Катынь


Магадан. Маска скорби. Фото: ИА MagadanMedia.

Магадан. Маска скорби. Фото: ИА MagadanMedia.

Не так давно г. Магадан посетил консул Польши (в ноябре 2018 г. — В. О.). Почти инкогнито. С частным визитом. Чем даже ввёл в некоторое заблуждение руководство местной администрации. Одной из целей этого визита представителя страны, где сейчас разрушаются памятники и захоронения советских солдат-освободителей Европы от фашизма, было установление на мемориале «Маска скорби» таблички в память о поляках, отбывавших наказание в колымских лагерях. Такая вот европейская толерантность.

В связи с этим предлагаю читателям ознакомиться с главой из воспоминаний генерала-майора госбезопасности А.И. Шиверских, планируемых к публикации в третьем выпуске альманаха «Место действия – Колыма», в которых он рассказывает о том, как в качестве начальника Управления КГБ по Смоленской области был свидетелем и участником расследования известного катынского дела.

Генерал-майор КГБ Шиверских Анатолий Ильич.

Генерал-майор КГБ Шиверских Анатолий Ильич.

По словам Анатолия Ильича, желание опубликовать воспоминания возникло у него в противовес «трудам» многих современных авторов, пытающихся из коньюнктурных соображений обливать грязью наше прошлое, по произведениям которых нам предлагают изучать нашу историю. В этом его позиция совпадает с идеей нашего альманаха. В отличие от указанных авторов, Шиверских А.И. не субъективен, им не руководит обида, а тем более – озлобленность.

Ожидаю возражений – мол, где Польша, где Катынь, а где мы? Но тогда при чём здесь памятная табличка? Это во-первых. Во-вторых, в текущем году будет отмечаться 80 лет катынской трагедии теми, кто верит в это событие.

А в установлении табличек репрессированным представителям отдельных национальностей просматривается некое лукавство – если были национальности, которые репрессировались, значит должна быть и национальность, которая репрессировала. Та, которой памятные таблички не устанавливают и памятники представителям которой необходимо разрушать.

Согласно данным сети интернет, в мире насчитывается более двух тысяч национальностей. Если установление указанных табличек болезнь заразная и вдруг даже половина из всех национальностей захочет это сделать, то потребуется просверлить минимум около тысячи дырочек в стенах Маски. Как это повлияет на её состояние при условии, что, по оценке специалистов, памятник разрушается?

К увековечению памяти репрессированным путём установки памятных табличек на мемориале у многих вызывает скептицизм. Может как раз этот скептицизм вперемешку с неприкрытым лукавством психологически способствуют тому, что некоторые неустойчивые личности совершают акты вандализма с нанесением на Маску скабрезных надписей?

Возникает также вопрос, почему только эта табличка, а не возложение, допустим, цветов на месте уже установленной мемориальной таблички в память о Ф.Э. Дзержинском, поляке по происхождению, в начале улицы его имени? Или воздаяние уважения колымчанам, принимавшим участие в освобождении Польши, о которых я хочу рассказать в своих следующих публикациях?

П.И.Цыбулькин,
член Союза писателей России
Редактор альманаха «Место действия – Колыма»

Катынь

При назначении начальниками местных управлений КГБ заместители председателя КГБ обстоятельно инструктировали назначаемых по тем вопросам, за которые они отвечали относительно данного региона. Так, заместитель председателя генерал-полковник В.П. Пирожков, отвечающий за архивы, обратил мое внимание на то, что в Смоленске есть всемирно известный объект «Катынь» – место расстрела фашистами польских офицеров – и что Запад придерживается противоположной точки зрения на события в Катыни. Тогда я даже во сне не мог представить, насколько эта важная проблема запутана и противоречива и как из-за неё незаслуженно меня будут обливать грязью.

О «Катынском деле» написаны сотни книг, статей. В них содержится множество свидетельских показаний и других данных, но окончательные выводы сделать нельзя, потому что идёт большая политическая игра. При этом в поведении «правдолюбцев» раз за разом проявлялись странности. Вот некоторые их них.

Сначала с большим шумом по делу расстрела польских офицеров было возбуждено уголовное дело, которое вела Генеральная прокуратура. Следствие должно было поставить точки над спорными вопросами и предъявить обвинения, например, И.В. Сталину, Л.П. Берия, В.Н. Меркулову или другим лицам.

Прошёл год, следствие ещё продлили, а потом сообщили, что дело прекращено. «Злодеи» не были разоблачены. Почему?

Катынское дело, однако, не прекратили. Его продолжали использовать по-иному. 14-го апреля 1990 года М.С. Горбачёв публично признал вину СССР перед Польшей за катынский расстрел. Когда признание состоялось, в Москву срочно прилетел президент Польши В. Ярузельский, чтобы объяснить Горбачёву, что у него по Катыни совсем другие сведения. А вскоре после этого В. Ярузельский подал в отставку. В 2003 году в интервью свою неожиданную отставку объяснил тем, что явственно увидел со стороны М.С. Горбачёва и его окружения предательство интересов СССР и социалистического лагеря, и, оставаясь коммунистом, вынужден был уйти.

Но и на этом «новая» история катынской трагедии не закончилась. Теперь занялись открытием грандиозных мемориальных комплексов на местах расстрелов. Но и здесь снова неувязки.

Открытие такого комплекса в 2002 году в Смоленске предполагалось с участием президентов России и Польши. Вдруг В.В. Путин вместо себя решил направить премьер-министра М.М. Касьянова. В Москву прилетел президент Польши Квасневский, но переговоры были безуспешными. Принимают решение, что в Смоленск приедут М.М. Касьянов и премьер-министр Польши. М.М. Касьянов неожиданно отказывается и вместо себя на открытие отправляет своего заместителя В. Христенко. Чего же они боятся?

Теперь немного истории Катыни и истории трёх расследований «Катынского дела».

Место предполагаемого расстрела – Козьи Горы – расположено вдоль высокого берега Днепра и Витебского шоссе, ширина – 600-700 метров. Вдоль берега тянется старый лес, а в конце 30-х годов ближе к шоссе посадили лес новый, сосновый. C 1932 года на территории этой местности, на берегу, были построены дачи Смоленского Управления НКВД и недалеко – дом Смоленского облисполкома. В период массовых репрессий, особенно в 1937 году, здесь хоронили расстрелянных. Важно отметить, что даже после шумных акций 1943 и 1944 годов по обнаружению могил польских офицеров там в 1943-1948 годах продолжали хоронить приговоренных к расстрелу изменников Родины, карателей. Фашисты после захвата Смоленска в 1941-1943 годах превратили Козьи Горы в место расстрела и захоронения военнопленных, партизан и т.д. Вот такое это место.

13-го апреля 1943 года радиостанции германского рейха передали в эфир, что «в окрестностях Смоленска обнаружены могилы 10 тысяч польских офицеров, убитых НКВД». Через два дня Совинформбюро опровергло это сообщение. После этого фашисты создали международную комиссию из представителей 11 оккупированных ими европейских стран, которая, проведя расследование, повторила утверждения рейха. Знали ли до этого немцы о польских захоронениях? Без сомнения, знали.

После захвата Смоленска в июле 1941 года фашисты превращают Козьи Горы в секретный, усиленно охраняемый объект. На бывшей даче НКВД в одноэтажном каменном здании они открывают школу по подготовке диверсантов, которую при отступлении в 1943 году перебрасывают под Минск. Кстати, на материалах этой школы создан известный фильм «Сатурн почти не виден».

Итак, сначала, зная о месте расстрелов, фашисты два года молчали. Почему? Ответ напрашивается сам собой. Молчали, так как в этой трагедии у них самих руки в крови. И молчали именно до тех пор, пока не увидели надвигающийся крах, пока не стало очевидно, что и само место расстрелов должно было скоро отойти к Советам. Тогда стали хвататься за спасательные версии, как утопающие за соломинку. Сами объявили о Катыни и провели свое расследование с нужными им результатами. Смысл объявления был очевиден: геббельсовская пропаганда решила вбить клин в союз воюющих с Германией народов.

Смоленск и окружающие его места были возвращены нашими войсками в сентябре 1943 года. При их освобождении фашисты яростно защищали эту местность. Там и сейчас можно найти немецкие каски и другое снаряжение.

В январе 1944 года было проведено советское расследование катынских захоронений, комиссию возглавил знаменитый ученый-хирург Н.Н. Бурденко. Эта комиссия возложила вину за злодеяния на фашистов, подкрепив свой вывод вещественными доказательствами, изъятыми из тел расстрелянных, а изъяты были немецкие пули. Определён был и срок расстрела – август- ноябрь 1941 года.

После проведенной фашистами международной комиссии по обнаружению останков расстрелянных польских офицеров в апреле 1943 года в своем дневнике Й. Геббельс 8 мая 1943 года записал: «К несчастью, в могилах в Катыни найдена немецкая амуниция. В любом случае, необходимо эти находки сохранить в глубочайшей тайне». Дневник был опубликован в Париже в 1948 году.

В запутанности этой истории есть и еще одна версия. Сейчас стали общедоступными многие материалы, в том числе о деятельности шефа немецкой военной разведки Ф.В. Канариса. В рамках операции «Вайс» (план захвата Польши) из числа украинских националистов, членов организации украинских националистов, велась подготовка воинских формирований численностью до 20 тысяч человек, из них более 4-х тысяч – офицеры. Они должны были поднять в Польше восстание. Немцы сшили им польскую военную форму и снабдили фальшивыми документами. Договор СССР с Германией спутал карты, подготовленные формирования стали не нужны. Когда в восточные районы Польши в сентябре 1939 года вошли советские войска, отдельные части польских войск и переодетые оуновцы с оружием в руках организовали сопротивление. От их рук погибли 1139 наших бойцов. Взятые в плен чисто польские и оуновские офицеры были направлены в несколько лагерей, где органы НКВД долго пытались их сортировать.

В одном из лагерей в Козельске, под Калугой, весной 1940 года объявили: те офицеры, которые являются выходцами из областей, отошедших к Германии, могут собираться домой. Именно эту часть пленных якобы конвойные войска этапировали из Козельска до станции Катынь, где и состоялся расстрел.

Кто расстреливал, какое подразделение НКВД (если не немцы?) – Минское, Смоленское или еще какое-то подразделение, осталось неустановленным. Отряд НКВД должен был быть многочисленный, так как в короткое время нужно было расстрелять несколько тысяч человек.

Ещё одно расследование, третье, началось в эпоху перестройки. В мае 1987 года М.С. Горбачёв с президентом В. Ярузельским приняли решение устранить «белые пятна» в истории советско-польских отношений, для этого создали комиссию из историков Польши и СССР. Предполагалось, что всё это должно было содействовать «укреплению дружбы между нашими государствами». Корреспондент Жаворонков проводил журналистское расследование этой проблемы. Не найдя материалов в Москве, он приехал в Смоленск. Я подробно беседовал с ним на эту тему, подсказал, где искать материалы.

Было высказано предположение, что если в Смоленске действовало специализированное воинское подразделение в Козьих Горах, то его партийная организация должна была состоять на учете в обкоме партии. Я запросил обком партии и получил отрицательный ответ: данных не имеется.

В период оккупации довоенные архивы Смоленского обкома партии были захвачены фашистами, а после войны перевезены в США. Содержание их увидело свет на Западе, большое место в публикации было уделено отчетам НКВД перед обкомом о раскулачивании, расстрелах, но там не было ни слова о трагедии в Катыни.

Со слов Жаворонкова, Егор Яковлев обращался к В.А. Крючкову с просьбой найти материалы по Катыни в архивах Москвы, однако получил ответ: «В Москве материалов нет, надо искать в Смоленске». Получалось, что я скрываю тайну о Катыни. В центральных средствах массовой информации на меня посыпались обвинения и даже оскорбления.

Тем временем с Жаворонковым установил контакт один из сотрудников КГБ – переведенный из Ташкента «вечно недовольный» узбек Закиров О.З., который занимался пересмотром архивных дел по репрессированным. Материалов по Катыни Закиров не нашел и стал помогать журналисту выявлять очевидцев тех событий. Ясность в итоге они не внесли, а шуму наделали много. За эти заслуги Закиров отправил в Польшу учиться свою дочь, сам он, Жаворонков и два Яковлевых получили награды Польши.

В ходе расследования в печати стала появляться информация, что у Генерального секретаря, а позже Президента М.С. Горбачёва хранится особо секретная «чёрная папка», где сосредоточены все материалы о расстреле польских офицеров, и что якобы есть документ, по которому, согласно договору СССР с Германией, СССР передаёт часть польского офицерского корпуса фашистам.

Вот что пишет о катынской трагедии В.А. Крючков: «В архивах КГБ по состоянию на 1988 год материалов, которые проливали бы свет на эту проблему, обнаружено не было». И далее: «В начале 1989 года я и Фалин обратились в ЦК КПСС с предложением не отбрасывать версию о причастности НКВД к уничтожению поляков, начать поиск документов, провести расследование и откровенно поделиться с польским руководством нашими сомнениями…» Официальное обращение в ЦК КПСС давало возможность пропаганде использовать катынскую трагедию в разрушении социалистического лагеря и Советского Союза.

Как я отмечал выше, уголовное дело по катынской трагедии с целью установить, кто совершил это преступление, велось два года, виновные не были выявлены, ясность не внесли, дело прекратили, а 14-го апреля 1990 года, не имея подтверждающих документов, Горбачёв выступил с заявлением. Согласившись с фашистской версией, он признал вину СССР за катынский расстрел и передал польской стороне списки содержавшихся в лагерях польских офицеров. Однако все материалы, хранившиеся в «чёрной папке», как всегда, Горбачёв не обнародовал.

О существовании «чёрной папки» я узнал при следующих обстоятельствах. В 1987 году из Москвы в Смоленск приехала бригада из трех человек: представители ЦК КПСС, Министерства культуры и Министерства иностранных дел. Цель – изучить обстановку и решить вопрос об открытии Козьих Гор для посещения иностранными туристами. Они были удивлены, что никакой охраны нет и уже 2 года комплекс посещают иностранные туристы. Засняли увиденное на кинопленку. Представитель ЦК, куратор по Польше, отвёл меня в сторону и сообщил, что у Генерального секретаря имеется «чёрная папка», где хранятся материалы по Катыни, там, наверху, не знают, что комплекс открыт. «Вы опередили события, сняли некоторую секретность с этого объекта».

Узнав по секрету о существовании «чёрной папки» из уст высокопоставленного чиновника, я вынужден был об этом молчать. Какую ещё информацию таит в себе «чёрная папка» – неизвестно. Горбачёв не счёл нужным её обнародовать.

21-го апреля 2000 года газета «Век» опубликовала, как «архитектор перестройки» А.Н. Яковлев комментирует Катынь и «чёрную папку»: «Катынский лес еще до войны служил местом для расстрелов. Там убивали и в 1937 году, и позднее. Захоронений, по крайней мере, найдено несколько. Расстреливали, кстати, и самих палачей. Там могли быть и бандеровцы. Сохранились списки… Горбачёв почему-то в своё время не воспользовался этой возможностью и не огласил документы. Но утверждать, что мы здесь ни при чём, никак не могу».

Как хочешь это так и понимай, а понимать нужно так, как было в действительности.

В 2001 году издана книга «Польское подполье на территории Западной Украины и Западной Белоруссии 1939-1941 гг.», подготовленная сотрудниками ФСБ, МВД Российской Федерации и Администрации Республики Польша. В двухтомнике собраны уникальные материалы и документы, которые до недавнего времени относились к разряду «совершенно секретных».

В сентябре 1939 года оперативно-чекистские группы НКВД перешли польскую границу с целью создания на польской территории новых органов власти. В их создании участвовало местное население, резко против выступали украинские националисты. По данным НКВД, на 27 ноября 1939 года на польской территории были арестованы 11817 человек. Из них 278 польских офицеров, 3544 жандарма и полицейских, 3284 украинских националиста, петлюровцы и др.

Гитлеровская политическая доктрина рассматривала поляка как «недочеловека», а евреев и цыган обрекала на уничтожение. Фашисты совершали массовые расстрелы населения.

Нападение фашистов на СССР коренным образом изменило отношение советского руководства к польскому государству. В августе 1941 года были амнистированы и освобождены из тюрем и лагерей польские граждане. Книга прояснила, откуда появилась цифра 11 тысяч и кто в Катыни захоронен.

А.Н. Яколев «удивляется», почему Горбачёв столько лет скрывал имеющиеся у него материалы по «Катынскому делу», передав полякам только списки с именами содержавшихся в лагерях польских офицеров, не обнародовав остальные документы. Не упоминает и то, что возбужденное уголовное дело по расследованию расстрела офицеров прекращено без объявления в печати.

Одновременно с официальным изучением «Катынского дела» занялись и независимые историки. Твердым сторонником версии, что в Катыни польских офицеров расстреляли фашисты, являлся смоленский профессор историк Л.В. Котов. Он собрал огромный материал о зверствах фашистов на Смоленщине и о расстрелах, которые они с первых дней проводили в катынском лесу. Это и наши военнопленные, которые участвовали в раскопках в Катыни при немецком расследовании, а потом были здесь же уничтожены, это и поляки, строившие немцам оборонительные сооружения, и т.д. Накопленные им материалы в последние годы перестройки средства массовой информации, к сожалению, не печатали.

На данный момент, несмотря на работу комиссий историков и журналистов, вопрос о катынском расстреле в целом остался неизученным. Не выяснены и самые простые факты. Например, количество расстрелянных в Катыни поляков. На доске, помещенной на мемориале 80-х годов, было указано, что в катынском лесу расстреляны 11 тысяч польских офицеров. Однако, когда дело «зазвучало», стали поступать сигналы об обнаружении и других новых мест захоронений польских офицеров.

В Смоленск позвонил мой старый знакомый, в то время председатель КГБ Украины Н.М. Голушко. Сначала он подробно расспросил, какие имеются данные о катынской трагедии, потом рассказал, что в архивных материалах конвойных войск обнаружены документы, свидетельствующие, что из фильтрационных лагерей польские офицеры доставлялись в Харьков, где их и расстреливали, – где-то около трех тысяч. Он сообщил, что ведутся раскопки в местах расстрела и что других материалов не найдено.

Весной 1990 года было обнаружено еще одно захоронение польских офицеров – более 4 тысяч расстрелянных в селе Медное Тверской области.

По документам, всего были взяты в плен, и это доказано – 10 тысяч польских офицеров. Из них одна тысяча ушла в сформированную в Рязани Польскую освободительную армию. Остается 9 тысяч. Но как же тогда считали: 11 тысяч в Смоленске, 3 – в Харькове и 4 – в Твери?

После разрушения СССР, когда основные цели были достигнуты, убитых стали считать по-новому и приняли такие цифры: в Смоленске захоронены примерно 3 тысячи, в Харькове – 3 и в Твери – 4 тысячи.

Количество расстрелянных поляков в Харькове, Катыни, Медном до сих пор не установлено, цифры постоянно меняются.

В 2003 году в Москве издан большим тиражом научно-исторический труд Ю. Мухина «Антироссийская подлость», посвящённый расследованию фальсификаций «Катынского дела». Впервые автор проанализировал практически все документы по Катыни и пришел к заключению: польских военнопленных расстреляли немецкие фашисты. В подтверждение приводит многочисленные факты, например такие, как: в трупах обнаружены немецкие пули и т.д. Доказывает, что в период с 1989 года по 1992 год было подготовлено большое количество фальшивок, чтобы доказать, что военнопленных расстрелял НКВД.

Вначале утверждали, что расстрел производился по решению «тройки». Когда историки доказали, что «тройки» были ликвидированы в 1938 году, определили, что судило военнослужащих «особое совещание». Опять нестыковка. Особые совещания не имели права выносить приговор к расстрелу. Только 24 сентября 1992 года Администрация Президента и Генеральная прокуратура нашли «случайно» в знаменитой «чёрной папке», или, как её ещё называют, в «особой папке», решение Политбюро от 5 марта 1940 года о предоставлении особому совещанию права расстрела иностранцев. Подлинник этого документа отказались представить даже Конституционному суду. Та же картина с подлинником «пакета Молотова – Риббентропа».

На встрече в сентябре 2004 года Путина с президентом Польши Александром Квасневским в Москве сделано заявление, что «Россия представит Польше документы по расследованию катынского расстрела». По слухам, в «особой папке» по Катыни остался один документ, который раскрывает правду. Будет ли он опубликован – вот вопрос, или увидим «новый» документ?

Можно спорить, кто расстрелял польских военнопленных, но откровенная ложь, что в Катыни была расстреляна элита польского народа – профессора, врачи, священники.

Мемориал в Катыни – филиал Петербургского музея политехнической истории России. Кто-то щедро финансирует этот музей на фоне разрушенных русских музеев. В Катынь организуют экскурсии смоленских школьников. Польский режиссер Анджей Вайда собирается снять фильм о трагедии в Катыни. Всё это приносит свои результаты.

За последнее время в Польше местные власти лишили звания почётных граждан советских военачальников-освободителей, включая маршала Рокоссовского, а в городе Гданьске в аналогичном списке почёта пребывают Геринг и другие фашисты.

Таким образом, не выяснив истинную ситуацию с захоронением, в 2002 году возвели грандиозный мемориал. Так, в Смоленске появился мемориал о зверствах нашего государства. На мой взгляд, он на века вбил осиновый клин в русско-польские отношения.

В Польше происходит осквернение памятников советским воинам. Всё доброе забыто. При освобождении Польши погибли 600 тысяч советских солдат. Советское государство оказало полякам самую всестороннюю помощь в восстановлении народного хозяйства. Но если уж выяснять сложные моменты нашей истории, то у русского народа есть и к Польше вопрос.

Молодое советское государство предоставило независимость Польше. Как бы в «благодарность» польские войска совместно с Антантой ринулись на Россию, захватив западные области страны, Киев и другие города. В мае 1920 года Красная Армия под командованием М.Н. Тухачевского изгнала поляков и двинулась на Варшаву, проиграв там сражения. 120 тысяч красноармейцев попали в плен. Более 60 тысяч без суда и следствия были казнены, заморены голодом. Судьба остальных неизвестна, сообщить о них поляки отказываются.

И вместо послесловия. В 1989 году, во время «борьбы с привилегиями», обком КПСС передал свою представительскую дачу в Козьих Горах облздраву. В ней предполагалось разместить детский профилакторий, предназначенный для восстановления здоровья ослабленных детей из малообеспеченных семей.

Рядом располагался дачный поселок Смоленского УКГБ, где в 14 домиках летом отдыхали около 30 семей оперативных работников. После того как стали распространяться данные о злодеяниях в катынском лесу, я посчитал морально невозможным для себя иметь служебные дачи на месте расстрелов. На коллегии УКГБ единогласно приняли решение бесплатно передать этот посёлок областному здравоохранению. Оформили все необходимые документы.

Через несколько лет я посетил этот посёлок и не узнал его. На месте одноэтажного каменного здания, в котором немцы размещали школу диверсантов, высится трёхэтажный дворец, а на месте дачи начальника Управления КГБ какой-то хозяин возводит очередной дворец.

О детях все почему-то дружно забыли. Весь километровый забор разобран и увезён. Похищено и железное ограждение стоимостью 130 тысяч долларов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *