Усть-Омчуг

Только один рудник и один прииск работали на территории Теньки, когда появился приказ №894. Этим приказом было положено начало строительству Усть-Омчуга. Когда был «забит первый колышек для первой палатки», к сожалению, история не сохранила. А 1 октября 1939 г. другой приказ констатировал, что ТГПУ организовано. Размещалось оно в палатке на том месте, где позже были построены ремонтно-механические мастерские . Жили тоже в палатках, которые на зиму обили фанерой и досками. С 26 декабря 1939 г. начальником ТГПУ был назначен Н.С. Матвеев.

Почему было выбрано именно это место для строительства нового поселка? Что стало определяющим для руководства Дальстроя при выборе места для центра нового управления?

Немного предыстории. В полевой сезон 1938 г. Южное ГПУ в бассейн р. Омчуг направило отряд из 5 человек, которым руководил Дмитрий Иванович Спивак. Одним из участников этого отряда был Петр Иванович Авраменко, ставший одним из первых жителей Усть-Омчуга и проработавший здесь больше 40 лет. Вот выдержки из его воспоминаний, оставшиеся на страницах районной газеты «Ленинское знамя» об этом времени:

«Путь начали с Атки. Ехали первым санно-тракторным поездом. 10 тракторов и к каждому из них прицеплено по двое саней. Атка – Малтан – Холодкан – Бохапча – озеро Солнечное, а оттуда на оленях по ручьям Тенгкели, Силипцовый. Приехали на место, где сейчас находится Усть-Омчуг 30 апреля. Место было чудесное! Девственный лес. Лиственницы в два обхвата, высоченные, как мачты… Разведать предстояло огромную площадь бассейна рек Омчуга, Неглинки, их притоков, ручьев, ключей… Д. Спивак вел глазомерную съемку, мы рыли расчистки по бортам, промывали, сушили пробы. Золото было богатое. В октябре вернулись в Оротукан. Результаты были прекрасные, – пробы показывали промышленное содержание золота. В конце октября того же года я снова вернулся на Теньку для организации разведочного участка и детальной разведки».

«На машинах доехали только до нынешней Агробазы (возможно, Агробазой П. И. называет Чалбухан или Анманнанджу, – И. Г.), дальше дороги не было. Пошли пешком. 23 человека, две палатки. Нам же предстояло построить базу (возможно, это будущий Детринский разведрайон – И. Г.). Через неделю уже приступили к шурфовке.

Организовался новый разведучасток. Показатели были хорошие, и в Магадане заинтересовались ими. В сентябре 1939 года оттуда прибыли представители, а в конце сентября стало забрасывать грузы вновь организованное Тенькинское горно-промышленное управление. Началось строительство».

[singlepic id=10603 w= h= float=none]

Может, это открытие стало решающим для выбора места под центр нового управления (ведь богатейшая Омчакская россыпь будет открыта только спустя год). Если это так, то первые надежды, видимо, не оправдались, потому как разведка Омчугской россыпи и ее притоков длилась еще долгих 10 лет, и месторождение на р. Омчуг начали эксплуатировать только в 1948 г.. Вероятно, наличие дороги было определяющим аргументом в выборе места для будущего центра ТГПУ. К лету 1939 г. когда на Игандже было образовано Тенькинское райГРУ, по воспоминаниям первого главного геолога этого райГРУ Б. Л. Флерова, «дальше Иганджи трасса только строилась», а к осени 1939 г. можно было доехать на машине до Бутугычага, только это был еще «автопролаз», а не дорога.

Но вернемся к строительству Усть-Омчуга, вернее, поселка 184-й км, так он тогда назывался, по-дорожному. Из воспоминаний П. И. Авраменко:

«Тайгу раскорчевали, освобождая место под будущие здания. Самым первым срубили здание горного управления (сейчас на этом месте памятник Ленину – И. Г.), затем столовую (где-то в районе нынешней библиотеки – И. Г.), магазин (угол улиц Победы и Горняцкой, ныне свободное место – И. Г.), два дома по улице Комсомольской (№ 26, 28 – И. Г.), баню (угол улиц Гагарина и Тенькинской, ныне пустырь возле ЦДиНТ – И. Г.). Накатали дорогу, построили еще несколько жилых домов, а вскоре задымила и первая котельная».

Тенькинец с 1939 г. геолог А. Красильников писал: «Наш поселок тогда был маленьким и необжитым. Небольшое здание управления, домик, где разместилась санчасть и склад одного из отраслевых отделов, да 2-3 жилых помещения – вот все, что мы увидели, приехав сюда. Но в районе реки Детрин усиленными темпами шло строительство двухэтажных жилых домов».

А таким запомнил рождение нашего поселка геолог Виктор Володин: «Хорошо помню сумерки зимнего дня, когда мы прибыли с братом в этот будущий поселок. Сошли мы тогда с попутного грузовика как раз на пересечении шоссейной автодороги, или «трассы», с этой дорогой (просекой). Покинув свой транспорт на левом берегу Детрина, мы пошли по дороге, уходящей вправо от главной сопки под прямым углом. Она вела вниз по течению Детрина в лес. Мы бодро зашагали по ней, но вскоре увидели, что дальше по ней ничего нет. Лишь слева светились окна домика радиостанции, стоявшей в стороне от дороги на невысокой террасе.

На просеке справа, недалеко от этого перекрестка, стояла временная электростанция, представляющая собой сарай, в которой стояли и работали небольшие движок и генератор.

Немного дальше по просеке и в стороне от нее, слева, на возвышавшейся над ней невысокой террасе стоял только что срубленный красивый домик, в котором мы без труда угадали радиостанцию по торчавшим возле него мачтам с антенной.

В конце этой просеки, почти в одном километре от автотрассы строилось тогда двухэтажное здание горнопромышленного управления.

Зайдя на электростанцию, мы расспросили людей и узнали, что в поселке нет пока ни одной готовой постройки, кроме радиостанции и электростанции, что там пока только строятся два двухэтажных дома ИТР и здание управления, а управление сейчас ютится в большой палатке, которая стоит немного дальше по дороге на террасе, и поэтому ее снизу не видно.

Живут же все вольнонаемные служащие управления в нескольких больших палатках, стоящих возле лагеря.

Туда мы и отправились. Поселили нас в специально отведенной для командированных палатке, стоявшей среди других таких же. Располагались палатки вольнонаемных служащих возле обнесенного колючей проволокой лагеря, в котором стояли бараки, населенные дорожными рабочими и плотниками, строившими поселок. Лагерь и палатки находились в полутора километрах от палатки управления на другом (левом) берегу впадающей в Детрин реки Омчуг.

Поселок строился на участке, ограниченном с юго-востока берегом Детрина, вытянутом с юго-запада на северо-восток, с юго-запада – правым склоном долины реки Омчуг, а с северо-запада, севера и северо-востока – широкой излучиной русла реки Омчуг. Весь этот участок, на котором в дальнейшем рос поселок, имел площадь около 1 квадратного километра.

Тогда в нем строились, как уже упоминалось, первые два двухэтажных дома, располагавшиеся рядом параллельно берегу реки и метрах в 50 от него. Здание управления строилось метров на 100 дальше от берега реки и приблизительно на 150 метров ближе к берегу Омчуга.

В ноябре 1939 г. в глухой тайге была начата постройка здания ТГПУ. Тогда же начали строить двухэтажные дома по Комсомольской улице.

В январе 1940 г. на нынешней Горняцкой не было ни одного жилого дома, была просека до строящегося здания ТГПУ.

В мае 1941 г. были построены: административные здания, столовая, магазин, баня, почта, амбулатория и больше десятка жилых домов

К началу войны главными улицами Усть-Омчуга были улицы, которые позднее стали называть Горняцкой и Речной. Эти две улицы были самыми старыми в поселке, возникшими еще в самом начале его строительства. По первой из них пролегали просека в лесу и дорога на ней, когда морозным февральским вечером я с братом впервые приехал в этот будущий поселок за полтора года до начала Великой Отечественной войны.

К 1941 году  на бывшей просеке (улица Горняцкая) размещались электростанция, центральные ремонтно-механические мастерские (ЦРММ), школа, отделение связи с почтой, телеграфом и сберкассой, магазин, столовая и Тенькинское горнопромышленное управление (ТГПУ).

Кроме перечисленных построек, из которых только здание ТГПУ было двухэтажное, а все остальные – одноэтажные, были построены здесь только два, тоже одноэтажных, деревянных жилых дома: так называемый дом ГРС, расположенный недалеко от электростанции, и так же, как она, на правой стороне улицы и наискосок от него, немного дальше с левой ее стороны – дом шоферов.

Остальные из перечисленных зданий размещались тогда так: ЦРММ – на левой стороне улицы, против электростанции, школа – на правой, в нескольких десятках метров от центрального перекрестка (с Речной улицей), отделение связи (почта) и магазин занимали, соответственно, его восточный и северный углы. Столовая стояла в глубине будущего квартала к северу от магазина и в 2-3 десятках метров от Речной и от Горняцкой улиц. Около десятка метров отделяло ее и от здания ТГПУ, стоявшего тоже на левой стороне улицы.

[singlepic id=11063 w= h= float=none]

Третий жилой дом появился на Горняцкой улице осенью 1941 года. Это был дом полевиков, построенный ко времени возвращения полевых партий против «дома ГРС» рядом с домом шоферов. ».

И снова из воспоминаний геолога Виктора Володина: «В 1941 году Усть-Омчуг уже в это время был гораздо более людным по-селком, чем была Иганджа даже в дни своего полного расцвета. Здесь еще не было клуба, но была довольно большая столовая, в которой регулярно демонстрировались кинофильмы. Для этого после ужина столы убирали к стене, ставя их один на другой, в зале вешали экран и ставили скамьи. Народу в поселке было так много, что среди встречных на улице больше половины было незнакомых. Одна из сотрудниц отдела, в котором я стал работать, шутила, что здесь больше похоже на Москву и поэтому лучше, чем на Игандже.

Осенью 1942 года был построен второй дом полевиков, занявший западный угол того же центрального перекрестка.

Наконец, в 1943 году на последнем пустовавшем еще южном углу его построили третий дом полевиков, в котором теперь поселился и я. Пустырей на улице было тогда больше, чем построек.

На правой стороне улицы рядом со школой стояло еще здание пожарной команды, построенное в 1942 году, а на левой стороне – отделенная от нее большим пустырем, располагалась огороженная забором площадь, на которой были разбросаны казармы и другие

Речная улица, возникшая одновременно с Горняцкой, вела на юго-восток к берегу Детрина и на северо-запад к излучине Омчуга от Горняцкой улицы. Длина ее, вероятно, 700-800 метров. Просека в многовековом лиственничном боре, по которой потом пролегла эта улица, вела первоначально к двум двухэтажным домам ИТР, строившимся здесь одновременно со зданием ТГПУ в самом конце 1939 и в начале 1940 года.

Они располагаются недалеко от берега по обе стороны этой улицы и обращены к ней своими торцевыми сторонами. Фасады их из каких-то неизвестных мне соображений были обращены к реке, а задняя сторона смотрела на поселок. Оба эти дома вписались в возникшую намного позднее Комсомольскую улицу, протянувшуюся на юго-запад. Дома были казарменного типа с коридорной системой с комнатами по обе стороны. Против лестничной клетки на каждом этаже располагалась общая кухня. В одном из этих домов жил и я вместе с А.М. Ковалевым.

Кроме этих двух домов и перечисленных построек на перекрестке Горняцкой и Речной улиц, на последней располагались еще так называемый восьмиквартирный двухэтажный дом, построенный перед самой войной, то есть законченный совсем незадолго до ее начала и расположенный на юго-западной стороне улицы вблизи от домов ИТР.

Против него, то есть на другой стороне улицы, стоял одноэтажный дом гидрометеослужбы, который позднее был занят почтой. Дальше за Горняцкой улицей стоял маленький особняк начальника Теньлага, потом, тоже на правой стороне, – длинное деревянное здание с каменными крыльями – управление Теньлага; потом, тоже справа, на углу Тенькинской улицы стояло одноэтажное здание райотдела НКВД.

На левой стороне улицы к северо-западу от перекрестка с Горняцкой стоял домик спецчасти с золотой кассой, затем тянулся забор, ограждавший территорию ВОХР. Зады этой территории с таким же длинным забором выходили на уже наметившуюся, но еще пустынную Тенькинскую улицу, на другой стороне которой стояла баня, действовавшая еще с 1940 года.

В северо-западном конце Речной улицы с левой стороны ее за высоким забором стоял большой особняк начальника ТГПУ. Он возглавлял небольшую улочку, тянувшуюся вдоль берега излучины Омчуга и состоявшую тоже из особняков. Был там так называемый дом дирекции – гостиница для высокопоставленных персон и особняки начальствующего состава.

[singlepic id=11064 w= h= float=none]

Вероятно, в двух десятках метров от Речной улицы на первом ее квартале, то есть недалеко от домов ИТР, стоял открытый весной 1943 года клуб, отделенный от Горняцкой улицы площадью шириной до 50 м, в центре которой позднее в 1947 году была поставлена на постаменте скульптура И. В. Сталина, замененная открытым 30 апреля 1958 года бронзовым памятником В. И. Ленину.

Все постройки поселка были деревянные, неоштукатуренные, и все первое время блистали еще не посеревшими желто-белыми бревнами вековых лиственниц, срубленных частично на месте постройки. Каменными, выстроенными из крупных обломков глинистого сланца были тогда только два крыла – пристройки у здания Теньлага. В одном из них помещался тогда Геофонд.

Поселок был в те давние годы еще совсем молодой. Ему только-только исполнилось три года, шел четвертый год его существования.

При строительстве поселка на месте четырех-, пятивекового лиственничного бора строители старались не рубить деревьев, не мешавших постройке. Их было оставлено очень много на пустырях и между домами поселка. Пустыри с невырубленными деревьями представляли собой участки настоящей корабельной рощи.

Толстые, высокие лиственницы с прямыми стволами и зелеными кронами были очень красивы и украшали поселок в первые два-три года его жизни, но они стояли неустойчиво и падали при сильных шквалистых порывах ветра и даже угрожали иногда жизни прохожих. Летом 1942 года я был однажды свидетелем опустошительного шквала, вызвавшего массовое падение деревьев.

Летом 1943 года поселок быстро менял свой облик. Начали штукатурить и белить сверху стены домов, причем не только изнутри, но и снаружи. Застрельщиком, а может быть, и инициатором этого дела стал Леонид Андреевич Кофф, начальник россыпного отдела нашего ГРО ТГПУ, первым чуть ли не собственноручно оштукатуривший дом, в котором он жил.

[singlepic id=11068 w= h= float=none]

Жаль было, что при этом под штукатуркой бесследно исчезали особенности построек. Красивые, отлично срубленные в угол из окантованных, отесанных бревен первые постройки поселка с гладкими, ровными стенами становились совершенно такими же, как и срубленные «в лапу» или построенные «в забирку», то есть так, как строят конюшни, хлевы и скотные дворы. Правда, последние от этого сильно выигрывали и становились гораздо более приличными.

А в поселковой столовой продолжала висеть нарисованная кем-то из художников-заключенных масляными красками, очевидно, еще в 1940 году картина, на которой были изображены та же столовая, только что построенная с неоштукатуренными блистающими свежей желтизной и пахнущими смолой бревенчатыми стенами.

На картине, которая в первые годы войны мне очень нравилась, были изображены и ближайшие к столовой постройки, кажется, почта, магазин и особняк начальника Теньлага, а также еще невыкорчеванные пни от спиленных перед столовой лиственниц и много еще живых зеленых лиственниц вокруг. Нарисовано все было очень хорошо и очень похоже на натуру, которую в первые годы моих посещений столовой можно было наблюдать.

Впрочем, пни перед столовой мы выкорчевали еще в начале осени 1941 года, в 1942 году исчезли деревья, а в 1943 году неузнаваемо изменились и столовая с покрытыми штукатуркой белеными стенами, и другие постройки.»

И хотя, по мнению П. И. Авраменко, строили плохо и медленно, все же поселок рос. Строительством поселка занимался Отдел капитального строительства ТГПУ13, а строителями были заключенные ОЛП «Комендантский». Лагерная зона располагалась на месте нынешней улицы Заречной, видимо, соседству с зоной обязан своему названию руч. Лагерный, первый от устья левый приток р. Омчуг.

«Трудное детство»

В военные годы произошел бурный рост горной промышленности Теньки. Возникло много новых приисков и рудников. К концу 1941 г. в ТГПУ входило уже 9 приисков и рудников, 2 фабрики. В военные годы начальником ТГПУ был В.А. Виноградов, гл. инженером сначала К.К. Сараханов, потом Д.А. Осепьян (он и после войны еще несколько лет работал в этой должности). Не раз ТГПУ становилось победителем социалистического соревнования среди предприятий Дальстроя (план 1942 г. по металлу выполнен ТГПУ к 20 ноября на 159,4%).

В конце 1940-х – начале 1950-х руководителями ТГПУ были инженер-майор Бокарев (упом. в 1947 г.), инженер-полковник В.В. Волков (1948 г.- нач. 1950-х гг.), горный директор 1-го ранга Васюнин (упом. в 1952 г.). Последним начальником ТГПУ до 1957 г. был подполковник интендантской службы Е.И. Азбукин.

Небольшой штрих к биографии последнего начальника ТГПУ Евгения Ивановича Азбукина: 1915 г. р., образование – ФЗО. С 1940 г. в Дальстрое (инструктор по пропаганде при политотделе Северного ГПУ, зам. начальника ряда приисков по политработе, начальник прииска, зам. начальника ТГПУ). После окончания в 1952 г. годичных курсов при Высшей офицерской школе был назначен начальником ТГПУ, где и работал до его упразднения. После этого работал председателем Тенькинского райисполкома. Фактически первое лицо, управлявшее нашей территорией при Дальстрое, осталось первым лицом и при Советах.

Горно-промышленное управление – главный административно-хозяйственный орган всего района, хотя, строго говоря, территория ТГПУ в то время относилась сразу к двум административным образованиям, – Среднеканскому и Ольскому районам Хабаровского края. Все предприятия, организации и учреждения районов, и Усть-Омчуга в том числе, были подчинены либо ТГПУ, либо непосредственно другим отраслевым службам Дальстроя. Власть административных образований (Советов различных уровней) была формальной.

Крупным отделом ТГПУ был Отдел капитального строительства (ОКС), руководивший промышленным и гражданским строительством в управлении и, соответственно, поселка Усть-Омчуг в том числе. В начале войны ОКС был ликвидирован, и вместо него создан стройучасток ТГПУ, а прежние стройучастки при предприятиях были реорганизованы в стройпрорабства с сохранением за ними функций самостоятельных хозрасчетных единиц. Стройучасток ТГПУ включал в себя во второй половине 1941 г. пять стройпрорабств: рудника «Бутугычаг», фабрики № 1 им. Чапаева, поселка Усть-Омчуг, рудника «Светлый», фабрики № 6 (Армань).

Тенькинское райГРУ, став геолого-разведочным отделом ТГПУ, было в 1941 году перебазировано из пос. Иганджа в Усть-Омчуг. ГРО ТГПУ в военные годы возглавляли очень известные геологи – это и будущий лауреат Ленинской премии И.Е. Драбкин, уже в те годы кандидат геолого-минералогических наук Н.П. Аникеев, удостоенный звания Героя Социалистического Труда в 1966 г., лауреаты Сталинских премий С.Д. Раковский и Г.А. Кечек. Блистательная плеяда тенькинских геологов военных лет увековечила свои имена в истории района открытиями новых месторождений. Это лауреаты Сталинских премий 1946 г. В.А. Матвеенко, Е.П. Машко, Н.И. Чемоданов, П.М. Шумилов, Б.Б. Евангулов и многие другие.
После лагеря в геологоразведке ТГПУ прорабом трудился известный абхазский поэт Ш.Л. Цвижба.

В 1947 г. геологоразведка была выделена из состава ТГПУ на самостоятельный баланс и с подчинением ГРУ Дальстроя. Новая организация получила название Верхне-Колымское райГРУ. Начальником ее стал Г.А. Кечек, а главным геологом П.М. Шумилов. Один из параграфов приказа гласил: «Зам. начальника Севвостлага полковнику т. Бондаренко направить в ВКрайГРУ, с приходом рабсилы дополнительно 400 человек рабочих и организовать в райГРУ ОЛП в составе Теньлага. Рядом с лагпунктом «Комендантский» (на нынешней ул. Заречной) появился еще один, именуемый в просторечии «ГРОвский». ОЛП, поставлявший рабочую силу для ВКрайГРУ носил номер 15 и располагался в 272 км от Магадана (или в километре от Усть-Омчуга). На 1.03.1952 г. в его составе находилось 1962 заключенных, в том числе численность з/к со статьями «за контрреволюционные преступления» составляла 4,5%, уголовно-бандитствующий элемент составлял 2,5%, остальные относились к «прочим», т. е. к бытовикам. И это понятно, так как большое число работающих в геологоразведке заключеных были бесконвойными. Конечно, большинство из них находилось не в Усть-Омчуге.

ОЛП № 15 в 1952 г. состоял из 8 лагпунктов: «Челбуханский», «Кулинский», «Валуни- стый», «Родионовский», «Санга-Талонский», «Урчанский», «Арманский» и «Сухой». «Сухой» был центральным лагпунктом ОЛП № 1 524. (На карте  на ручье Сухом, в 1 км от долины р. Омчуг обозначен небольшой одноименный населенный пункт, но без обозначения лагерной зоны. Судя по справкам-характеристикам ОЛПов, проволочные зоны были в каждом из 8 лагпунктов. По-видимому, зона с таким названием была все же на Заречном, да и расстояние от ОЛП № 15 до Теньлага в 1 км (по справке) также соответствует его расположению на Заречном, а на Сухом з/к только работали). По приказу от 11 декабря 1953 г. ОЛП № 15 стал ЛО Верхне-Колымского райГРУ.

Война внесла коррективы в строительство только что родившегося поселка. Надо было ремонтировать горное оборудование. «В конце 1942 года Дальстрой издал приказ об организации в поселке Усть-Омчуг центральных ремонтно-механических мастерских, – писал инженер Г. Попов, работавший там с первых дней создания ЦРММ. – Вскоре было построено здание ремонтно-механического цеха и завезено станочное оборудование – около десятка металлорежущих станков. После этого началось сооружение и оборудование остальных трех цехов мастерских – литейного, кузнечно-котельного и электроремонтного. Необходимость в организации литья на месте стала ясной уже с первых дней. Поэтому, преодолевая трудности, связанные с завозом необходимых материалов, коллектив металлистов добился сооружения вагранки – печи для плавки чугуна производительностью в полторы тонны за один выпуск, а затем смонтировал специальную печь для плавки бронзы».

Свидетельство старожила поселка А. Красильникова: «В 1942 г. на месте лесного массива появились корпуса ЦРММ». О том, что ЦРММ созданы на третий год после образования ТГПУ, т. е. в 1942 г., пишут руководители цеха И. Лукьянский и С. Бродский в районной газете. В более поздних публикациях, в том числе и автора, основанных на исторической справке о Тенькинском заводе, составленной зав. архивом К. Введенской 8 ноября 1970 г., годом образования ЦРММ называется 1941. Представляется, что сведения, полученные от очевидцев события через небольшое время после события, более точны. Возможно, в отсутствии архивных документов (по ЦРММ они есть только с 1943 г.), Введенская пользовалась сведениями, полученными от ветеранов завода через больший промежуток времени, и неточность «потянулась» в последующие публикации. В объяснительной записке к отчету по капитальным вложениям ТГПУ за 1942 г. ЦРММ назван основным объектом проектирования и, следовательно, не мог быть построен в 1941 г. Скорее всего, в 1942 г. он только строился, а работать основательно начал в 1943 г.

В ЦРММ в первые годы ремонтировали паровые экскаваторы, газогенераторные автомобили ЗИС-21, бульдозеров до 1944 г. в ТГПУ еще не было, изготавливали шахтные вагонетки, земляные ковши и другое горношахтное оборудование, ремонтировали трансформаторы и электромоторы. В 1944 г. был установлен первый в ТГПУ пневматический молот. Литейный цех был пущен в 1943 г..

Первым начальником ЦРММ один из ветеранов этого предприятия И. Гриценко называет А. Дементьева, его поддерживала старожил Усть-Омчуга И.С. Грундман. Бывший в 1980-е годы директором ГОКа С. Евсеев писал, что первым начальником мастерских был А.Е. Васильев, проработавший в этой должности до 1957 г.. Кто прав, не установлено.

После нескольких лет общих работ на Бутугычаге продолжил до декабря 1944 г. свой лагерный срок в ЦРММ в должности гальванотехника талантливый физик, изобретатель и будущий писатель Г. Г. Демидов.

В 1957 году в должности дизелиста в ЦРММ работал Герой Советского Союза П.И. Никулин.

«Одновременно со строительством и оборудованием мастерских велось сооружение дизельной электростанции. До нее в поселке имелся один локомобиль мощностью в 50 лошадиных сил, который едва обеспечивал потребности Усть-Омчуга в освещении. Сразу же с пуском первого цеха локомобильный парк станции был увеличен до четырех агрегатов. Позже была произведена полная реконструкция электростанции». Располагалась электростанция на ул. Горняцкой, напротив ЦРММ. Любопытная подробность из рассказов старожила поселка П. И. Авраменко. При покупке новой электролампочки цоколь от перегоревшей лампочки надо было сдать в магазин, а колбы для ламп делали на заводе в пос. Стекольном. Туда же отправляли кварц из жилы на Чихаре, так что автомашины, везущие грузы в Усть-Омчуг, обратно не шли порожняком. Вероятно, кварцевый карьер на левобережной сопке р. Омчуг (так называемые «белые камни») предназначался для того же.

Общие для всей Колымы трудности не обошли и Теньку. В военные годы резко снизился приток новых заключенных «с материка», основной рабочей силы Колымы в первые годы освоения. Проблему кадров в годы войны решали следующим образом. Было запрещено освобождать из лагерей осужденных по ст. 58 и 59 УК РСФСР (контрреволюционеров и бандитов); осужденные за служебно-бытовые преступления освобождались по согласованию с начальником РО НКВД и переходили в разряд вольнонаемных, до окончания войны они обязаны были работать в Дальстрое.

Не хватало транспорта, в первую же военную зиму стало не хватать бензина, – имеющийся транспорт не встал. Машины и трактора были переоборудованы под газогенераторы. Вместо бензина они работали на дровах.

Трудности с продовольствием – добываем сами. В годы войны вокруг Усть-Омчуга на месте раскорчеванных вырубок стали появляться огороды. Популярным овощем была брюква – крупна и урожайна в условиях сурового климата. Выращивали репу, капусту и даже табак. В 1943 г. впервые высадили картошку. На одного человека давали пять, на семью – 10 кг картошки, с условием, чтобы ее обязательно посадили.

В сентябре 1940 г. в Усть-Омчуге вышел первый номер газеты «За металл», с 1941 г. она стала выходить регулярно, эта была предшественница нынешней районной газеты, а тогда она была органом политотдела Тенькинского горно-промышленного строительства (ТГПС) (так некоторое время называлось ТГПУ). Издавалась она два раза в неделю. Первым ее редактором был Гоголев (инициалы не известны). С № 37 (776) от 6 апреля 1947 г. газета стала называться «Большевик». Редактором газеты был Н.Н. Глушков.

Было в поселке и местное радиовещание. Организатором и редактором его был бывший з/к, немец по национальности, по фамилии Эллер или Эхер. В каком году радиопередачи начались, к сожалению, установить не удалось, но в 1945-1946 гг., по рассказам старожила нашего поселка И.С. Грундман, эти радиопередачи выходили, а потом был перерыв.

В трудные военные годы жизнь в Усть-Омчуге не замерла. Газета «За металл» в № 40 (88) от 8 мая 1941 г. сообщила, что «в поселке Усть-Омчуг приступили к строительству начальной школы на 160 учащихся. На площадке строительства школы производится вырубка леса и корчевка пней. Строители организуют между собой социалистическое соревнование. Они обязуются закончить строительство школы к началу учебного 1941-1942 года».

Обещание свое строители сдержали. В 1941 г., когда на западе нашей страны под фашистскими бомбами рушились города и села, юные усть-омчужцы сели за парты первой в нашем поселке настоящей школы. «Это было низкое одноэтажное здание, в котором с трудом размещалось 4-5 классов».

А до 1941 г. две комнаты в здании ТГПУ, по свидетельству И.С. Грунд-ман, занимали под школьные классы. Если это и так, то, вероятно, это было только в 1940/1941 учебном году, так как годом раньше, не было не только здания ТГПУ, но вряд ли были здесь и сами дети. Первостроители Усть-Омчуга осенью 1939 года начинали с палаток, и вряд ли руководители этого строительства сразу привезли сюда свои семьи с детьми, а у заключенных детей школьного возраста здесь не было.

Первым директором школы был Михаил Михайлович Гоголев. Возможно, первый директор и первый редактор газеты один и тот же человек. Школа эта, по свидетельству старожилов поселка И.С. Грундман и Г.Н. Захаровой, располагалась на нынешней улице Гагарина, рядом со зданием бывшей типографии. Теперь на этом месте пустырь. Недалеко от школы в приспособленных небольших помещениях был интернат для детей из поселков, где школ еще не было. Малыши и девочки жили в здании, где потом была редакция, а мальчики постарше – в отдельном домике по ул. Комсомольской. В небольшой пристройке к пожарной части располагалась интернатская столовая.

Школа росла вместе с учащимися. Надо было открывать 5-й, потом 6-й класс. Увеличивалось и количество школьников. «В 1945 году было выстроено просторное светлое двухэтажное здание десятилетки». Школа располагалась на углу улиц Горняцкая и Школьная. «1946-й учебный год наши дети начали уже в новой школе – десятилетке». А первый выпуск десятого класса состоялся в 1949 г.. Выпускников – всего 11 человек, из них четверо были из Магаданского детского дома.

У одной девочки не было родителей, но она поступила в Красноярский лесотехнический институт и окончила его. Материально учиться ей помогали все преподаватели Тенькинской средней школы.

Школа в Усть-Омчуге называлась Тенькинской, вероятно, потому, что в ней учились дети со всей Теньки… А преподавателями в первые годы не всегда были специалисты-педагоги. Детей учили геологи, бывшие репрессированные инженеры и т. п.

Директором школы в 1945 – 1946 годах была жена начальника ЦРММ Мария Марковна Дементьева, потом был Николай Васильевич Ухов, с 1948 г. Александр Иосифович Гудович. Замечательная плеяда педагогов обучала юных тенькинцев во 2-й половине 1940-х и в 1950-е годы: М.С. Пермякова (с 1946 г.), А.А. Писарева (с 1950 г.), Н.Е. Войцеховская (с 1952 г.) и др.. Выпускник Тенькинской школы 1954 г. Б. П. Дроздов хорошо помнит и других учителей: преподавателей математики и черчения ссыльного Александра Алексеевича Никитина, русского языка и литературы – Анну Ивановну Долгих, физики – Самира Булатовича Булатова, физкультуры – Олега Белановича.

Года через два по соседству со школой выросло двухэтажное здание школьного интерната (последнее его прижизненное предназначение – административное здание комбината бытового обслуживания).

Вскоре стало не хватать и этих зданий. В 1950-е годы в центре поселка появилось еще одно школьное здание. Это была деревянная двухэтажка, здесь жили и учились малыши с 1-го по 4-й класс (позже там размещались сначала ТРГПУ, потом учебный комбинат ГОКа, здание разрушено в конце 1990-х гг.). Сейчас на месте всех этих зданий пустыри. Возможно, в начале 1950-х, когда школьное здание стало не одно, и появилась Усть-Омчугская школа. По крайней мере, в районной газете за 1954 год встречаются оба названия одновременно – Тенькинская средняя школа и Усть-Омчугская школа.

[singlepic id=10604 w= h= float=none]

В августе 1942-го, на том месте, где охотились четыре года назад первооткрыватели омчугского золота, открылась больница на 20 коек, а в 1944 г. – первая аптека. Все медицинские учреждения района были под эгидой санчасти (с 1947 г. санотдела) ТГПУ, которая подчинялась Санитарному управлению Дальстроя. Больница в Усть-Омчуге тогда еще не была районной, таковой статус был у больницы в пос. Транспортный, а больница в пос. Усть-Омчуг станет районной только в конце 1952 г..

Детский сад поселка тоже подчинялся санчасти (санотделу) ТГПУ, когда появилось первое детское дошкольное учреждение, не выявлено, по крайней мере, в 1946 г. детский сад в Усть-Омчуге был, в последующие годы он назывался деткомбинатом.

Почти во всех лагерных управлениях Дальстроя существовали освобожденные от работы культбригады в составе 15-20 человек, которые выступали с концертами во всех лагерных подразделениях. Была такая бригада и в Теньлаге. В 1943 г. руководил ею бывший актер Калининского областного драматического театра, а в то время з/к К.А. Никаноров, среди актеров этой бригады были заключенные всех мастей – от воров и дезертиров до «врагов народа». После общих работ на прииске им. Тимошенко был артистом Тенькинской культбригады с осени 1943 г. и до осени 1944 г. будущий народный артист СССР Г.С. Жженов. Среди них были и будущие солисты оперы Д. Верди «Травиата», поставленной на магаданской сцене Л.В. Варпаховским в 1945 г., – Т.Е. Яковлев и А. Грызлов. Оформлял программы художник Э. Э. Валентинов, будущий заслуженный деятель искусств Чечено-Ингушской АССР. Артисты этой культбригады гастролировали по приискам и рудникам Теньки с концертами, а жили в комендантском лагпункте.

«Джаз-оркестр был ядром культбригады. Половина музыкантов в нем – профессионалы с консерваторским образованием. Было два классных певца. Лирический тенор Т.Е. Яковлев – профессиональный оперный артист, завезенный на Колыму чуть ли не прямо с гастролей Большого театра в Париже. (Т.Е. Яковлев до ареста – певец Краснознаменного ансамбля песни и пляски Красной Армии – И.Г.) Баритон Саша Грызлов, по кличке «Часики» – профессиональный жулик, «честный вор», имевший в своем репертуаре джазовые песни исключительно лирического, любовного жанра, единственно допустимого воровской цензурой к исполнению со сцены… Из жулья была и пара танцоров, «бацавших» лихо цыганские танцы».

«До 1943 г. клуба не было, вся культурно-массовая и просветительская работа проводилась в столовой». Позже перед клубом появился монумент «отца народов» в шинели и в полный рост. Этот клуб на 310 мест находился на месте, где теперь находится стела Славы. Он сгорел от пожара в начале 1980-х годов. Памятник Сталину убрали, как и везде, после 1956 г.

Благодаря ГУЛАГу (как ни парадоксально это звучит) культурная жизнь поселка в военные и первые послевоенные годы была на весьма приличном уровне. Многие актеры и режиссеры, музыканты и художники, отбыв свои сроки в лагерях, не имели права выезда. Оставаясь в таком полусвободном состоянии, они объединяли вокруг себя талантливых людей других профессий. Так на клубных сценах небольших поселков возникали оркестры, хоры, театральные коллективы. Усть-Омчуг не был исключением.

Одним из талантливых самородков был в те годы бывший заключенный, а в конце войны и после нее электрослесарь райГРУ Владимир Грундман. Своей увлеченностью театром В. Грундман «заразил» молодую фронтовичку Ию, приехавшую в наш поселок в 1945 г. и ставшую его женой. Давно ушел из жизни Владимир Владимирович, в 2003 г. ушла из жизни Ия Степановна Грундман, сохранив в своем семейном архиве документы о художественной самодеятельности Усть-Омчуга 1944 – 1968 гг. – отпечатанные в типографии театральные программки спектаклей и концертов, сцены из спектаклей, запечатленные на любительских фотографиях, газетные публикации о спектаклях Усть-Омчугского народного театра. Еще при жизни она подарила их Тенькинскому историко-краеведческому залу. О чем рассказывают эти документы.

В художественной самодеятельности центрального клуба Усть-Омчуга в те годы были хор, различные ансамбли, оркестр и театр. В архиве Ии Степановны (замечу, далеко не полном) упоминается о 20 спектаклях, шедших на клубной сцене нашего поселка. А репертуар таков: А. Островский – «Без вины виноватые», «Таланты и поклонники», «Бешеные деньги», «Не все коту масленица»; М. Горький – «Последние»; Ж. Мольер – «Лекарь поневоле»; Ибсен – «Нора, или кукольный дом»; пьесы советских драматургов – А. Арбузова, С. Михалкова, А. Галича, Вс. Вишневского, А. Крона и др.

Первым художественным руководителем и режиссером многих спектаклей был Александр Алексеевич Белов, в прошлом – работник Московского Малого театра (его деятельность там, по словам И.С. Грундман, была связана что-то вроде с преподаванием художественного слова актерам). В Усть-Омчуге он также преподавал в школе, но – биологию и русский язык.

Любопытна публикация в газете «Советская Колыма» от 23 декабря 1947 года под заголовком «Шесть спектаклей», в которой подводятся итоги смотра советских спектаклей в клубах Дальстроя. Не коллективы приглашались в Магадан, а «Комиссия Политического управления и Окружкома профсоюза выезжала на места и просмотрела шесть спектаклей. В итоге смотра должен был решиться вопрос, кому будет принадлежать право отстаивать честь художественной самодеятельности Дальстроя на краевом смотре в Хабаровске». Кому это право досталось, из публикации не известно, однако более всего лестных отзывов о спектакле нашего клуба – «Человек с того света» Вл. Дыховичного и М. Слободского. В газетной публикации есть такие строки: «Спектакль, который был показан в Усть-Омчуге, порадовал единством всех своих моментов, включая художественное и музыкальное оформление. Он является радостным событием в жизни Дальстроя. Особенно хочется отметить работу, проделанную тов. Хахам, который был председателем комиссии по подготовке к смотру».

И ни слова о режиссере, поставившем этот спектакль, его имя даже не упоминается в газетной публикации, и лишь из сохранившейся театральной программки мы узнаем, что режиссером его был Леонид Викторович Варпаховский. Дело в том, что, в отличие от «тов. Хахам», известный советский режиссер Л. Варпаховский в то время «товарищем» не был. После трех арестов и 10 лет заключения в конце 1947 г. он вынужденно оказался в Усть-Омчуге, где проработал режиссером нашего клуба до 1953 г. Сюда же через год из Магадана приехала и его жена Ида Самуиловна Зискина (Вар- паховская), бывшая колымская Травиата.

Весьма любопытна маленькая любительская фотография: возле афиши стоит небольшая группа самодеятельных артистов, а на афише надпись: «Клуб п. Палатка, коллектив художественной самодеятельности центрального клуба Теньки, 16-17 августа – премьера «Бешеные деньги» – А. Островского, 18 августа – «Илья Головин» – С. Михалкова». Вот вам и далекий колымский поселок 1950 года! Оба спектакля поставлены Л. В. Варпаховским. Художником-декоратором был Николай Тихоновский, тоже бывший политзаключенный. После освобождения до конца своих дней он проработал в нашем клубе рабочим, завхозом, руководил клубом в 1954 г., а свой досуг отдавал любимому делу – играл в оркестре, оформлял спектакли, рисовал афиши.

Не сохранилось театральных программок, а только фотографии сцен из спектаклей «Нора, или Кукольный дом» и «Домик в Черкизове», которые, по мнению И. С. Грундман, оформлял, уже упоминаемый здесь, художник Э. Э. Валентинов.

В прошлом профессиональные актеры, а в описываемые годы спецпоселенец Е. П. Докукин и бывший з/к А. Матусевич тоже были артистами клубных спектаклей.

Но и непрофессиональные актеры, имея таких учителей, играли достаточно профессионально. Не каждый профессионал может похвалиться более чем 20 крупными ролями, а именно столько я насчитала ролей, сыгранных В. В. Грундманом на нашей клубной сцене в те годы, а еще были выступления с художественным словом, конферанс. Когда разъехались маститые режиссеры, он сам поставил спектакль А. Островского «Не все коту масленица», где сыграл роль купца Ахова.

И другие самодеятельные актеры пользовались заслуженным успехом у зрителей и критики тех лет – М. Э. Павленин, Г. А. Осепьян, Э. Б. Динор, И. Штрыков, З. Ющенкова, Г. Фридлендер и др. И. С. Грундман рассказывала, что, прежде чем идти с работы домой, в клуб забегали просто так, пообщаться. Сколько интересных людей трудились там на весьма скромных должностях. Истопником в клубе работал Беккер – «сама культура», по выражению И. С. Грундман, рабочим в клубе был Михаил Захаров, тоже актер самодеятельного театра. Уборщиком в клубе некоторое время в 1953 – начале 1954 г. работал скрипач А.А. Дзыгар, до ареста и лагеря – 1 -я скрипка и концертмейстер Харбинского симфонического оркестра, лауреат международных конкурсов, а после Усть-Омчуга – преподаватель Детской музыкальной школы г. Магадана, концертмейстер и дирижер Магаданского областного театра им. Горького. Пианистки, освободившиеся совсем недавно из лагеря, Г.Г. Ветрова (до ареста работала с известным певцом П. Лещенко) и сосланная в Усть-Омчуг Г.Ф. Рихтер (немецкая коммунистка, доктор философии, доцент немецкой литературы и языкознания, преподаватель музыки, жена репрессированного в 1936 г. писателя-антифашиста Г. Гюнтера) тоже выступали на клубной сцене Усть-Омчуга. В одной из сохраненных И. С. Грундман программ клубного концерта начала 50-х гг. – 3 отделения и репертуар от фольклора до классических музыкальных произведений. Хотя клубные театры и кружки самодеятельности в поселках считались самодеятельными, на их сценах, как видим, работало немало и профессионалов.

Но вернемся с клубной сцены на улицы Усть-Омчуга 1940-х – начала 1950-х годов и посмотрим на него глазами старожилов нашего поселка. Главное учреждение поселка – двухэтажное П-образное здание горнопромышленного управления (располагалось на месте нынешнего памятника Ленину), недалеко от него административное здание Теньлага, следом здание милиции (часть здания Теньлага и здание милиции снесены в 1996 г., сейчас здесь сквер), далее наискосок через дорогу здание комендатуры (на этом месте – сквер перед ЦДиНТ). Построено немного позже, во второй половине 50-х, здание прокуратуры (теперь здесь магазин «Прок»). Все это – административный центр нашего поселка. Еще одно учреждение из того же ряда – небольшой домик военного трибунала (здесь заседал выездной трибунал), от него начиналась улица Тенькинская (снесен несколько лет назад). Район нынешнего магазина «Рассвет» и прилегающих к нему участков – это жилой район ВОХРовцев. О строительстве военного городка в пос. Усть-Омчуг для стрелков охраны Берегового лагеря и организации здесь строительного участка упоминалось в докладной записке за 1951 г. начальника Берлага полковника Васильева в адрес начальника ГУЛАГа генерал-лейтенанта Долгих.

Начальственный квартал располагался на Набережной. Да, была такая улица в нашем поселке. На ней – дом начальника ТГПУ, построен в 1950 г. (до недавних пор – это старая часть здания музыкальной школы, а теперь ООО «Вариант»), в бараке рядом (бывшая турбаза, ныне здание снесено) жили другие руководители ТГПУ. В конце улицы – маленький домик Г. А. Кечека, руководителя тенькинских геологов. В общем, и «привилегированный квартал» выглядел не очень. А почему улица называлась Набережной, спросите вы, ведь никакой реки там нет? Это сейчас ее нет, а тогда через нынешние стадион и спортшколу проходила одна из проток р. Омчуг. Бесчисленные протоки и старицы Омчуга располагались и на месте нынешнего микрорайона.

Торговый центр. В 1950 г. построили двухэтажный магазин «Радуга», а спустя два года к нему пристроили новый продовольственный магазин (до пожара – магазин «Эрики»).

В начале ул. Горняцкой слева располагались ЦРММ, справа – электростанция. В конце Горняцкой – таежные заросли, там размещалась конбаза. В подсобном хозяйстве Усть-Омчуга было несколько голов коров. Детям и кормящим матерям выдавали по 200 г молока в неделю. За распределением молока строго следил женсовет поселка.

Весь этот барачный центр с несколькими деревянными двухэтажками окружен типичной колымской архитектурой – частным сектором. В первое десятилетие эти домики возводились преимущественно на левом берегу одной из детринских проток, впоследствии получившей название Поганка, в районе нынешних улиц Комсомольской и Детринской.

Население же поселка – з/к, бывшие з/к, охрана и договорники. В числе последних – специалисты и начальники. Многие из специалистов – инженеры, геологи и т. д. – носили военную форму и имели различные звания чинов НКВД-МВД. Ведь все они сотрудники этого ведомства. Ни одной гражданской власти в поселке еще нет.

От советской власти до зарождающего капитализма

2 декабря 1953 г. пос. Усть-Омчуг становится административным центром нового Тенькинского района, а 22 декабря того же года получает статус рабочего поселка. В 1954 г. формируется первая гражданская власть в лице Советов депутатов трудящихся. Усть-Омчуг становится также и центром образованного Усть-Омчугского поселкового Совета, первым его председателем стал 26-летний Авенир Иванович Борисенко.

Возможно, молодой задор исполкомовцев, ожидание больших и лучших перемен позволили им на заседании исполкома поссовета в июле 1954 г. принять следующее решение: «Просить исполнительный комитет Тенькинского районного Совета депутатов трудящихся о ходатайстве перед вышестоящими органами о преобразовании рабочего поселка Усть-Омчуг в город районного подчинения и переименовании его в Омчуг». По-видимому, решение вышестоящих не было положительным, не стал поселок городом.

Тем не менее, один из многочисленных ГУЛАГовских «островов» Колымы постепенно превращается в обычный населенный пункт, и все более обрастает «шедеврами архитектуры» в районах частного сектора. Возводили их освобождавшиеся из лагерей люди, многие из которых, выйдя из лагеря, находились в ссылке, на поселении, под надзором комендатур, где нужно было ежемесячно отмечаться. Оседали они и в нашем поселке. Жилье себе строили сами, как придется, где придется и из чего придется. В ход шли и тарные ящики. Крыши крыли щепой. Мебель тоже делали сами. Крохотные, но многочисленные комнатки и закуточки этих строений с низкими потолками, маленькими окнами и отдельными входами со всех сторон свидетельствуют не только о бедности их создателей. Наконец наступила возможность побыть одному после многолюдных лагерных бараков и общежитий для вольных, где даже пищу запрещалось готовить индивидуально. В помощь новоселам 1950-х годов начинает выпускать мебель и стройдетали для индивидуальных застройщиков КПП ТГПУ (Контора промышленных предприятий), а ЦРММ в качестве ширпотреба выпускает совки для выемки золы из печек, сковородки, стиральные доски, деревянные скалки.

КПП ТГПУ была образована в августе 1954 г. путем реорганизации бывшей строительно-эксплуатационной конторы (СЭК ТГПУ). КПП ТГПУ было самым крупным предприятием Усть-Омчуга. Оно ведало изготовлением ширпотреба, ремонтно-строительными работами, коммунальное хозяйство поселка тоже входило в сферу деятельности этого предприятия. В КПП ТГПУ до 1957 г. входили и многочисленные лесозаготовительные участки Теньки. И уж совсем странно, что и деткомбинат райцентра был в марте 1954 г. передан из санотдела сначала в СЭК, а после реорганизации последней, очевидно, в КПП.

В 1950-е годы в Усть-Омчуге частным сектором застраиваются правобережье Поганки, район нынешних улиц Зеленой, Магаданской, Восточной. Местная власть пытается навести порядок в этом стихийном строительстве. Приведем с некоторыми сокращениями и небольшим комментарием один из протоколов заседания исполкома Усть-Омчугского поссовета от июня 1954 г. Он интересен не только своей историей, но и отраженной в нем географией нашего поселка. Обратите внимание, где проходили речки и протоки. В его решении записано:

«Утвердить существующие названия улиц Горняцкой, Речной (с 1965 г. ул. Победы.) , Набережной (ныне район ул. Космонавтов), Тенькинской.

Существующие названия улиц переименовать: Колымское шоссе в Магаданскую улицу, Детринскую улицу в Комсомольскую.

Создать новые улицы: Нагорную, Школьную, Советскую (идущую от ул. Магаданской мимо здания транзитной гостиницы до Школьной улицы), Северную (с 1968 г. ул. Гагарина – И. Г.), Восточную (идущую от Детринской протоки южнее Комсомольской улицы), Зеленую, Рабочую, Пионерскую, Пролетарскую, Строителей (на территории бон), Армейскую (на территории ОЛП №11 ), Сельскую (при Агробазе СЭК), Дорожную (при ДЭУ ТГПУ) (с 1958 г. Приисковая, в честь базировавшегося здесь прииска «Бодрый» – И. Г.), Новую (за Детринским мостом).

Создать новые переулки: Лесной (идущий от транзитной гостиницы на северо-запад), Омчугский, Парковый (идущий от Северной улицы до Школьной), Нижний, Южный, Садовый, Больничный, Проточный, За¬пасной (проходящий от ул. Школьной до ул. Советской)».

(Правда, про то, что Агробазу переименовали в ул. Сельскую, видимо, забыли, так как в 1958 г. решением исполкома поссовета ей вновь присваивают это название – улица Сельская).

Решением поссовета летом 1954 г. был закрыт проезд для грузовых машин по ул. Горняцкой, и с этого же года впервые было открыто регулярное пассажирское сообщение между Магаданом и Усть-Омчугом.

И если численность населения Усть-Омчуга в 1954 г. составляла около 5 тысяч человек, то к концу 1956 г. она была уже 7,2 тысячи .

Несмотря на то что ТГПУ по-прежнему оставалась самой мощной экономической организацией, из-под его монополии начался «исход». В марте 1954 образуются отделы райисполкома – здравоохранения, образования, культуры, торговый, сельского хозяйства. Соответствующие учреждения и предприятия передаются из ТГПУ под их власть. В 1954 г. началось строительство административного здания райкома профсоюза и центральной библиотеки, первое каменное здание Усть- Омчуга (нынешнее здание районной библиотеки), правда, завершили строительство не в 1955, как планировали, а только в 1960 г.. Хотя, возможно, в справке БТИ есть ошибка, так как на фото 1958 г. это здание есть.

Газета «Большевик» с января 1954 г. меняет свое название на «Ленинское знамя», а с 25 февраля 1954 г. становится не органом политотдела ТГПС (ТГПУ), а органом РК КПСС и райсовета депутатов трудящихся (что, впрочем, мало что меняло, если не сказать больше). Трудно сказать, когда секретность в газете превысила здравый смысл, довелось видеть только некоторые экземпляры «Советской Колымы» за 1944 г., районной газеты за 1946 г. и подшивку «Ленинского знамени» за 1954 г. Чем дальше от войны, тем секретнее становились газетные публикации. В 1944 г. прииск называется прииском, рудник рудником, соответственно, с его названием; в 1946 г. все обезличено словом «предприятие», но хотя бы с названием, например, предприятие им. Буденного. В 1954 г. – апогей секретности, только предприятие, не важно какое – горное или банно-прачечное, а где оно располагалось, читатель должен был догадаться по фамилии его начальника. В общем, классический образец птичьего языка. Не могу не процитировать его. В те годы принято было печатать объявления о расторжении брака между супругами. Вот одно из многих: «Гражданин… проживающий в поселке предприятия, где начальником тов. Трифонов, возбудил дело о расторжении брака с гражданкой…, проживающей в поселке учреждения, где начальником тов. Жуковский». Нормальный адрес указывался, если только это был Магадан или другой город СССР. Или начало газетной статьи: «В поселке цеха, руководит которым тов. Певзнер (предприятие, где начальником тов. Примаков) построено новое здание амбулатории». В переводе на нормальный язык, это бы звучало: «В поселке Фабричный построено…». Часто газетные публикации 1954 г. о производственных успехах горняков были подписаны – «А. Ковинько, экономист участка». Фамилию украинского писателя-сатирика Александра Ивановича Ковинько как з/к прииска им. Буденного приходилось встречать в воспоминаниях своих земляков. В каком предприятии он работал экономистом, из газеты нельзя было понять. И только из архивных документов по фамилии начальника прииска, который был в том году (а они менялись очень часто) удалось узнать, что все там же, на прииске им. Буденного. Таким языком написана вся газета. Справедливости ради должна сказать, что есть и исключения. Три раза в 1954 г. проходили выборы – в Верховный Совет СССР, в народные суды, в районный Совет депутатов трудящихся – как видите, и раньше «всенародные праздники» устраивали часто. Газета печатала списки избирательных участков, округов. Здесь населенные пункты назывались своими именами, так хотя бы можно узнать, что за поселки составляли тогда наш район, но какие там были предприятия, все равно не узнаете (ведь враг не дремлет!).

Но продолжим наше путешествие по Усть-Омчугу. На месте бывших огородов (сейчас на этом месте административное здание бывшего ГОКа, банка и суда) рядом с клубом возникает стадион «Металлург» с парадным входом, украшенным скульптурами физкультурников, там же вдоль больничного городка располагался спортивный тир. Непременным компонентом всех поселковых демонстраций в дни государственных праздников была колонна мотоциклистов ДСО «Металлург» с флагами. Так же популярны были агитационные мотопробеги. В декабре 1955, по другим данным, в сентябре 1956 г. в поселке начала работать Детско-юношеская спортивная школа.

В конце июня 1956 г. был закрыт Теньлаг, а с ним и лагерные зоны. Название «Комендантский» по отношению к ближайшему населенному пункту Усть-Омчуга изжило себя, и его переименовали в пос. Заречный. Только вот что касается года переименования, есть разночтения – в 1957  и в 1960 г.. С 1979 г. пос. Заречный стал ул. Заречной Усть-Омчуга.

Летом 1957 г. в Усть-Омчуге был открыт парк культуры и отдыха.

1957 год был годом больших реорганизаций в Магаданской области. Ликвидирован Дальстрой, а с ним перестали существовать все горно-промышленные управления, в том числе и ТГПУ. Был образован Магаданский совнархоз, в прямое подчинение к которому перешли все прииски и рудники. А в 1960 г. вновь вернулось отраслевое управление промышленностью. Были воссозданы районные горнопро¬мышленные управления, теперь уже под эгидой «Северовостокзолото». В нашем районе это ТРГПУ. Другие крупные предприятия тоже реорганизовывались. Тенькинская контора промышленных предприятий в Усть-Омчуге была реорганизована в Тенькинскую строительную контору, а с 1.06.1960 г. ее название было изменено на Тенькинское строительное управление (ТСУ). В марте 1959 г. реорганизовано было ВКрайГРУ, оно стало называться Тенькинской комплексной экспедицией, а несколько позже в название добавилось слово «геолого-разведочная» (ТКГЭ). И если продолжить эту тему, то можно сказать, что в феврале 1964 г. поменяло вывеску и старейшее предприятие нашего поселка ЦРММ (позже ТРММ) на ТРМЗ (Тенькинский ремонтно-механический завод).

20 октября 1958 г. в эфир вышла первая передача районного радиовещания, не только поселка Усть-Омчуг, как это было в 1940-е годы, а на весь район. Организатором, первым и многолетним редактором районного радиовещания был Ф. Ф. Безбабичев. Наверное, нет ни одного старожила в Усть-Омчуге, да и в районе, который бы не знал его.

Федор Федорович Безбабичев. Родился в 1904 г. в крестьянской семье в Липецкой губернии. В 16 лет стал красно-армейцем, в 17 – членом КПСС. Потом работал на партийной работе и журналистом. Всю свою жизнь был фанатично предан компартии и беззаветно служил ей. Он – участник подавления «кулацких мятежей» в годы коллективизации и борец с «левацкими загибами» первого секретаря одного из сибирских крайкомов партии, апологет стахановского движения на Урале, в 1937 г. сам был репрессирован и провел 10 лет в лагерях, в том числе большую часть срока – в лагерях Теньки. После освобождения в 1947 г. и реабилитации в 1956 г. боролся за восстановление в рядах партии, был восстановлен и являлся активным коммунистом в районной парторганизации. Работал сначала нормировщиком в строительной организации, а с 1958 г. редактором организованного им районного радиовещания. Большой книгочей, все его бо-гатство составляли книги, бессребреник (многочисленные дорогие подарки к юбилеям отдавал в детские сады, многократно отказывался от квартиры, так до смерти и прожил в бараке). Он очень любил наш край, мечтал и делал попытки создать музей района для воспитания молодого поколения в духе патриотизма на примерах геологов-первопроходцев и преданных коммунистов. Его радиорубрика «Живые странички истории Теньки» этому свидетельство.

Накануне Первомая, 30 апреля 1959 г. перед зданием клуба был торжественно открыт памятник Ленину, где несколькими годами раньше на том же постаменте стоял памятник Сталину. В 1959 г. для школы-интерната было построено новое общежитие (ныне это здание районной администрации). И это было первое трехэтажное здание нашего поселка.

Строили еще мало, чаще объекты социального назначения открывали в приспособленных помещениях. В январе 1960 г. в бывшем особняке начальника ТГПУ открылись двери Детской музыкальной школы. 1 преподаватель и 18 учащихся – таков был старт. В следующем учебном году – 85 учеников, да еще 40 заявлений подано на вечернее отделение для взрослых. Потом школу дважды достраивали, в 1963 и 1970 годах, так как она уже не вмещала всех желающих в ней учиться. В 1970 г. в ДМШ – 11 преподавателей и 176 учащихся.

В середине 1960-х в приспособленных помещениях были открыты Дом пионеров и детская библиотека.

В Усть-Омчуге образуются новые предприятия. Мелкие предприятия объединили свои автохозяйства и образовали филиал автобазы №1 (Палаткинской). В 1960 г. в филиале было 102 грузовых автомобиля. В 1961 г. из филиала была образована Тенькинская автобаза. В сентябре 1960 г. Кулинская ЛЗК реорганизована в Тенькинский леспромхоз с базой в Усть-Омчуге, а в апреле 1963 г. Тенькинский и Омсукчанский леспромхозы слились в один – Центральный, с базой в Усть-Омчуге. В начале 1961 г. прииск «Курчатовский» перебазировался на Заречный. В 1960-е образуются ремонтно-строительное управление, комбинат бытового обслуживания и др.

В 1962 г. начал работать учебно-курсовой комбинат для обучения молодежи горняцким профессиям – бульдозеристов, буровиков, взрывников, водителей.

В 1960 г. в Усть-Омчуге строится взлетно-посадочная площадка для приема небольших самолетов, появились первые самолеты. В 1966 году – у нас свое авиазвено. У истоков Тенькинской авиации стояла Мария Семеновна Пашкевич, командир самолета Ан-2, участница Великой Отечественной войны, пилот с 1940 г..

Продолжали строить и жилые дома. В 1960-е годы меняется их облик. Это уже не бараки с удобствами во дворе, а в основном деревянные двухэтажки, правда, с частичными коммунальными удобствами – холодной водой, туалетом и отдельной кухней в каждой квартире. Только за 1964-1966 гг. было сдано около 20 домов. Их строят на Комсомольской, на Советской, на Заречной, возникает новый переулок – Юбилейный. Мечтой наших земляков становится получение квартиры в доме с ванной, правда, с нагревом воды в титане. Строятся и новые общественные объекты – детские сады (в конце ул. Гагарина), школа на 964 места (1966 г.) (ныне здесь находится Центр дополнительного образования), ресторан (1960).

1967 г. – юбилейный, год 50-летия Советской власти, а юбилеи принято встречать трудовыми подарками. В Усть-Омчуге в этот год сданы в эксплуатацию новые клуб на Заречной, кинотеатр «Россия», жилой дом со встроенным на первом этаже большим универмагом «Рассвет», строится четырехэтажный дом с гастрономом «Центральный» на первом этаже (сдан в 1969 г.). В 1967 г. в Усть-Омчуге смонтирована первая в районе автоматическая телефонная станция. Такие маленькие достижения в век «мобильников» современ¬ной молодежи, наверное, кажутся мелочью, а ведь это была связь с «материком». Началось строительство радиорелейной линии, чтобы мы могли смотреть телепередачи. Это знаменательное событие, без которого теперь мы не представляем свою жизнь, произошло в Усть- Омчуге 16 марта 1969 г., как раз в день выборов в местные Советы. И еще одно замечательное событие 1967 г. – большинство предприятий перешло на пятидневную рабочую неделю с двумя выходными днями.

[singlepic id=10651 w= h= float=none]

В 1968 г. был построен первый корпус птицефабрики на правом берегу Детрина (бывший участок «Анманнанджа»), и центральная усадьба совхоза «Тенькинский» переводится из пос. Чалбухан в Усть-Омчуг. Совхоз реорганизуется в специализированный птицесовхоз «Тенькинский» с подчинением Магаданскому тресту «Птицепром».

Хочется напомнить имена некоторых наших почетных земляков, труд которых был отмечен высокими правительственными наградами в 1960-е годы. Это – «курчатовцы» И.А. Беляков, Г.М. Воинов, П.Г. Кузьмиченко, А.Н. Решетницкий, В.И. Сергеев, И.П. Ушаков, начальник ТКГЭ С.С. Колчин, плотник ТРСУ С.А. Сысоев, врач-педиатр Р.В. Белоусова, редактор радиовещания Ф.Ф. Безбабичев, командир отделения милиции Б.Н. Беляев, Н.М. Илюхин с ТРМЗ, А.Е. Миронов и В.П. Захаров с Тенькинской автобазы.

В 1960-е и последующие годы население поселка растет уже не за счет бывших заключенных, сюда приезжают молодые специалисты, квалифицированные рабочие. Север привлекает не только романтикой, но и высокими заработками, северными льготами. Постоянно стоит острая проблема нехватки жилья. Пополнить жилищный фонд, не уменьшив имеющийся, можно только застраивая свободные участки, а таковых в пределах старой застройки уже нет. Иначе придется ворошить «муравейники» и так тесно живущих людей. Вот тогда и принимают смелое и нелегко давшееся решение – застраивать типовыми пятиэтажками пойму реки Омчуг, отделенную от русла дамбой. У истоков строительства микрорайона стояли архитектор района А.В. Шеин, председатель райисполкома М.А. Петров, начальник ТСУ А.И. Лямов, главный инженер ТСУ П. С. Тененбаум, начальник проектно-сметного отдела ТГПУ Третьяков и инженер-проектировщик при районной архитектуре Ползунова1. В 1969 г. начинают строить усть-омчугские «черемушки». Сначала робко, трех-, потом четырехэтажка, а там пошли и пятиэтажные дома. С каждым годом они становились все комфортнее. На первом этаже некоторых домов – встроенные просторные магазины, парикмахерская, телерадиомастерская. В 1971 г. был построен новый спальный корпус для школы-интерната, старый корпус интерната занял Тенькинский райисполком (теперь это районная администрация). К 30-летию Победы в Усть-Омчуге появилась новая улица – улица Мира, раздвинула свою территорию и ул. Победы.

В 1970-е годы в Усть-Омчуге построены новый Дворец спорта и новый стадион возле парка, новый корпус больницы и поликлиника на первом этаже нового жилого дома. Построены центральная котельная, новые баня и прачечная и даже цветочная оранжерея рядом с баней, где и зимой можно было купить букет цветов. На месте бывшего стадиона выросли новые производственные здания для Тенькинского ГОКа (так с 1970 г. стало называться бывшее ТРГПУ) и райкома КПСС. Рядом с первым административным зданием нашего поселка, бывшим ТГПУ, а в 1950-1960-е годы в нем размещались почти все учреждения Усть-Омчуга (райкомы КПСС и ВЛКСМ, райисполком, часть геолого-разведочной экспедиции, торговая контора УРС и много еще более мелких организаций) было построено трехэтажное здание для Тенькинской геолого-разведочной экспедиции. Много жилья было построено хозспособом организациями и предприятиями поселка на улицах Заводской и Заречной.

Появились новые предприятия. В 1976 году – карьер тяжелых машин (КТМ), в 1977 году для разведки россыпных месторождений для Тенькинского ГОКа объединением «Северовостокзолото» организована Детринская геолого-разведочная экспедиция. Это уже вторая экспедиция в нашем поселке.

Рос и благоустраивался наш поселок. Росли новые жилые дома в микрорайоне, улучшалась их комфортность. Вместо тесных кухонь с плитами и титанов в ванных комнатах (для тех и других требовались дрова) 1960-х и начала 1970-х гг., теперь в кухнях были современные электроплиты, а из кранов шла горячая вода. В 1980 году в микрорайоне построена еще одна новая школа (школа-интернат), она была соединена теплым переходом со спальным корпусом интерната, построенного прежде. Выросли новые корпуса больницы, 3 новых детских сада в микрорайоне и один на территории парка, здание банка, узел связи, большой ресторан в центре поселка, специализированные магазины.

В 1980-е годы количество населения Усть-Омчуга стабильно составляет 10 тысяч, достигая максимума в 1989 г. – 11,3 тыс. человек .

В 1986 г. многие наши земляки были награждены орденами и медалями за свои трудовые успехи. Ордена получили плотник ТСУ Е.В. Ножкин, буровой мастер ТГРЭ С.А. Мартоян и бригадир бурильщиков Н.А. Токаренко, бригадир совхоза «Тенькинский» Н.Н. Журавлева и доярка В.С. Гурская, бригадир портных КБО Н.М. Кузьменко, учительница Т.Ю. Прозорова и детский врач Г.А. Балашова.

Радость от преобразований, уверенность в том, что дальше будет еще лучше, запечатлелись на страницах районной газеты 1974 г. в публикации П.П. Козлова, в то время районного архитектора, а через 20 лет – председателя Тенькинского райисполкома.

«…Усть-Омчуг уже город, в нем более 20 тысяч жителей. Многочисленные пятиэтажные дома украшают улицы. Особенно привлекательно выглядит центральная улица – Победы.

Непривычно смотрится и Горняцкая. Здесь не увидишь домов барачного типа – эти неказистые домишки давно снесены, на их месте стоят прекрасные многоэтажные здания.

…Заходим в одну из квартир. Бросается в глаза высота комнат. Она почти на полметра выше, чем в квартирах, построенных 20 лет назад… Во всех комнатах вмонтирована встроенная мебель. Предусмотрены и помещения для сушки верхней одежды.

…Вот группа школьников спешит в плавательный бассейн, который расположен на берегу реки Детрин. Приближается праздник – Новый 1994 год. Горожане приобретают пушистые елочки, выращенные в питомнике лесхоза. Идет оживленная торговля в многочисленных магазинах.

…Большинство улиц города забетонировано, по ним снуют легковые автомобили разных марок. Вместе с нами осматривают город гости из различных городов страны и поселков района. Остановились они в новой, благоустроенной гостинице.

Путешествие по городу будущего продолжается несколько часов, и мы с удивлением замечаем, что на его улицах нет ветра. Да, в город ветру теперь не прорваться. Многоэтажные ветрозащитные здания, построенные на окраине, продуманные жилые комплексы защищают город от порывов студеного ветра. И мы возвращаемся в настоящее, чтобы рассказать людям о будущем Усть-Омчуга, которое станет былью».

Ну что, читатель, горько усмехнулся? Вернемся и мы в настоящее. Может, и не все в 1970-е верили в эти прожекты, но в то, что станет так, как теперь, не мог предположить самый пессимистичный из всех пессимистов. Хотя кое в чем Павел Петрович оказался прав – это про «многочисленные магазины», точнее – магазинчики, рассыпанные по подвалам и первым этажам зданий. Каждое лето отдельные куски стен первых этажей зданий расцветают разными всевозможными колерами самых «ядовитых» оттенков, сообразно вкусам их «дизайнеров» – хозяев этих магазинчиков. И легковые автомобили появились разных марок, только снуют они по колдобинам наших дорог, поднимая пыль.

В начале 1990-х достраивали то, что было уже давно начато, – Дом культуры да несколько жилых домов. Последний дом в Усть-Омчуге был построен в 1993 году по ул. Горняцкой, 49а, а из нежилых в 1995 г. закончили перестраивать многострадальную баню. Но достроить все начатое все равно не удалось. Одна из недостроенных коробок несколько лет чернела провалами оконных проемов, так и не ставших окнами, пока ее не разобрали и не перевезли на рудник «Школьный», а другая (один из строившихся больничных корпусов) так и стоит недостроенная. Годами маячивший возле нее башенный кран потом долго ржавел на земле, положенный рядом с недостроенным зданием.

Падает численность населения, на 1.01.2004 г. в Усть-Омчуге осталось 4600 жителей, это уже меньше уровня 1954 года.

В 1990-е годы исчезли ГОК, прииск «Курчатовский», обе экспедиции, ТСУ и ТРСУ, Цех ремонта горного оборудования (бывший ТРМЗ), леспромхоз и совхоз, автобаза и многие другие предприятия и организации. Некоторые предприятия и сферы деятельности исчезли совсем, такие, как геологоразведка, заготовка леса, сельское хозяйство, другие преобразовались в многочисленные хозяйствующие субъекты, счет их идет на сотни. Растут они как грибы и, как грибы по осени, исчезают. Появились и новые учреждения, например, служба занятости населения. В былые времена, такая служба просто была не нужна, так как работы всем хватало. Сначала появилась многочисленная налоговая служба и налоговая полиция, но где-то решили, что иметь такую службу в районе накладно и перевели ее в соседний район, переложив это бремя на «хозяйствующие субъекты» – пускай ездят сами к нам.

В Усть-Омчуге и районе не хватает квалифицированных врачей, учителей, население давно забыло о таком благе цивилизации, как химчистка, несколько лет не было горячей воды, постоянные проблемы с отоплением. Почта доставляется 2 раза в неделю. Теперь это наши реалии.

Здания, где некогда располагались организации, детские учреждения, теперь занимают другие ведомства. Где была экспедиция, теперь милиция, детская поликлиника – военкомат, книжный магазин – коммерческий банк, детская библиотека – «биржа труда», райком КПСС – суд. Напоминает 1950-е, только с противоположным знаком. От многих других учреждений и организаций не осталось и зданий. Развалины и пепел, да пустыри. Теперь бы не встала, как в конце 1960-х, проблема мест под застройку, только вот строить некому. Гаражи и подсобные производства вторглись на территории бывших детских садов у парка и в парке, уродуя и без того непривлекательный внешний вид нашего поселка. В центре поселка, где некогда располагался ресторан и торговая площадь, теперь, как декорация к «Белому солнцу пустыни», высятся громадные емкости электрокотельной. Не до жиру, быть бы живу, зато горячая вода появилась. Есть в Усть-Омчуге уголки и похуже. Бытует горькая шутка у моих земляков. Когда кто-то покидает поселок, советуют: «Сними на память улицу Заречную или Заводскую, чтоб ностальгия не мучила». Потому как выглядят они, как Сталинград в кадрах кинохроники военных лет.

На безбожной земле появилось и новое. В здании покинутого ремонтно-строительного управления теперь протестантская церковь, а между судом, милицией и памятником Ленину – крохотная православная церковь. Вот только «приведет ли улица Варлаама к храму?».

Из книги Инны Грибановой «Тенька – виток спирали»

Усть-Омчуг: 5 комментариев

  1. Очень интересные воспоминания! Большое спасибо автору! Я родилась в Усть-Омчуге в 1950 г. Мои родители Соболева Ульяна Александровна и Соболев Аркадий Константинович работали в геологической экспедиции. Часто у нас дома на улице Детринской были Петр Иванович Авраменко, Гудовичи, Иван Николаевич Соколов. Дядя Петя Авраменко учил меня писать печатными буквами. Ещё раз большое спасибо автору за эти дорогие сердцу воспоминания. С уважением Галина Шаненко (Соболева).

  2. Я учился в Усть-Омчуге в 1948-49году. Помню Гудовича,Никитина,которого мы звали Аквадрат за роспись в дневнике.Заведуйщей интерната была Серафима Ивановна Лездина.Под руководством Л.В.Варпаховского в школе была поставлена “Снежная королева” Герду играла Светлана Чабанова, а принца Клауса я.Эти статьи навеяли много воспоминаний. Спасибо!

  3. Спасибо! Я училась в Усть-Омчуге в 3-м классе в 1950-1951 гг. и жила в интернате (отец Пинчуков Владимир Николаевич тогда работал на руднике им.Белова маркшейдером) и в 1954 – 1956 гг. в 7 и 8 классе (жили на Омчуге). Пытаюсь вспомнить одноклассников.

  4. Мы прожили в нашем прекрасном поселке с 1980 до 1989, это были самые прекрасные годы. ГОК – это элита страны.

  5. Родилась и проживала по 1971 г.
    Красивая Природа! Родные и самые незабываемые места в жизни.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *