Кто заводит краба за камень?

Михаил Котов.

Михаил Котов рассказывает об успехах и новых вызовах магаданских рыбаков.

Труд рыбака, тем более занятого морским промыслом, никогда не считался легким. Долгие месяцы вдали от родных берегов, семей и обычных житейских радостей. Свирепые шторма, уходящая из-под ног обледенелая палуба. Ежедневные и еженощные вахты – у трала, ловушек, локаторов, в машинном отделении или в цеху переработки.

Но вовсе не эти трудности огорчают промысловиков, лишают их уверенности в завтрашнем дне. Есть стихия куда более грозная и непредсказуемая, чем море: высокие чиновники, среди которых, как правило, настоящих профессионалов немного, а вот любителей придумывать реформы, нововведения – через одного. И добро бы приводили они к улучшению положения дел в отрасли, снижению цен на морепродукты. Так ведь нет, все с точностью до наоборот!

Последний тому пример – намерение неопределенного круга лиц при поддержке конкретных чиновников вернуть распределение квот на вылов краба исключительно на аукционах, а не по «историческому принципу», чего российские рыбаки огромными усилиями добились в 2004 году.

Практика продажи квот с молотка за невероятные деньги в России уже применялась в начале 2000-х. За очень короткий срок она привела к глубокому кризису отрасли. Только два-три года назад устоявшие промысловые компании расхлебали ту кашу, рассчитались с долгами, всерьез занялись инвестициями в производство. Будем наступать на те же грабли?

004

Чем предлагаемый способ распределения долей на добычу краба чреват для рыбопромышленного комплекса страны, Дальнего Востока и нашего региона в частности, рассказывает президент Магаданской ассоциации рыбопромышленников, генеральный директор ООО «Тихоокеанская рыбопромышленная компания» и ООО «Маг-Си Интернешнл» Михаил Котов.

– Михаил Николаевич, давайте сначала о хорошем: об итогах работы наших рыбаков в уходящем 2017 году.

– В целом отработали очень неплохо. Об этом говорит и увеличение на 40 процентов налоговых поступлений от наших компаний – порядка 1 млрд рублей, и рост средней заработной платы работников до 138 тысяч рублей. Для сравнения: в горнодобывающей, ведущей отрасли региональной экономики средний заработок составил 96 тысяч.

Полностью освоены квоты на краба, трубача, сельдь, минтай, несмотря на то, что в последний месяц в Охотском море была крайне неблагоприятная штормовая обстановка.

Продолжаем вкладывать большие средства в развитие производства. В этом году опять пополнили свой флот. Теперь на крабовом промысле у нас задействованы пять судов, на которых применяем рассольную и воздушную заморозку, а также производим сыромороженого краба. Модернизация судового оборудования позволила нам выпускать продукцию отменного качества и в разы увеличить производительность.

– Как прошла лососевая кампания? Летнюю путину на Дальнем Востоке некоторые источники называют провальной. Вы с этим согласны?

– Насчет «провальной» СМИ несколько погорячились. Неудачной рыбалка была только на Сахалине. Камчатка план почти выполнила, а, например, Хабаровский край взял в два раза больше, чем предполагалось изначально.

002

Магаданские рыбаки тоже выловили бы в два – два с половиной раза больший объем, если бы не ряд обстоятельств, в числе которых – непродуманное первоначальное распределение долей по рекам, а также известные события в территориальном управлении Росрыболовства. Несколько недель в самый разгар путины, когда день в буквальном смысле год кормит, мы не могли согласовать ни одного вопроса, требующего оперативного решения.

А ход лосося был редкий! По меньшей мере, десять последних лет ничего подобного у наших берегов не наблюдалось. И горбуша, и кета, и кижуч были в избытке, даже на тех реках, куда в последнее время рыба вовсе не заходила. Конечно, можно было еще ловить и ловить.

– Без ущерба природе, рыбным запасам?

– Напротив: с пользой! Полезный выход малька из переполненных нерестилищ очень невелик, так как ему не хватает кормовой базы.

Здесь важно соблюсти разумный баланс: какое количество рыбы пропустить на нерест, какое можно изъять. В этом году легальным промышленным ловом данный баланс достигнут явно не был. В целом по области по официальным данным добыто меньше 7 тысяч тонн лосося.

003

Тем не менее, магаданские рыбаки продолжают выполнять взятые на себя обязательства по удерживанию доступных для населения цен на лосось. В сравнении в другими дальневосточными регионами они у нас самые низкие.

– Что можете сказать о планах на следующий период?

– Есть намерение и потенциал продолжить тенденцию роста объемов производства, налогов, заработка сотрудников, развивать социально ориентированные направления, такие как прибрежное рыболовство.

В первых числах января готовы официально зарегистрировать фактически подписанный контракт на строительство нового среднетоннажного судна, которое будет оснащено по самому последнему слову техники и с учетом пожеланий опытных российских моряков.

К огромному сожалению, сегодня мы не в состоянии просчитать, насколько наши намерения осуществимы и есть ли в них вообще смысл, в связи с возможным очередным переделом в отрасли.

Как вы понимаете, я имею в виду письмо неизвестных широкой общественности авторов, направленное в адрес Президента РФ в конце ноября. В письме предлагается отказать российским предприятиям в перезаключении договоров о праве на вылов краба и вернуться к практике распределения долей посредством открытых аукционов, причем не на пятнадцать, как сейчас, а на десять лет.

Аргумент: крабовые квоты (всего порядка 70 тысяч) неправильно эксплуатируются, приносят государству недостаточную пользу, в то время как их продажа принесет в казну 230 млрд рублей.

При этом авторы инициативы умалчивают о том, что сегодня рыбная отрасль перечисляет государству налогов до 180 млрд рублей. Ежегодно! Что лучше: сорвать банк один раз и ввергнуть отрасль в стагнацию или иметь стабильно работающий сегмент экономики и из года в год нарастающие поступления?

– Почему «ввергнуть в стагнацию»?

– Потому что этот шаг государства неизбежно приведет к дефолту многие рыбопромышленные компании. Да, им на смену придут новые игроки, но станут ли они работать эффективнее, профессиональнее прежних?

И уж тем более цена на краба ниже сегодняшней, как утверждают руководители иных ведомств, при них не станет. Это противоречит всем принципам ведения бизнеса: новоявленным обладателям крабовых долей необходимо будет «отбивать» колоссальные средства, потраченные на аукционах, не говоря уже о затратах на формирование своих баз, флота и т.д.

Мы же все это уже проходили в начале 2000-х, и еще слишком свежи воспоминания, каково было выживать промысловикам в тот период. Только за первый год действия аукционов прибыль рыбной отрасли упала в девять раз, рентабельность компаний ушла в минус.

Предприятия в единочасье перестали существовать, или вынужденно переквалифицировались в браконьеров, или оказались в глубокой долговой яме, потому что пришлось брать кредиты под немыслимые проценты и покупать квоты за космические деньги. Я ничуть не преувеличиваю: речь о миллиардах рублей.

А как не покупать, если за нами рыбаки, которым надо работать, кормить семьи? Если у нас суда, которые не продать – они никому не нужны при таком раскладе?

– Но в 2004-м вам удалось доказать правительству, что справедливо закреплять купленные квоты за предприятиями на пятнадцать лет при условии их добросовестной работы и отсутствии нарушений правил рыболовства.

– Верно. Пятнадцать лет – это тот минимальный срок, при котором компания чувствует некоторую стабильность, может просчитывать перспективу, инвестировать в строительство судов, перерабатывающих мощностей.

Яркий пример – наши компании, которые сумели за эти годы рассчитаться с долгами и сегодня не только динамично развиваются, но и вкладывают каждый год до 30 млн рублей в социальные проекты, благотворительность.

Отрасль наконец поднялась с колен, окрепла, переориентировалась на отечественный рынок. Еще два года назад я говорил вам, что российские рыбаки поставляют на родной берег 40 процентов своей продукции. Сегодня эта доля увеличилась до 80-ти процентов.

Россияне начали потреблять качественный полезный продукт, не искусственно выращенную в прудах на химии и отбросах фермерского производства, а выросшую и нагулянную в естественной среде рыбу. Хорошо это? Безусловно!

005

Рыбная отрасль на сегодняшний день одна из самых открытых, перспективных, быстро развивающихся, даже несмотря на то, что она – самая налогооблагаемая в стране по сравнению с другими, исходя из каждого заработанного рубля или с каждого работника, которых, к слову, с семьями – более четырех с половиной миллионов.

Рыбаки делом доказали, что рыбохозяйственный комплекс может работать эффективно даже в отсутствие государственной поддержки. Кому это сегодня помешало? Кто, образно говоря, пытается завести краба за камень? Узнаем на аукционах.

– Михаил Николаевич, как отреагировали на известие промысловики?

– Компании сразу приостановили реализацию инвестиционных программ и подготовку к следующему сезону, включая ремонты судов, – есть ли в них смысл, не понятно.

В подвешенном состоянии оказались около тридцати контрактов с российскими верфями на строительство среднетоннажных краболовных судов. Каждый контракт – это десятки миллионов евро.

И это не предел. Шесть десятков компаний, занятых в крабовом промысле, магаданские в том числе, работают и на других объектах: минтай, сельдь, палтус, треска, камбала, лосось. Для этого нужны крупнотоннажные суда.

Краб как валютоемкий объект является локомотивом, главным тягачом экономики предприятий. За его счет покрываются убытки нерентабельных направлений, поддерживаются малорентабельные, развивается производство, реализуются социальные проекты.

Рухнет направление, приносящее львиную долю дохода, значит, компании не смогут строить и крупнотоннажные суда. Таким образом, отечественное промысловое судостроение уже в начальной стадии своего зарождения попало под угрозу уничтожения. Стоило ли упираться, создавать?

001

Могу точно сказать, что произойдет, если отберут купленные в свое время квоты у наших компаний. Экипажи краболовов составляют шестьсот человек, с семьями это порядка двух тысяч. Большая часть, если не все, будут уволены. Шестьсот рабочих мест для Магадана – это мало или много?
Мы вынуждены будем отказаться от убыточных сфер деятельности: закрыть рыбоперерабатывающие заводы, прекратить поставку в город охлажденной рыбы в летний период, свернуть все социальные программы, в числе которых – помощь инвалидам и ветеранам, поддержка спорта, одаренной молодежи, содержание горнолыжного комплекса «Снегорка».

– Не хотелось бы развития событий по такому сценарию. Выход есть?

– Мы пытаемся достучаться до руководства страны, в очередной раз доказать очевидное, отстоять отрасль. Вскоре после появления письма по поручению президента при его помощнике по экономическим вопросам Андрее Белоусове состоялось совещание с участием представителей рыбного бизнеса и профильных ведомств.

Совещание завершилось многоточием, однако руководители таких структур, как Федеральное агентство по рыболовству, Минвостокразвития, а также Российский союз промышленников и предпринимателей, депутаты Госдумы, все дальневосточные губернаторы разделяют позицию рыбаков. К сожалению, противоположная точка зрения на вопрос у Антимонопольного комитета и, как ни странно, министра сельского хозяйства Александра Ткачева.

В настоящее время рыбацкое сообщество готовит обращение в Совет Федерации и готовится к съезду работников рыбной отрасли, намеченному на 27 февраля. Очень надеемся, что здравый смысл все же возобладает, и государство не станет принимать решение, которое сведет на нет достижения российских рыбаков и откинет отрасль назад, в начало 2000-х.

– На днях на годовой итоговой пресс-конференции Владимир Путин сказал, что он – на стороне рыбаков.

– Будем надеяться, что симпатии главы государства сыграют решающую роль в принятии решения.

Автор статьи: Саша Осенева.

26.12. 2017 год.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *