Шанс на жизнь

32603

Автомобиль «скорой» останавливается у подъезда. Два фельдшера идут на вызов. Человеку плохо.

Через пару минут выясняется, что человеку не просто плохо – он фактически при смерти. Артериальное давление близко к нулю. Надо качать.

Звонок на сотовый санитару-водителю, оставшемуся в машине:

– Растворы и реанимацию – быстро!

Выхватив из салона две увесистые укладки, водитель взлетает на пятый этаж. Без лишних слов каждый делает что должен. Один фельдшер – непрямой массаж сердца и инъекции, растворы для которых непрерывно набирает в шприцы второй фельдшер. Санитар-водитель одной рукой держит повыше флакон с раствором для капельницы (в машине есть штатив, но больного еще надо туда донести, а времени нет); второй рукой в нужные моменты сжимает гармошку «амбушки» (дыхательный ручной аппарат «мешок Амбу»), нагнетая в легкие умирающего человека воздух.

Укол, массаж, «вдох» «амбушки». Укол, массаж, вдох. Еще. Еще. Быстрее!Давление? Понемногу поднимается. 70, 80, 90. Достаточно для транспортировки. Бригада укладывает больного на мягкие носилки, аккуратно спускает по ступенькам подъезда (пятый этаж!), несет к машине. Женщины-фельдшеры перехватывают ношу, пока водитель открывает задние двери «Соболя» и выкатывает центральные носилки.

Закатывают, грузятся. Фельдшеры еще не успевают сесть и для надежности зафиксироваться за что-нибудь рукой, а водитель уже жмет на газ, вылетает из двора на улицу и что есть духу под вой сирены несется к приемнику областной больницы. Надо успеть довезти. Надо дать человеку шанс на жизнь.

***

Чаще всего работники Магаданской областной станции скорой помощи дают нам этот шанс. Ценой умственного, нервного и физического напряжения на грани возможного. Видели когда-нибудь бригаду сразу после реанимационных действий? Они же все мокрые! Одежда пропитана потом навылет! Возвращать человека с того света – тяжелая, стрессовая работа даже для троих.

А теперь смотрите: с некоторых пор в пунктах скорой помощи, расположенных в районах области, на смену выходят бригады из двух человек – одного фельдшера и водителя. И, как правило, смену перекрывает одна такая бригада.

Населенных пунктов в зоне ее ответственности может быть несколько. Плюс участок трассы, на которой случается всякое. Уехала бригада на вызов – все, пока не вернется, неотложную помощь оказывать некому.

Подчеркиваю: неотложную. Таблетку там от давления дать или шину наложить на перелом. Потому что экстренную помощь недоукомплектованная бригада при всем желании и квалификации медика полноценно оказать не сможет. Просто рук не хватит.

Что из этого следует? То, что формально во всех районах Магаданской области служба скорой помощи присутствует, и люди рассчитывают на нее, но по факту она не способна качественно выполнить свою главную функцию – спасти жизнь человека в экстренном случае. Шанса, который есть у жителей Магадана, у населения колымских поселков нет.

В этой связи хочу процитировать две статьи Конституции РФ: «Каждый имеет право на жизнь» (ст.20) и «Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства» (ст.19).

***

Согласна, на грани жизни и смерти мы балансируем не каждый день (и слава богам!). Не каждую смену бригады «скоропомощников» выкладываются по полной, не давая пациенту умереть. Разумеется, количество экстренных ситуаций прямо пропорционально численности населения, то есть в колымских поселках в среднем они случаются реже, чем в областном центре. Как, заметьте, и пожары. При этом пожарно-спасательные части в наших поселениях все-таки присутствуют, как положено по закону: в 20-минутной зоне доезда. И это правильно: мало ли что. Скорая помощь – такая же экстренная служба, как и пожарная, не так ли?

Стоит учитывать еще такой фактор, как безопасность бригады. Что может ожидать медиков на вызове? Да все что угодно: пьяная компания, бытовая драка, пациент в состоянии невменяемости, нападение злобного животного… Двое, пусть даже женщины, смогут отбиться, позвать кого-то на помощь, вызвать полицию. А один, или, чаще всего, одна?

Если статистика экстренных ситуаций в конкретном населенном пункте минимальна, позволяет ли это ограничиваться полумерами – урезанной бригадой, не круглосуточной работой пункта скорой помощи?

Я лично считаю, что так нельзя. На трассе такие же люди, как и в областном центре, их жизни не менее ценны. Как простому человеку, не переносящему несправедливость и любую дискриминацию (в данном случае – по территориальному признаку), мне хочется крикнуть на всю область: «Люди, тикайте! Туда, где в случае чего за вашу жизнь будет кому бороться».

Как представитель СМИ я сдержусь и приведу доводы министра здравоохранения Ирины Лариной, озвученные на расширенном заседании рабочей группы «Качество повседневной жизни» регионального отделения ОНФ, состоявшемся в Магадане 25 октября.

Насколько аргументы министра оправдывают сегодняшнюю ситуацию, решать вам. Отзывы приветствуются.

***

Как следует из разъяснений И.Е. Лариной, оптимизация штатного расписания районных пунктов скорой помощи не производилась и не планируется. Ставки второго фельдшера в бригадах не сокращены, они имеются, но в силу кадрового дефицита разрабатываются теми, кто есть в наличии (вырастет ли от доплаты у фельдшера вторая пара рук – вот вопрос! Да и сколько составляет та доплата?).

«Фельдшерские бригады – это максимум, что мы можем себе позволить в районах. Таковы наши реалии, – отметила Ирина Евгеньевна. – Не хотят фельдшеры ехать в поселки, уговариваются с трудом.

Но мы работаем над этим. В сложившихся условиях принимающий вызов диспетчер дает ему оценку, и если надо выезжать, допустим, к больному с острой коронарной патологией, бригада усиливается дежурным реаниматологом».

Осталось выяснить, есть ли дежурный реаниматолог, скажем, в Омчаке, Сеймчане или Эвенске.

Кроме того, в очередной раз подчеркнула министр, работа всех медицинских служб регламентирована определенными нормативами, согласно которым одна бригада скорой помощи положена на 10 тысяч населения.

С учетом того, что ни в одном районе Магаданской области столько людей не проживает, экстренной медицинской службы там быть вообще не должно. Тем не менее, она присутствует, и за это решение И.Е. Ларина выражает благодарность губернатору области. (Попутно: если кто знает норматив, какое количество населения позволяет содержать региону правительство и, в частности, министерство здравоохранения, прошу поделиться ссылкой).

Члены штаба регионального ОНФ напомнили министру, что нормативы, предложенные 388-м приказом Минздрава РФ, носят рекомендательный характер, поэтому решение, как оптимально выстроить работу «скорой», какие внутренние ресурсы изыскать, чтобы сохранить доступность экстренной медицинской помощи для населения отдаленных от центра поселков, принимается на местном уровне.

На расширенном заседании «фронтовики» с представителями власти обсудили и другие проблемы регионального здравоохранения. Одни из самых актуальных, исходя их результатов мониторинга общественности и, собственно, из нашей повседневной жизни: очереди в поликлиниках, вызванные оттоком квалифицированных кадров; увеличение нагрузки на медработников поликлиник при уменьшении их реальных доходов; неудовлетворительная организация работы отдельных служб (онкологической, гинекологической).

Комментарии министра по этим вопросам – в следующей публикации.

Автор статьи: Саша Осенева.

2.11.2017 год.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *