Судьба педагога Варрена в истории Ольского района

Сложнее приживалась Капитолина Васильевна, моя мама. Друзей она выбирала раз и на всю жизнь. Отвыкала от них с большим трудом. И сейчас, попав в небольшое селение, где приткнулось к морю около десятка юрт и изб, она очень тяжело переживала разлуку   со старыми друзьями. Часто Капля уходила к морю, садилась на камень. Смотрела на рокочущий прибой, всматривалась в мутно-голубую даль, тщетно пытаясь увидеть в ней  какие-то признаки парохода, хотя знала, что пароход сюда заходит один раз в  год.

Население настороженно встретило и Каплю.
-Какой же это дохтур? Так, молоденькая.
Лечиться к ней никто не шел, предпочитали шамана. Да и купец говорил:
пойдешь к ней лечиться – не дам товара!

Сначала многие не верили, что  она способна оказать помощь больным, –
вспоминала Зоя  Игнатьевна рассказ мамы. –  Но это  мнение  вскоре  развеялось. За ней стали  приезжать из Армани, Тауйска,  Сиглана.
Людей приходилось лечить в юртах. Горько было смотреть на жителей тайги: грязные, в рваной меховой одежде бегали дети вокруг юрты  или сидели у дымного костра. Много детей умирало в грудном возрасте. Семьи питались лишь вяленой рыбой и жиром, мясом морского зверя. Иногда  ей приходилось оказывать хирургическую помощь. Мама  рассказывала, как с больной рукой пришел тауйский  камчадал  Надеин, у него начиналась гангрена. Требовалась операция, а инструментов никаких   нет. Пришлось руку  отнимать простой столярной пилой.

Никогда не сожалела Капитолина Васильевна об избранной профессии. Она хорошо помнила слова торжественного обещания, которое давала после окончания медицинской школы: «Принимая  с глубокой признательностью даруемые мне права, обещаю исполнять свои обязанности с любовью, кротостью, терпением и самоотвержением. Обещаю  в точности исполнять распоряжения врачей и быть с ними совершенно откровенной и правдивой. Обещаю хранить  в тайне, все то,  что мне во время ухода за больными доведется слышать  или видеть в их семействах.Обещаю в точности исполнять все  предписания закона, относившиеся к специальной деятельности, которой я себя посвятила. Обещаю не ронять достоинства моего звания недобросовестным выполнением возложенных на меня обязанностей». Вот такую своеобразную Клятву Гиппократа Капитолина Васильевна соблюдала всю свою жизнь…

Экономическая жизнь ольчан зависела не только от их труда на северной земле, но и от привозных европейских товаров. Игнатий Афанасьевич разъяснял односельчанам. Купец Михаил Соловьев в год заготавливал до 25 тысяч белок. Швейную иголку он обменивал на пять шкурок, сумев убедить охотников – эвенов, что …изготовитель швейных иголок умер и больше их делать некому.

Подобные факты он широко использовал для   решения арифметических задач, например, таких. У Скорнячихи ни одного оленя. Муж болен туберкулезом и пять голодных ребятишек, поэтому приходилось ей батрачить, да в долг у купца брать. В 1914 году она взяла товаров на 150 рублей, на следующий год – на 200 рублей. А за работу получала всего 100 рублей в год. Сколько же надо  прожить Скорняковой, чтобы уплатить весь долг? Купец Соловьев получает в год миллион рублей прибыли. Скорняковой он выплачивает в год сто рублей. На сколько больше Соловьев получает прибыли в год, чем его батрачка Скорнякова? Решение таких задач позволяло педагогу вести не только развивающее обучение, но и достигать определенных воспитательных целей, подчеркивать необходимость социальной справедливости.

Ольская школа становилась центром культурно – просветительной жизни. Здесь обсуждались и комментировались все новости, как местные, так и главные, российские.

Зоя Игнатьевна Сизова вспоминала: «Школа была маленькая, но  зато у ребят был свой уютный уголок. Они сами изготовляли наглядные пособия, убирали территорию, помогали носить дрова… Зимой с визгом носились на санках,  от порога школы прямо в речку на лед, а летом играли в жмурки,  «ходи-ходи ясно», «ремешко», танцевали   и пели. Вокруг школы был  густой  лес,  и в  переменку можно было наесться брусники  и шикши. До позднего вечера около школы раздавались голоса сначала детей, а потом и взрослых. Они садились на бревна и вели долгие беседы. Школа притягивала потому, что все здесь было ново и интересно. Бывало так: откроется дверь среди урока, войдет чей-нибудь папаша или мамаша, на цыпочках пройдет в конец класса и, попыхивая трубочкой, слушает, что говорит учитель – о том, что земля круглая; у нас сейчас  день, а на большой Земле – ночь».

Поздним вечером, подтаскивая медвежью шкуру к печи, не смотря на протесты бабушки Марфы, Игнатий Афанасьевич удобно устраивался, открывал печку, тушил лампу и начинал читать наизусть Пушкина, Лермонтова, Тютчева.На всю жизнь запомнили эти чтения его дети Зоя, Муза и Ростислав.

Иногда ему приходилось оправдываться за свои поступки. В сентябре 1915 года он писал  сельскому священнику Иннокентию Попову: « Я –  учитель, следовательно, не могу  быть «недостаточно религиозным». Учеников воспитываю и обучаю в религиозно – нравственном направлении. Мои ученики религиозны, в этом Вы сами можете быть свидетелем».

Каждую субботу в школе собиралась молодежь на вечерку, приходили  и  старики. Зоя Игнатьевна рассказывала: «Едва касаясь пола каблучками, строгая в белой кофточке и черной длинной юбке, перехваченной широким черным поясом, плывет павой – лебедью Капля, а рядом  в красной косоворотке и черных блестящих сапогах – верх тогдашней моды   вихрем – юлой в лихой присядке кружится учитель, выхватит балалайку, самодельную, конечно, с оленьими жилками вместо струн, и под ее хриплый аккомпанемент вдруг грянет:
Ты подгорна, ты подгорна,
широкая улица.
По тебе никто не ходит,
ни петух, ни курица!
Потом кричит: «Променаж!» Все берутся за руки и под такт музыке идут за ним по кругу, да в коридор, да вокруг дома, а ночь тихая, спокойная, в воздухе запах шикши, лиственницы, дурманящий запах багульника…».

Она так сочно рассказывала, что невольно оживали сцены школьной жизни, и я  мог только радоваться, что вижу достойную последовательницу дела ее отца-педагога.

З.И. Сизова многие годы  работала учителем русского языка и литературы в Магадане, вела факультативные занятия по своим дисциплинам  на краеведческой основе, став заслуженным учителем школы РСФСР.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.