на определенную глубину, подняв перископ, мы увидели две японские рыболовные шхуны, находящиеся поблизости. Продув балласт, командир вместе с замполитом поднялись на ходовой мостик, пряча свои лица в воротники меховых курток. Над лодкой на низкой высоте пролетел американский самолет «Орион». Медлить нельзя…

Командир скомандовал: «Матроса Таусарова с аварийным топором наверх!» (Казах Таусаров служил торпедистом). Тот незамедлительно поднялся наверх с топором, снятым с аварийного щита.

Инструктаж был короткий: обрубить трос рыболовной сети. В это время японцы, находящиеся на рыболовецких шхунах, что-то кричали, махали руками, видимо просили не рубить трос. Несколько десятков секунд — и натянутый трос освободил подводную лодку, громко стрельнув по гребню волны. Срочное погружение! Погрузившись, подводная лодка ушла по плану боевой службы.

В период плавания личный состав показал высокие морально-боевые качества. Ведь на дизельной лодке не было кондиционеров и приходилось нести вахту, особенно в одном из отсеков, при температуре плюс 35 — 40 градусов.

На базе командованию корабля пришлось долго объяснять причину зацепа и попадания в японскую сеть.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *