Про детей и медведей

Человек так устроен, что и среди тягостных и серых будней находит, порой неожиданно, яркий и приятный осколочек забытой жизни. Может это обрывок любимой мелодии из казенного репродуктора или горсть спелых ягод, а может поймает на себе внимательный взгляд незнакомых, но уже родных глаз и сердце сразу зайдется в непонятной истоме.

А жизнь умеет порой преподнести сюрприз откуда и не ждешь.

Именно о любви я и собираюсь говорить.

Многие несли в сердце сквозь колымские морозы и лишения единственную свою пылающую, согревающую и манящую надеждой любовь и это заставляло идти и бороться и выживать стиснув зубы.

Но еще больше рождалось романов в повседневной жизни, где женщины были отделены от мужчин противоестественными силами, следившими строго, чтобы эти стихии не смешивались. Да разве природу удержишь убогими правилами и запретами.

Тем более сами стражи порядка первыми падали сраженными коварным амуром. Любовь находила точку, где просочиться через плотину рутины и запретов и сдержать ее было не во власти людей.

Тут еще и со всей округи привозили штрафниц не устоявших перед любовными искушениями и проявившими свое женское естество в намерении продолжить род людской.

И если отбросить все стенания и предрассудки той поры, то «Эльген» являл собою центр материнства и любви, что упорно не хотели видеть мрачные озабоченные личности, в чьих руках находился нерв управления и организации.

Работы и забот у нянечек и обслуги деткомбината год от года только прибавлялось, несмотря на военное лихолетье и послевоенный голод. Содержание деток, зачастую в колымских легендах описывают как ужасное и даже зверское, не хочу с этим соглашаться. Ведь за малышами ухаживали люди из этой же среды и жившие рядом в одном поселке с роженицами как вольными так и заключенными. Но фото дети выглядят хоть и не роскошно, но весьма упитаны и здоровы.

Детвора подросла и в году сорок седьмом потребовалось строить им школу, с запасом на будущее. Ее и построили через дорогу от конторы под углом к линии дороги. Образовав тем самым в центре села просторную площадь. Здание рубленное, получилось очень красивым и даже с некоторым шиком. Как и обычно с печным отоплением и длинным коридором для детворы, чтобы бегали в перемены.

Как школа оно просуществует лет десять, потом сюда переведут контору совхоза. А школу в начале пятидесятых построят новую. Большую и вместительную, опять с запасом на будущее (думали люди о будущем).

Уже миновал 1947, запомнившийся как самый голодный послевоенный год. Война не коснувшись Колымы напрямую, все же оставила свой след и здесь, выкосив ряды заключенных голодом и болезнями. Но новые волны невольников вскоре заполнили бреши в рядах заключенных. Это были в большинстве люди с западных областей Союза и много иностранцев. И статьи у них тоже были доселе невиданными (шпионы, бандеровцы, изменники Родины и т. д.), были среди них любители собирать колоски и прогульщики (времена были жесткие, за горсть зерна найденного в кармане и за не выход на работу, запросто можно было очутиться в лагере).

Но все так же угрюмо брели по дорогам Эльгена колонны женщин, охраняемые конвоирами, носились «мамки» по пять раз в сутки на кормежку младенцев.

Направление в развитии совхоза приобрело устойчивые границы, время экспериментов закончилось. Что получалось лучше, на том сосредоточились. А получалось выращивать огурцы и капусту и разводить молочное стадо. Так и осталось молочно-овощное направление на долгие годы.

Заметно к пятидесятым поселок прирос вольным контингентом, и их вклад в общее дело стал весомее. Потребности у людей росли, им нужны были магазины, больница, школа, детский сад, клуб с библиотекой. Да и производство требовало нового развития. Построили мех базу, электроцех, технические склады, котельные. Стала регулярно, пусть и в ничтожных объемах, поступать новая техника. Совхоз имел уже несколько грузовых машин и тракторов.

Все это хозяйство и содержали вольные (как было принято здесь называть) жители Эльгена.

Весь берег речки Эльгенки от агробазы до «ДОКа» застроили частыми домишками. Речка рядом, огородики небольшие  у каждого под картошку. Ведь без картошки и не мыслили себе жизни люди в то время. Кто порасторопнее и поросеночка заводил.

Как здесь не рассказать про одного эльгенского чудака Сашку Метелкина. Так вот, был он заядлым и весьма удачливым охотником, и нередко ходил на медведя. Медведей вокруг поселка, как уже было сказано, водилось в несметных количествах. Так что встретить и разобраться с ним имея опыт, не составляло большой проблемы. Лицензии тогда не надо было покупать, все было просто и естественно. Есть ружье – значит есть право.

Несколько раз попадала ему на пути медведица с медвежонком. В чаще лесной, да в ночной засаде, трудно определить половую принадлежность зверя. Короче так получалось, что в довесок приводил на ремне еще и медвежонка. И помещал его в металлическую клетку возле дома. И этот зоопарк очень нравился жителям поселка. Даже из детского сада водили детвору на экскурсию – смотреть медведя. Всегда народ толпился глазея и угощая зверюгу. А он рос и матерел на подачках не по дням, а по часам (как в сказке).

Однажды выросший зверь исчезал, детворе говорили мол, отпустили в лес на свободу. Да как детям объяснишь, что его постигла участь что и поросенка в конце сезона. Не каждый будет употреблять в пищу медвежатину, но в этом случае все проходило гладко. К тому же были заверения, что это очень целебный продукт. Впрочем и я что-то слышал про медвежью желчь и сало…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *