Экскаваторщик прииска имени Гастелло Балдуев. 1945 год. Фото из газеты «Советская Колыма».
Начало
Балдуев Константин Иванович родился в 1913 году в селе Азей Тулунского района Иркутской области. Мать — Балдуева А. И., братья — Балдуев Я.И. и Балдуев Д.И., сестра — Балдуева А.И. Происходил из крестьян. Константин окончил начальную школу, специальность получить не успел и работал чернорабочим.
В 1937 году Балдуев жил в Москве, в Сокольническом районе. Работал на Октябрьской железной дороге. К этому времени был женат, однако жена дожидаться мужа с Колымы не стала: в 1944 году в графе «семейное положение» у Балдуева указано — холост.
В 1937 году Константин был задержан и осужден на 5 лет как «социально вредный элемент».
(СВЭ — лица, не совершившие конкретного преступления, но представляющие опасность для советского строя: «деклассированные элементы», «кулаки» и т. д. Судебные тройки ОГПУ/НКВД применяли к СВЭ административные высылки, ссылки или заключение в лагеря. — О. В.).
Этапом Балдуев был отправлен на Колыму. В бухту Нагаева он прибыл 5 сентября 1939 года.
Прииск имени Водопьянова. В бригаде «Демага» № 151
Паровой экскаватор «Демаг» № 151 и аналогичная машина под номером 150 были закуплены и доставлены на Колыму в 1937 году. «Демаг» № 151 направили на прииск имени Водопьянова.
В 1939 году заключенный Балдуев начал работать в нижней команде экскаватора: пилил дрова в морозные ночи, забрасывал их в высокую кабину, помогал накачивать воду в котел. В свободное время он присматривался к работе кочегара и помощника машиниста. Константин настойчиво просил перевести его на саму машину, но инженер отказывал, ссылаясь на молодость рабочего. В итоге Балдуева все же назначили кочегаром. Механик Николай Емельянов, работавший на «Демаге» с первых дней, обучил его и подготовил к самостоятельной работе. Участвуя в каждом ремонте, Константин изучил агрегат во всех тонкостях.
Константин Иванович получил свободу 9 июня 1942 года. Уже 12 июня он был принят на должность машиниста на прииске имени Водопьянова (СГПУ). Фактически он остался на том же экскаваторе, но из нижней бригады перешел в верхнюю.
(Забегая вперед, стоит отметить, что в дальнейшем Балдуева можно встретить и на посту бригадира, машиниста и механика этого же экскаватора. Профессиональная биография Константина изобиловала крутыми поворотами. — О. В.)
«Демаг» № 151 в РЭКС ТГПУ
Весной 1943 года экскаватор был переброшен с прииска имени Водопьянова (СГПУ) на Районную экскаваторную станцию (РЭКС) ТГПУ. Как было принято в Дальстрое, тяжелая техника кочевала с прииска на прииск вместе с «верхней бригадой» — квалифицированными специалистами, которые умели работать именно на этой машине и знали её досконально.
Вместе со своим агрегатом перевели и Константина Ивановича: 19 апреля 1943 года он был зачислен в штат РЭКС ТГПУ на должность экскаваторщика.
10 февраля 1944 года Балдуев получил благодарность с занесением в трудовую книжку за выполнение плана.
Прииск имени Гастелло
В начале 1944 года экскаватор «Демаг» № 151 был передан из состава РЭКС ТГПУ на прииск имени Гастелло, всё также, вместе с верхней бригадой. Константин Иванович был переведён на прииск имени Гастелло с 5 февраля 1944 года в должности машиниста экскаватора.
В начале 1944 года экскаватор «Демаг» № 151 перебросили из состава РЭКС ТГПУ на прииск имени Гастелло. По устоявшейся практике машину перевели вместе со штатной верхней бригадой. 5 февраля 1944 года Константин Балдуев был зачислен в штат прииска имени Гастелло на должность машиниста экскаватора.
1944 год
Июнь. Экскаваторный парк
В июне 1944 года экскаваторщики прииска имени Гастелло занимали ведущее место среди механизаторов Теньки. На тот момент экскаваторный парк предприятия состоял из четырёх машин.
Паровой экскаватор «Демаг» № 151 под управлением машиниста Балдуева работал в долине реки Омчак. Показатели бригады экскаватора составляли 1 500 кубометров в сутки. Однако в середине июня из-за отсутствия горючего на прииске показатели начали падать. Так, 16 июня машина простояла 6 часов и смогла вскрыть только 1190 кубометров грунта.
Декабрь. Подведение итогов
В честь выполнения плана Дальстроем по добыче металла в 1944 году в газете «Советская Колыма» в декабре 1944 года публиковались статьи и очерки передовых приисков.
В номере от 26 декабря вышла статья начальника прииска имени Гастелло М. Маханова. В ней он подводил итоги работы и обозначал производственные перспективы: «…Успех работы в 1944 году решили экскаваторы. Наши лучшие машинисты Ганчурин, Балдуев, Ялвега, Дрёмин и их коллективы хорошо справились с возложенными на них задачами. Наш «Марион» за год переработал 395 тысяч кубометров, паровой «Демаг» — 145 тысяч, «ППГ» № 361 — 130 500 кубометров и «Молотовец» — 76 600 кубометров грунта».
1945 год
Бригада экскаватора «Демаг» № 151
На прииске имени Гастелло паровой экскаватор «Демаг» № 151 обслуживала слаженная бригада. В газетных очерках того времени Константин Иванович Балдуев уже упоминается в должности бригадира.
Под стать бригадиру были и два его помощника — Никанор Муха и Григорий Матюшин. Никанор когда-то работал в строительной части прииска плотником: сколачивал тачки, делал крючники, настилал трапы в забоях. Перейдя в экскаваторный парк, он начал работу с нижней команды, а после многолетней практики и нескольких месяцев учебы на курсах в Магадане стал одним из ведущих машинистов. Похожий профессиональный путь от слесаря и помощника до машиниста прошел и Григорий Матюшин.
Особую роль в коллективе играл механик Емельянов, знавший машину до мельчайших деталей. За 11 лет работы он стал настоящим виртуозом своего дела. Современники отмечали, что под его управлением агрегат работал с безупречной точностью, словно живой механизм.
Работа «Демага»
3 января 1945 года экскаватор под руководством бригады Балдуева вскрыл 810 кубометров торфов. При этом машина имела четырехчасовой простой из-за небольшого текущего ремонта, что делает суточный объем выработки еще более показательным.
Весной 1945 года экскаваторный парк прииска имени Гастелло завоевал репутацию лучшего в управлении. За высокие производственные показатели машинисты Ганчурин и Дрожжин были отмечены правительственными наградами. 13 марта 1945 года бригадиры Рыбалов, Дрёмин и Балдуев были награждены нагрудными знаками «Отличнику дальстроевцу». Константину Ивановичу нагрудный знак был вручён «Отличнику дальстроевцу» 13 марта 1945 года.
1946 год
Первой в Омчакской долине и на прииске имени Гастелло на зимний полигон вывела свой экскаватор «Демаг» бригада Балдуева.
Приступив к вскрыше торфов, Константин Иванович от имени бригады взял обязательство в честь выборов в Верховный Совет СССР ежедневно выполнять не менее тысячи кубометров вскрышных работ и к выборам в Верховный Совет закончить вскрышу торфов на отведенном полигоне. Экскаваторщики сдержали свое слово: в первый же день работы «Демаг» вскрыл 1 100 кубометров, а 15 января — свыше 1 150 кубометров торфов.
На стахановскую вахту встала бригада Балдуева (паровой экскаватор «Демаг»). За сутки Балдуев дал чистой вскрыши 1 240 кубометров и выполнил свое суточное задание на 135%. 11 февраля суточное задание было выполнено на 111%.
Апрель. Успехи «Демага»
20 апреля 1946 года Константин Иванович заключил договор с Дальстроем сроком на один год.
Из заметки в газете «Советская Колыма» от 23 апреля 1946 года: «Под вечер в кабинет начальника прииска Маханова заходит человек невысокого роста. Одет в поношенную, замасленную телогрейку. Видно, что он пришёл сюда прямо с работы.
— Товарищ начальник, сегодня 1 770 кубометров.
— Молодцы! — отвечает начальник.
Слово «молодцы» относится не только к пришедшему в кабинет бригадиру экскаватора «Демаг» Емельянову, но и к его сменным машинистам Мухе и Балдуеву. Обращаясь к присутствующим в кабинете, начальник прииска добавляет:
— Им на апрель дан оперативный план 927 кубометров на сутки, а они сегодня, видите, сколько отвалили — 1 770! Это будет больше 190% оперативного задания.
Приведённый разговор происходил 18 апреля. Этот день у бригады Емельянова не был рекордным. В апреле она перевыполняет план ежедневно, а 17 апреля, например, дала 1 850 кубометров. За 18 дней апреля бригада вскрыла значительно больше торфов, чем за весь предыдущий месяц».
Показательная деталь: в этот же день, 18 апреля, дизельный «Марион» переработал всего 1 070 кубометров — на 700 кубометров меньше, чем паровой «Демаг».
Аварии и виновники
Летом 1946 года из-за слабого контроля со стороны руководства в экскаваторно-бульдозерном парке прииска имени Гастелло начались серьезные проблемы с трудовой дисциплиной. Нарушения правил технической эксплуатации машин стали частым явлением.
Не стал исключением и паровой экскаватор «Демаг» № 151. В ночную смену на агрегате вышла из строя шестерня, потребовался срочный, но небольшой ремонт. Вместо немедленной ликвидации поломки помощник машиниста Матюшин бросил машину и ушел домой, никого не предупредив и не дождавшись сменщика. Узнав об аварии, механик Сулимов потребовал от Матюшина вернуться на полигон, но тот проигнорировал распоряжение. В полночь на смену должен был заступить второй помощник машиниста Холеев, однако он также не явился на работу без объяснения причин. В результате экскаватор простоял вхолостую три часа.
В ту же ночь на «Демаге» сгорел мотор водоотливного насоса. Причина — халатность машиниста Балдуева, который оставил работающий двигатель без присмотра. Из-за подобной безответственности Константина Ивановича только за один месяц на экскаваторе были выведены из строя три двигателя.
1947 год
Экскаваторный парк. План на 1947 год
В 1945 году экскаваторный парк прииска имени Гастелло насчитывал 12 машин, а план переработки горной массы составлял 1 545 000 кубометров. В следующем, 1946 году количество экскаваторов сократилось до семи, при этом производственный план вырос до 1 615 000 кубометров. К 1947 году в распоряжении парка осталось всего пять машин, которым предстояло переработать 1 500 000 кубометров грунта.
Перед коллективом встала сложная задача: выполнить огромный объем работ минимальным количеством техники. Машинисты взяли на себя обязательство завершить годовой план прииска к 30-й годовщине Октябрьской революции. Лучшие экскаваторщики предприятия — Волынкин, Балдуев и другие — обязались выполнить свои личные годовые нормы всего за шесть месяцев.
Март 1947 года. Вызов принят
В конце первого квартала 1947 года экскаваторы бригадиров Константина Балдуева и Николая Волынкина работали на одном полигоне. У Волынкина был мощный дизельный «Марион», у Балдуева — старый паровой «Демаг». Волынкин предложил начать соревнование и бросить вызов всем экскаваторщикам Дальстроя. Балдуев сначала сомневался, так как узлы на его машине были изношены, а объем ковша составлял всего 1,15 кубометра, но вызов принял.
В марте 1947 года бригада экскаватора «Демаг» № 151 считалась одной из лучших на прииске имени Гастелло, ежесуточно перевыполняя плановые задания. 18 марта коллектив Балдуева подписал социалистическое обязательство: завершить годовой план к 30-й годовщине Октябрьской революции и, не ставя экскаватор на капитальный ремонт, переработать к этой дате 185 тысяч кубометров горной массы.
Уже 20 марта бригадир «Демага» рапортовал о завершении месячного плана. При подведении итогов выяснилось, что выработка составила 140%, что говорило о серьёзном подходе бригады к выполнению своих обязательств.
Для увеличения темпов машинистам пришлось внедрить ряд рационализаторских решений. Текущий ремонт старались проводить только во время пересменки силами сдавшей вахту бригады. Чтобы облегчить ночные передвижки, ввели строгое правило: дневная смена обязана подготовить дорожку для ночной. Длинная стрела «Демага» позволяла делать отъездку на 15 метров, но экскаваторщики, переняв опыт Волынкина, сократили ее до 6–7 метров. Это позволило почти вдвое ускорить цикл экскавации и забирать до двух с половиной ковшей горной массы в минуту.
Борьба за модернизацию
Чтобы машина работала бесперебойно и могла дать сверх плана еще больше грунта, механик Емельянов и бригадир Балдуев предложили увеличить емкость ковша до 1,50 кубометра. Облегченный по сравнению со стандартными ковшами такой емкости, он позволил бы повысить производительность старого экскаватора на 25–30%.
Это рационализаторское предложение долгое время наталкивалось на непонятное сопротивление работников Экскаваторного отдела главка. В итоге заказ все же был передан коллективу Магаданского завода № 2, от стахановцев которого теперь зависел дальнейший успех бригады. Помимо ковша, экскаваторщики остро нуждались в картере главной трансмиссии, который лежал на заводе в Оротукане. По словам Балдуева, наличие этой детали позволило бы выполнить план еще раньше.
Итоги апреля
В предмайском социалистическом соревновании первенство удерживал машинист Волынкин. Бригада экскаватора «Демаг» № 151 выполнила месячный план 25 апреля.
Июнь 1947 года. Новые сроки и топливный кризис
Призыв Волынкина и Балдуева поддержали десятки других машинистов Теньки. На доску показателей ежедневно заносились цифры выработки «Демага» № 151, на прииске выпускались плакаты-«молнии» о досрочном выполнении заданий.
В начале июня 1947 года бригадир Балдуев сообщил секретарю партийной организации о решении коллектива пересмотреть взятые обязательства. В честь предстоящей сессии Верховного Совета РСФСР бригада обязалась завершить годовой план на две недели раньше первоначального срока — к 1 июля. Партийное руководство поддержало инициативу.
К этому времени условия работы значительно усложнились. Из-за плохой проходимости дорог автомашины застревали, мазут для парового котла доставлялся с перебоями. Простои экскаватора достигали одного-двух часов, периодически снабжение топливом в ночную смену полностью отсутствовало. Звонки дежурному механику и заместителю начальника прииска оставались без ответа. Машинистам приходилось связываться напрямую с начальником прииска М.А. Махановым и требовать обеспечения мазутом. В свободное от смен время Балдуев занимался ремонтом и восстановлением изношенных деталей.
Упущенное из-за простоев время бригада компенсировала интенсивной работой. Нарастающий итог выработки увеличивался: 120 тысяч, затем 125 тысяч кубометров.
Триумфальный финиш
Наступило 23 июня 1947 года — день, когда в Кремле обсуждался государственный бюджет республики на полигоне прииска раздался протяжный гудок. Стрела «Демага» № 151, описав полукруг, остановилась, и ковш мягко опустился на грунт. Из кабины выпрыгнул бригадир Балдуев. Присев на камень, он достал из кармана комбинезона исписанный клочок бумаги.
Бригадир подсчитал, что накануне до годового плана оставалась ровно тысяча кубометров. За ночную смену машинист Никанор Муха выдал 500 кубометров, следовательно, на смену самого Балдуева оставалось добыть еще 500. В этот момент горный мастер и участковый маркшейдер производили замер забоя. Измерив глубину, длину и ширину, маркшейдер объявил результат смены Балдуева — 570 кубометров. Бригадир прибавил эту цифру к своим расчетам. Итоговый результат составил 130 070 кубометров. Годовой план был досрочно завершен на 100% за 173 дня. Это был первый экскаватор на Теньке, закончивший свое годовое задание.
После этого достижения бригада продолжила работу на вскрыше торфов, ежедневно выполняя норму на 145—150%.
Коллектив взял на себя дополнительное обязательство: к 30-й годовщине Октябрьской революции переработать сверх годового плана еще 80 тысяч кубометров грунта.
Июль 1947 года. Официальное признание и августовские рекорды
В июле 1947 года машинисты парового экскаватора «Демаг» ежедневно выполняли норму на 140–150%. За высокие производственные показатели приказом по Тенькинскому управлению бригаде была объявлена благодарность, а ее состав занесен на Доску почета газеты «Большевик». Согласно данным приказа, при норме экскавации 37,1 кубометра в час фактическая выработка коллектива в первом полугодии составила 59,6 кубометра.
В августе 1947 года бригада «Демага» № 151, которую к тому времени возглавил механик Емельянов, выполнила месячный план за 16 дней. Коллектив продолжил вскрышу торфов в счет второго плана.
Июль. Путь домой
Казалось бы, после таких громких трудовых побед Константина Балдуева ждали всеобщее признание на Колыме и новые рекорды. Но он принял другое решение.
В июле 1947 года его контракт с Дальстроем подошел к концу. Константин Иванович не стал его продлевать, написал заявление на увольнение в связи с выездом на материк и 19 июля официально покинул прииск имени Гастелло.
Ровно через месяц, 19 августа 1947 года, Балдуев поднялся на борт парохода в бухте Нагаева. Впереди был долгий путь через море в Иркутск, а оттуда — домой, в родной Тулунский район, к родным, которые ждали его возвращения.
Колыма проверяла людей на прочность. Константин Балдуев эту проверку прошел. Оставив позади лагерный срок, морозы нижней вахты и тяжелые рычаги «Демага», он увозил с собой на материк не только статус свободного человека и запись в трудовой книжке, но и репутацию одного из лучших машинистов Дальстроя. Техника осталась работать на полигонах Омчакской долины, а человек вернулся домой.
Вместо эпилога
При подготовке статьи были использованы материалы газет «Советская Колыма», а также документы архивов МОКМ и ГАМО.
Моя признательность за помощь в работе коллективам Государственного архива Магаданской области и Магаданской областной универсальной научной библиотеки имени А.С. Пушкина.