Из воспоминаний Калинина В.И.

В октябре 1943 года группу авиационных механиков, в которой был и я, направили из запасного полка расположенного в городе Иваново в 1-ю Краснознамённую перегоночную авиационную дивизию для выполнения правительственного задания. Штаб дивизии дислоцировался в Якутске.

В Красноярске нас встретил мороз – 45 градусов, а мы были в кирзовых сапожках, шинелях и будёновках (тогда были такие головные уборы). Комендант вокзала нас сразу же отправил на машине в аэропорт, где вас очень хорошо встретили: накормили и расположили в тёплой гостинице.
На другой день нас повели на склад, где выдали полушубки, валенки, шапки-ушанки и даже меховые варежки. Через два часа мы уже летели на самолёте ТБ-3 к месту дальнейшего прохождения службы.

Самолёт ТБ-3 тяжёлый бомбардировщик, скорость 130 км/час. Немцы говорили, что это за самолёт у Ивана, который прилетает ночью, встаёт на якорь и бомбит, бомбит. А сбить ночью этот самолёт очень трудно, так как зенитки были рассчитаны для поражения самолётов летящих на больших скоростях.

На аэродроме Киренск пять человек: Витю Полстянова (Целиноград), Колю Столярика (Целиноград), Ваню Чекунова (Петропавловск Казахский), Толю Попова и меня оставляют в 5-м перегоночном авиационном полку, а остальные наши товарищи полетели в Якутск.

На другой день прибыла большая партия самолётов и мы сразу же окунулись в работу, так как людей для обслуживания не хватало. Мы, буквально, изучали технику с лёту. Через 2-3 недели мы были уже полноценными специалистами, хорошо знающими дело.

Работать находилось очень много. Бывали такие дни когда у каждого механика скапливалось до десяти самолётов. А всего мною обслужено 396 самолётов истребителей «Кобра» и «Кингкобра», самолёты очень хорошие.

Двигатели на них стояли «Аллисон», с ресурсом 700 часов. Когда пробовали их работу, то он можно сказать поёт, никакой тряски. Вход в кабину сбоку, как у автомашины. Самолёты имели хорошее вооружение: пушка М-37 и два пулемёта М-23 на плоскостях. На перелёте подвешивался подвесной бак, а на фронте бомбы. Свои боевые качества самолёты показали на фронтах Великой Отечественной войны. Трижды Герой Советского Союза А.И. Покрышкин всю войну сражался на «Кобрах».

Перегонку по приказу прекращали лишь при температуре – 50 градусов и ниже, все трудности мы переносили мужественно. Работы выполняли дружно, всячески старались помочь друг другу, вдохновляла и чисто человеческая забота со стороны командования. Нас хорошо обмундировывали (меховые комбинезоны, унты или валенки, шапки или меховые шлемофоны, меховые варежки, свитеры и т.д.). Кормили по фронтовой норме: лётному составу 5 норма, техническому 6 норма. К ужину давали и по 100 грамм.

Были в нашей части и чрезвычайные происшествия.

Самолёты-истребители перегонялись группами, флагманом всегда шёл бомбардировщик Б-25.

В 1944 году по причине частой непогоды на нашем аэродроме скопилось много самолётов истребителей, но не было Б-25. В один из погожих дней заместитель командира полка-майор Михеев (в то время он исполнил обязанности командира части) принял решение перегнать группу истребителей без флагмана. Пролетев две трети маршрута группу настиг снежный заряд. В результате погибли два лётчика  – лейтенанты Вася Мошкей и Гриша Самарцев. Оба из Ленинграда. Место катастрофы нашли через несколько дней, недалеко от города Канска в предгорьях Саян. Они упали в 40 метрах друг от друга. Некоторые товарищ предполагали, что причиной катастрофы была потеря лётчикам пространственного положения. А другие полагали, что они отдали ручки управления от себя, почувствовав полное истощение запаса горючего. Их похоронили в селении расположенном вблизи от места катастрофы. Виновники трагедии соответственно понесли наказание – отправили в штрафной батальон.

Второй случай. В части был самолёт метеозондировщик ПО-2, окрашенный- в красный цвет. Пилотировал его бывший лётчик-истребитель Пётр (фамилию не помню).

Однажды осенью 1244 года Пётр имея на борту метеоролога Калинину вылетел для очередного исследования метеообстановки вблизи нашего аэродрома и не вернулся. В течение нескольких дней их искали самолёты, но поиски были безрезультатным!

И только на 17-е сутки метеоролога Калинину обнаружил на берегу реки Киренги случайно оказавшийся там рыбак. Вылетала она брюнеткой, а вернулась блондинкой. После двух месяцев пребывания в госпитале она вернулась в часть и рассказала, что с ниш произошло.

Примерно минут через 30-40 заглох мотор. Лётчик благополучно спланировал на небольшую полянку. Двое суток они ждали помощи, слышали гул моторов пролетающих самолётов, но погода стояла пасмурная и их не видели. На борту был аварийный паёк на трое суток, Петя, как она говорила, на глазах слабел. Он старался подкармливать её за счёт себя. На третьи сутки они решили идти в сторону реки Киренги(у них была карта). На пятые сутки Пётр свалился и идти дальше не мог. Просил, чтобы она его бросила и шла на юго-восток. Рассказал как определять стороны света по коре деревьев. На другой день Пётр умер. Она забросала его тело еловыми ветками и пошла. Питалась грибами, ягодами, кореньями и т.д. Дважды встречалась с медведями. Первый моментально удрал, а второй вздыбился и пошёл на неё. Она решила не убегать и двинулась на него, чтобы прекратить свои мучения в его ляпах. Мишка увидя такую “наглость” со стороны человека опешил. Остановился, встал на ляпы, рявкнул и тоже удрал. На 17-е сутки она услышала плеск воды. Выйдя на берег потеряла сознание и в этот момент её увидел рыбак, который и доставил её в часть.

Третий случай. Взлётно-посадочная полоса нашего аэродрома была из накатанного снега. Её постоянно утрамбовывали катками, и волокушами.

В апреле 1945 года должен был состояться очередной перегон. Все самолёты вырулили на старт. Первым взлетел Б-25. За ним пошёл на взлёт лейтенант Иван Стружанов. Пробежав метров 200 левое колесо самолёта попадает в проталину и его повело влево на самолёты стоящие вдоль полосы в два ряда. Пропеллером рубит один, второй самолёты и падает на подвесной бак. Раздаётся взрыв. Все кто был на старте бросились к месту падения. Самолёт горел, а лётчик лежал метрах в 20 от него.

Мы бросились к нему, а он приподнялся и сел. Лицо у него было чёрное. Увидев меня он потребовал, чтобы я дал ему зеркало. Но доктор майор Брук жестами предупредил меня – не давай.

А Иван говорит: “Не даёшь, а ещё друг! Да знаю я и без зеркала, что отгулялся.”

Не прав был Иван. Через два месяца он вновь летал и по-прежнему нравился девушкам.

Произошло прямо-таки чудо. Силой взрывной волны тело Ивана рвёт привязные ремни, головой пробивает 10 мм плексигласовое стекло фонаря, летит на 20 метров от самолёта и остаётся невредимым.

В последнее время командиром части у нас был Герой Советского Союза майор Липилин. Столь высокое звание он получил за 3 сбитых фашистских – самолётов. По окончанию войны его отозвали на Новосибирский авиационный завод.

Его заместителем был подполковник Козлов. Старый полярный лётчик.

Начальник штаба майор – Самсонов.. Его я встретил В 1956 году на аэродроме Аджи-Кабул в Азербайджане, в звании полковник. Он был в Китае во время корейской войны.

Инженер полка был капитан Соломахин.

Начальник связи полка капитан Хорьков.

Командиры эскадрилий: майор Лелюхин, майор Воскресов, майор Белоконь.

Лётчики: майор Крутоверцев.

На фронте он сбил 16 вражеских самолётов. Героя Советского Союза ему присвоили после окончания войны. В жизни у него был увлекательный роман. Война застала его на западной границе. Осуществлялась массовая эвакуация населения. Однажды к нему подошла девчушка лет семнадцати и просит его помочь ей уехать в Москву. Она была в гостях у бабушки. Отказать ей он был не в состоянии, она была слишком хороша. Повёл её в загс, оформили фиктивный брак и он как свою жену посадил в эшелон с семьями военнослужащих, и всю войну он не получал от неё никаких вестей.

И вот где-то в середине июля 1945 годе к нему прибегает посыльный из штаба и без соблюдения всяких субординации говорит: “Товарищ майор! К вам приехала жена.” Он делает удивлённое лицо и говорит: “Какая жена?”. Посыльный в ответ пожимает плечами.

Она его искала четыре года. Много ей делали предложений, но она всем отказывала. Она оказалась очень хорошим человеком, стала ему верной женой. Он был счастлив.

Помню и других лётчиков: старшего лейтенанта Дякова, лейтенанта Сергея Кирина, лейтенанта Колю Жилина, лейтенанта Ивана Стружанова.

Помню и некоторых техников лейтенанта Костю Араиани, старшего лейтенанта Каратеняна, лейтенанта Мишу Васюху, старшего лейтенанта Орлова.

Не истерлись из памяти и другие товарищи по службе: старший сержант Ваня Ануфрийчук (Киев), старший сержант Миша Мороз, старшина Пётр Попов (Москва), старший сержант Леша Туманов (Москва), старший сержант Леня Шутов, сержант Гизатуллин (Казань), старшина Сеня Решко, старший сержант Миша Богдашкин, старший сержант Ваня Коновальцев, старший сержант Миша Зубко, старший сержант Вася Дмитриев.

Миша Зубко погиб в июне 1945 года. У него на фронте погибли отец и три брата. Остались мать и младшая сестрёнка. По просьбе командира части командир дивизии генерал-майор Мельников разрешил дать отпуск Михаилу.

В это время в Якутске самолёт СИ-47 принимал экипаж полковника (фамилию не помню} в котором не было борттехника. Михаил даёт, согласие на данное вакантное место до Москвы, самолёт взлетает и … врезается в сопку, расположенную невдалеке от аэродрома. Все экипажи делали разворот после взлёта пройдя сопку, к полковник оказался лихачём и решил развернутся до сопки.

На борту было 29 человек: 5 человек экипажа и 24 пассажира. Остался в живых один пассажир, который находился в туалете. При ударе хвостовая часть самолёта отвалилась и он отделался царапинами.

Со старшим сержантом Ваней Коновальцевым я встречался на Чукотке в бухте Провидения, в 1947 году. Он летал борт-радистом на самолёте МБР (морской бомбардировщик).

До ноября 1945 года мы перегоняли оставшиеся на трассе самолёты в Красноярск. В декабре 1945 года нас расформировали и направили в другие части.

Срочную службу я служил 3 года 2 месяц. Демобилизовался в 1948 году, старшиной.

В 1951 году мне присваивают первоначальное офицерское звание запаса. В 1952 году призывают в Вооружённые силы. Уволен по возрасту в 1978 году в звании майор.

Участник великой Отечественной войны. Был на Воронежском фронте с февраля по май 1943 года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *