Экскаваторщик прииска имени Гастелло Балдуев. 1945 год. Фото из газеты «Советская Колыма».
Старый «Демаг» и его команда
Паровой экскаватор «Демаг» № 151 и точно такая же машина под номером 150 вышли из заводских ворот и попали на Колыму в 1937 году. На прииске имени Гастелло «Демаг» № 151 обслуживала дружная и настойчивая бригада.
Машинист Константин Иванович Балдуев (в некоторых публикациях — Болдуев) к 1947 году трудился на этой машине ровно восемь лет. Вначале он работал в нижней команде: пилил дрова в морозные ночи, забрасывал их в высокую кабину, помогал накачивать воду в котел, а в свободное время присматривался к работе кочегара и помощника машиниста. Он долго и настойчиво просил перевести его на экскаватор, но инженер отказывал, ссылаясь на молодость рабочего. В итоге Балдуева все же назначили кочегаром. Механик Николай Емельянов, работавший на «Демаге» с первых дней, обучил его и подготовил к самостоятельной работе. Участвуя в каждом ремонте, Константин изучил агрегат во всех тонкостях.
Под стать бригадиру были и два его помощника — Никанор Муха и Григорий Матюшин. Никанор когда-то работал в строительной части прииска плотником: сколачивал неуклюжие тачки, строил незатейливые крючники, настилал трапы в забоях. Перейдя в экскаваторный парк, он также начал с нижней бригады, а после многолетней практики и нескольких месяцев учебы на экскаваторных курсах в Магадане стал одним из ведущих машинистов. Похожий путь от слесаря и помощника до машиниста прошел и Григорий Матюшин.
Особую роль в коллективе играл механик Емельянов, знавший машину до мельчайших деталей. За 11 лет работы он стал настоящим виртуозом. Отмечалось, что когда Емельянов находился на экскаваторе, он вкладывал в труд особое вдохновение, отчего казалось, что агрегат превращался в живое существо, наделенное разумом.
Март 1947 года. Вызов принят
Зимой, в конце первого квартала 1947 года, встретились два бригадира: Константин Балдуев и Николай Волынкин. Экскаваторы работали по соседству, на одном полигоне, ковш о ковш. У Волынкина был мощный дизельный «Марион», а у Балдуева — повидавший виды паровой «Демаг». Волынкин предложил начать соревнование и вызвать всех экскаваторщиков Дальстроя. Балдуев сперва опасался, так как узлы на его машине были слабоваты, да и ковш невелик — всего 1,15 кубометра, но вызов принял, зная, что сосед слов на ветер не бросает.
18 марта бригада Балдуева подписала социалистическое обязательство: годовой план завершить к 30-й годовщине Октябрьской революции и, не ставя экскаватор на капитальный ремонт, переработать к этой дате 185 тысяч кубометров горной массы. Итоги марта, когда бригада выполнила план на 140%, подтвердили реальность этих планов.
Для увеличения темпов работы машинистам пришлось внедрить ряд новшеств. Небольшой текущий ремонт они старались производить только во время пересменки силами закончившей работу смены. Чтобы облегчить ночные передвижки, было заведено строгое правило: дневная смена обязана расчистить дорожку для ночной бригады. Длинная стрела «Демага» позволяла делать отъездку по 15 метров, но экскаваторщики, перенимая опыт Волынкина, стали делать отъездки только по 6–7 метров. Это позволило почти вдвое ускорить цикл экскавации и брать до двух с половиной ковшей горной массы в минуту.
Борьба за модернизацию
Чтобы машина работала бесперебойно и могла дать сверх плана еще больше грунта, механик Емельянов и бригадир Балдуев предложили увеличить емкость ковша до 1,50 кубометра. Облегченный по сравнению со стандартными ковшами такой емкости, он позволил бы повысить производительность старого экскаватора на 25–30%.
Это рационализаторское предложение долгое время наталкивалось на непонятное сопротивление работников Экскаваторного отдела главка. В итоге заказ все же был передан коллективу Магаданского завода № 2, от стахановцев которого теперь зависел дальнейший успех бригады. Помимо ковша, экскаваторщики остро нуждались в картере главной трансмиссии, который лежал на заводе в Оротукане. По словам Балдуева, наличие этой детали позволило бы выполнить план еще раньше.
Июнь 1947 года. Новые сроки и топливный голод
Призыв Волынкина и Балдуева поддержали десятки других машинистов Теньки. На доску показателей ежедневно заносились цифры выработки «Демага» № 151, на прииске появлялись плакаты-«молнии» о досрочном выполнении заданий.
В начале июня 1947 года бригадир Балдуев зашел к секретарю партийной организации Федору Ивановичу и сообщил, что бригада решила пересмотреть свои обязательства: в подарок предстоящей сессии Верховного Совета РСФСР завершить годовой план на две недели раньше первоначальной задумки — к 1 июля. Секретарь поддержал почин.
Однако к тому времени работа сильно осложнилась. Автомашины застревали в ухабах, и мазут для парового котла поступал с перебоями. Экскаватор простаивал по часу-два, а иногда приисковые хозяйственники и вовсе забывали прислать топливо в ночную смену. На телефонные звонки механику и заместителю начальника прииска никто не отвечал. Экскаваторщикам приходилось звонить напрямую начальнику прииска Михаилу Андриановичу Маханову и горячо требовать мазут. В свободные часы Балдуев просиживал в парке, ремонтируя изношенные детали. Все упущенное время горняки наверстывали упорным трудом. Нарастающий итог увеличивался: 120 тысяч, 125 тысяч кубометров…
Триумфальный финиш
Наступило 23 июня 1947 года — день, когда в Кремле обсуждался государственный бюджет республики. На полигоне прииска раздался протяжный гудок. Стрела «Демага» № 151, описав полукруг, остановилась, и ковш мягко опустился на грунт. Из кабины выпрыгнул бригадир Балдуев. Присев на камень, он достал из кармана комбинезона исписанный клочок бумаги.
Бригадир подсчитал, что накануне до годового плана оставалась ровно тысяча кубометров. За ночную смену машинист Никанор Муха выдал 500 кубометров, следовательно, на смену самого Балдуева оставалось добыть еще 500. В этот момент горный мастер и участковый маркшейдер производили замер забоя. Измерив глубину, длину и ширину, маркшейдер объявил результат смены Балдуева — 570 кубометров. Бригадир прибавил эту цифру к своим расчетам. Итоговый результат составил 130 070 кубометров. Годовой план был досрочно завершен на 100% за 173 дня. Это был первый экскаватор на Теньке, закончивший свое годовое задание.
После этой крупной победы передовой машинист обязался переработать к 30-й годовщине Октября сверх годового плана еще 80 000 кубометров грунта.
Июль 1947 года. Официальное признание и августовские рекорды
В июле 1947 года экскаваторщики парового «Демага» уверенно выдавали по 140–150% плана ежедневно. За эту победу приказом по Тенькинскому управлению всей бригаде была объявлена благодарность, а ее состав занесен на доску почета газеты «Большевик». Статистика приказа впечатляла: при плане экскавации 37,1 кубометра в час, бригада Балдуева в первом полугодии фактически вырабатывала 59,6 кубометра.
К концу августа 1947 года бригада «Демага» № 151, которую к тому времени возглавил механик Емельянов, добилась очередной трудовой победы: месячный план был выполнен всего за 16 дней. Стахановцы продолжали вскрывать торфа уже в счет второго плана.
После 1947 года в истории прииска имени Гастелло упоминания о Константине Балдуеве более не встречаются. В 1949 год в периодической печати несколько раз упоминается паровой экскаватор «Демаг» № 151. Судя по хронике, в 1949 году этой машиной руководит уже другой человек — бригадир Григорий Матюшин, который ранее был слесарем и помощником машиниста в бригаде Константина Балдуева.
Сам же Константин Балдуев после 1947 года из хроник прииска имени Гастелло полностью исчезает (возможно, его перевели на другой прииск, или он уволился из системы Дальстроя).
Вместо эпилога
При подготовке статьи были использованы материалы газет «Советская Колыма», а также документы архивов МОКМ и ГАМО.
Моя признательность за помощь в работе коллективам Государственного архива Магаданской области и Магаданской областной универсальной научной библиотеки имени А.С. Пушкина.