Стекловар и столяр

Об экономической эффективности того или иного производства, то есть выгодности выпуска какой-то конкретной продукции на стекольном заводе речь заходила пе часто. Да и как ее было заводить в пятидесятые—шестидесятые годы, когда все определялось безаппеляциониым словом: «Надо!» Необходимыми, скажем, стали те же высоковольтные электроизоляторы. И Никишов сказал: «Делать!» Кто, если бы и задумался, заговорил с ним об экономике?! Ведь, действительно, надо. Без них прииски могли стать. Да и сама экономика выглядела иначе: рабочая сила, инженерные ум и знания дармовыми были.

Интересен один из первых документов на эту тему — материал В. Вавилова, начальника планового отдела стекольного завода. Им проанализировано положение дел на предприятии за пятилетие. Отправной точкой взят 1970 год. Картина раскрывалась такая. Пятилетку завод начинал, имея хорошие показатели по всем технико-экономическим позициям: плану по реализации товарной продукции, ее валовому выпуску, росту производительности труда. Но удельный вес производства бутылок в общем объеме производства валовой продукции составлял 70,9 процента, производство мебели—16,1 процента, прочая продукция деревообработки, вулканпепел и теплоэнергия складывались в 13 процентов.

За пятилетие рост предусматривался па 58,4 процента, в том числе по производству бутылки — на 32 процента, мебели — на 78,6 процента.

Мебель оставалась убыточной. Затраты на ее производство составляли два рубля на рубль товарного выпуска. Бутылка, наоборот, была рентабельной. Затраты но ее выпуску — 79—80 копеек на рубль продукции.

При этом трудовые затраты в стекольном цехе в расчете на единицу продукции оказывались в три раза меньше, чем в ДОЦе (в стеклоцехе — 87,4 часа, в деревообработке — 256 часов). Но не отказываться же от производства мебели?!

Выход виделся тот же— перекрывать убытки прибылью. Выпуск бутылок после реконструкции печи и ввода еще одной машино-линии возрос на 20—25 процентов. В то же время установка пресса в деревообрабатывающем цехе освободила завод от зависимости от Магаданского комбината, откуда получали щиты для изготовления мебели, а пристройка новой покрасочной камеры с лаконаливной машиной улучшила условия труда рабочих, увеличила пропускную способность отделения.

Составное отделение стекольного цеха находилось в стадии пуска и позволяло давать до 35—36 млн. штук бутылок в год. Но для этого вставала необходимость реконструкции самого цеха, так как расширение ванной печи и установка оборудования в имеющемся помещении были невозможны, да и само здание обветшало.

Далее начальнику планового отдела виделась необходимость постройки нового цеха для возрождения производства оконного стекла. Это увеличило бы объем по выпуску продукции на 18— 20 процентов и обеспечило потребность строительных организаций в этом материале; (Проблема и на сегодня не снятая. Оконного стекла в области хронически не хватает.)

В структуру завода входило, кроме двух — стекольного и ДОЦа, еще пять вспомогательных и два непромышленных цеха. Для обеспечения сырьем и материалами стекольному необходимо было семь-восемь наименований разных ресурсов. ДОЦу— 70—80. Дорого— 380—400 рублей в час обходилась предприятию электроэнергия. Ее часто отключали аварийно, и завод терпел дополнительные убытки. Необходим был свой, резервный источник питания.

С 1968 года завод работал по новой системе планирования и экономического стимулирования. За это время дважды менялись фондообразующие нормативы и столько же — показатели их образования. Единые показатели для стекольщиков и деревообработчиков подобрать практически невозможно.

Вывод В. Вавилова: «Профиль стекольной промышленности несовместим с мебельным и деревообрабатывающим производством. Развивать заводу стоит лишь профилирующую, выгодную отрасль — стекольную. Стекловар не может быть столяром так же, как столяр стекловаром».

По тому времени это было смелое, проблемное выступление. Но ни от начальника планового отдела, ни от директора, ни тем более от коллектива мало что зависело. Единственным и непререкаемым распорядителем всего сущего являлась командно-административная система, а ей себестоимость продукции и вытекающее из нее финансовое положение предприятия было глубоко безразлично. Рабочие получали зарплату, обеспечивающую, примерно, равный нижайший прожиточный уровень,— и баста. Дальше демагогия: вот ведь, невыгодна мебель, а делаем, сами видите. Заботится государство о северянах…

Впрочем, и В. Вавилов вряд ли надеялся что-то изменить своим выступлением. Закончил его обычными уверениями, что будут приложены все силы и т. д. Но высказался человек по крайней мере.

Глава из книги Шалимова Ю.Б. Легенды и быль Колымского стекла. Магадан, 1992 год.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *